Страница 6 из 14
Через несколько дней ссадины на моих коленях и ладонях начали заживать, а я смирилась с провалом. Читала литературу по профилю, просто читала литературу, попыталась вместе с Ларисой втянуться в какой-то новый и многообещающий сериал, но вместо того, чтобы следить за героями, ухаживала за цветником, размещенным на подоконнике.
- Ой, смотри, как переживательно! – волнуясь за красавца с экрана, которого пытались соблазнить сразу три девушки, Лариса пыталась зажечь интерес и во мне.
- Ага, - поддакивала я машинально и подкармливала хлорофитум в новом горшке.
В таком ритме прошли еще несколько дней, а потом мне позвонила секретарь Генриха Леславов… ой, тут попробуй запомнить… В общем, мне позвонила секретарь Леслава Генриховича и сообщила, что я принята на работу. И что желательно, если я не буду долго раздумывать, потому что вакансия срочная, а желающих масса. И да, они помнят, что я – студентка дневного отделения, но предлагают рассмотреть это как летний заработок. А после, если меня устроят условия, а я устрою непосредственное начальство, можно будет подумать о других вариантах.
- А почему все-таки я? – немного опешив, я начала уточнять причину, хотя надо было сразу и наотрез отказаться. – Из-за знания языков?
- На собеседовании были кандидаты со знанием пяти иностранных и со стажем свыше двадцати лет, - отстраненно заметила секретарь, и прежде чем я выявила еще большее удивление, озвучила основную причину. – Предполагаются командировки. Весьма продолжительные. Одна из них в скором времени. А все дамы, которых вы видели, слишком привязаны к детям и внукам. Кстати, у вас с этим как? Есть ли дома кто-то, кого страшно оставить надолго и без присмотра?
Разговор застал меня в комнате Ларисы, так что я машинально взглянула на заметно приободрившийся хлорофитум, на подругу, сделавшую звук телевизора тише, и подумала, что они справятся. Они уже друг к другу привыкли, да и лук начал корни пускать, так что выживут без меня.
- Нет, - ответила я собеседнице. – Только, знаете…
- Вы были когда-нибудь в Лондоне?
- Собиралась, но не успела.
- У вас отличный шанс побывать в Лондоне уже этим летом.
Я задумалась, а Лариса, прислонившая ухо по другую сторону от моего телефона, отстранилась и отчаянно закивала.
- А мой непосредственный начальник – женщина или мужчина? – не торопилась я соглашаться.
- Мужчина, - секретарь явно улыбнулась, и я почти ощутила тепло, с которым она подумала о моем предполагаемом шефе. – Но не волнуйтесь, командировки – это бизнес, а не повод затащить вас в постель.
- Да? – неуверенно протянула я.
- О, да, - усмехнулась женщина. – Во-первых, он вас не видел, и, соответственно, у него не могло возникнуть этой идеи. Во-вторых, чтобы соблазнить женщину, не обязательно везти ее так далеко и вводить компанию в траты. В-третьих, ему бы отбиться от тех желающих, которые сами на него вешаются.
- А он отбиться не может? – я почему-то представила одного из хлюпиков, по которым, бывало, сохла Лариса. Несколько дней сохла, а потом забывала о них.
- А его все устраивает, – ответила секретарь. – Да и у вас это должно унять некие страхи. Так как? Может, не будем оттягивать, и придете завтра? Узнаете больше об обязанностях, увидите сумму оклада, познакомитесь со своим шефом…
Я согласилась.
А уже завтра поняла две удивительные вещи. Первая заключалась в том, что в Ирине Матвеевне явно пропал дар гипнотизера. Она говорила уверенно, спокойно, располагала к себе собеседника, даже не видя его. А уж при встрече… Эти ее домашние пирожки и улыбка…
Я расслабилась, я уже была согласна попробовать поработать и почти прониклась симпатией к своему будущему шефу: с таким восторгом она рассказывала о том, какой он хороший руководитель…
Но когда дверь открылась, и в кабинет вошел тот самый хороший руководитель…
Я поняла, что двадцать девять этажей – это слишком мало, чтобы избежать нелепых случайностей. И что надо было включить логику, а не чувства. Думала, что покатаюсь по миру – развеюсь, забуду о том, что случилось на подземной парковке…
Но ведь понятно же, для кого мог искать помощницу личный и бессменный секретарь Леслава Ковальских? Конечно, понятно! Даже элементарно!
Для сына своего шефа. Для Матеуша Леславовича Ковальских. Для холодного питона, который, едва войдя в приемную, впился в меня зеленым взглядом и отрывисто выдал вердикт:
- Не подходит.
После чего прошел к себе в кабинет и плотно закрыл за собой дверь, оставив меня краснеть и бледнеть перед опешившим секретарем.
Пожалуй, это был единственный раз, - других не припоминаю, - когда мне сильно, очень сильно захотелось сделать несколько физических упражнений. И не из легкой атлетики, танцуя с ленточками. А из бокса. Ну, или футбола. Там тоже есть красивые и действенные элементы, на просмотр которых некоторые просто напрашивались!
Но я сдержала нелепый порыв, поднялась со стула, на котором ожидала прихода шефа, и улыбнулась Ирине Матвеевне.
- До свидания, - сказала я и прежде, чем она возразила или, не дай Бог, начала извиняться за тех, кто этого недостоин, добавила: - Сожалею, но возможный руководитель меня не устроил.
После чего вышла из приемной и мягко, но плотно прикрыла за собой дверь.
Глава 5
Еще не войдя в квартиру, я поняла, что Лариса основательно подготовилась к моему возвращению. Запах жареного мяса сбивал с ног уже на первом этаже, а пока я поднялась на четвертый, ароматерапия, практикуемая подругой, взяла свое. Выходила я из бизнес-центра с настроением «в гробу и то веселее», а через порог ступила с настроением «будем живы – не помрем».
Кардинальная смена векторов произошла благодаря всего одному звонку. Ларисе не терпелось узнать, каков же размер зарплаты, которую мне предложили. Мне не терпелось высказаться по этому поводу, и вот результат – жареное мясо в специях, запеченный картофель, бутылка белого вина и огромное блюдо с салатом из овощей, скромно напоминающее, что у нас здесь есть тот, кто, вообще-то, сидит на диете.
- Я, конечно, понимаю, что тебе хотелось подольше побыть одной, чтобы успеть себя накрутить, - заметив меня в дверях кухни, начала с упрека подруга. – Но пока ты гуляла, я так сильно проголодалась, что съем куда больше, чем собиралась. Минимум плюс килограмм мне гарантирован. Как думаешь, переживет такой груз твоя совесть?
- Только если его переживет твоя фигура.
Воинственность Ларисы смешила, тем более что над ее верхней губой предательски зеленел маленький листочек салата. И было ясно: она, конечно, ждала моего возвращения, но уж точно голодом себя не морила.
Пока я переодевалась и мыла руки, Лариса кружила по кухне с тарелкой картофеля – вроде как и не ест, а просто гуляет (но листик салата исчез). Стоило мне вернуться в кухню, как она с радостью села за стол вместе со мной и уже открыто взялась за еду.
Во время обеда мы практически не разговаривали. Так, обменивались короткими репликами: «Налить вина?», «Хочешь добавки?», «Вкусно?». А вот после Лариса подперла подбородок кулаками, вопросительно уставилась на меня и потребовала:
- Ну давай, жалуйся, я вся во внимании!
- По-моему, - скопировав ее позу, озвучила я свою жалобу, - только что я тоже поправилась на килограмм!
- Это пустяк, а не жалоба, - отмахнулась подруга. – От одного килограмма даже я со всеми моими отговорками и уловками могу избавиться всего за один день. Ты расскажи, что случилось на собеседовании. Я и так весь обед была сама деликатность.
Я улыбнулась ее нетерпению, хотела быстро ответить и… задумалась. То, что моим начальником должен был быть Матеуш Ковальских, я уже рассказала во время звонка. То, что я ему по каким-то критериям не подошла, тоже упомянула. Что еще?