Страница 21 из 85
Слез больше нет, они просто кончились. Души и сердца тоже. Я оставила их в конференц – зале. Если я сейчас похожа на мумию, то почему так все болит? Зачем?! Зачем я сделала это. Иногда нужно побыть эгоисткой.
Ждешь этого счастья, как манну небесную, и вот, когда оно появляется, топчешь его, сжигаешь, и пепел развеваешь по ветру.
Какая дурость! Пусть немного, но мы могли быть счастливы.
Все! Я передумала! Мне без него не жить.
Улыбаюсь, радостно открываю дверь.
– Олег… – сердце все же при мне, иначе оно бы не болело еще больше. На его столе сидит Кристина, он отрывается от ее губ.
– Вы, что – то хотели Алиса Федоровна? Я сейчас занят. Не видно? – кривая усмешка, глаза полные призрения и… сожаления?
– Простите, я не знала, что вы с невестой.
– “Олежа”, – она недовольно надула губы, – выгони эту клушу. Уволь ее!
– Не к чему, СОЛНЫШКО, – он назвал ее так же, как пол часа назад называл меня, – Алиса Федоровна, отрабатывает, уже немного осталось, киска моя. – проводит по щеке рукой.
Меня сейчас стошнит! С силой захлопываю дверь. Я запуталась… Когда он был настоящим? Когда был со мной или сейчас?
Если бы он меня любил, не смог бы так быстро переключиться на другую. Спустя пол часа! Я всего лишь игрушка, мимолетное увлечение. Мной попользовались и выкинули, как тот использованный презерватив.
Почему я до сих пор живая? Разве человек может вынести столько боли и предательства?
Муж, мать, когда не приняла меня после измены Вани, изнасилование, когда уронили Лешу.
Господи за что? Я что? В прошлой жизни была Гитлером? За какие такие грехи я получаю только удары!
Хватит! Я не железная! Не было ничего! НИЧЕГО!
Я забуду его, как страшный сон. Пусть дальше трахает свою Крис!
– Алиса, – от размышлений меня отвлекла Оля, – ты чего на обеде не была?
– Олег Романович задержал.
– Да, я слышала. Весь офис только и судачит о том, что ты будешь помогать в крупном проекте.
– Оля! Перестань! Это Олег Романович пошутил. Нигде я участвовать не буду. Я увольняюсь.
– Алиса, – она долго раздумывала о чем то, – это правда, что у вас роман с Олегом Романовичем?
– Да глупости это. Ты же знаешь, у него есть невеста.
– Да, знаю, но, народ судачит, что вы закрылись в конференц – зале… И люди слышали стоны, крики. – опускаю глаза, – ну ты понимаешь.
Черт! Я совсем голову потеряла, краснею. Это же надо было, на глазах у всего коллектива! Да меня сожрут в этом серпентарии.
– Ты не подумай… Я не осуждаю, я только буду рада, если наш красавчик и всеобщий любимчик достанется тебе, а не этой силиконовой дуре.
Оля хорошая. Я вижу, как она действительно искренне переживает за меня.
Но рассказывать о своем моральном падении никому не хочу. Просто забыть. Никто же не умер. Пусть этот позор останется моим.
– Тебе все правильно сказали. Дверь действительно была закрыта это потому, – что же придумать то, – потому, что Олег Романович был там со своей невестой, Кристиной.
– Ты поэтому так выглядишь?
– Как?
– Как – будто тебя катком переехало. И глаза опухли. Не переживай так, пошел он! Все мужики козлы! Не ценят какое сокровище к ним попало. Как вороны падки на все красивое, блестящее и силиконовое, особенно если это пятого размера.
Черт! Неужели меня можно прочитать, как открытую книгу? Один взгляд Оли, и она уже все поняла.
– Да, нет Оль, просто у меня дома неприятности.
– Расскажешь?
– Не могу, пока об этом говорить.
– А ты была здесь, когда босс… ну ты понимаешь…
– Нет. У меня живот скрутило, я в туалете проторчала.
– И что они в них находят, в этих… – она замолчала, переводя взгляд на открывшуюся дверь. Я тоже проследовала за ее взглядом.
Олег на миг замер, пристально изучая мое зареванное лицо.
– Алиса Федоровна, с вами все в порядке?
– Да. – улыбаюсь. Как смогла? Сам себе удивляюсь.
– А что лицо красное, как – будто вы ревели?
– Нет, что вы “ босс”. Какие слезы? – от улыбки все лицо свело, – аллергия, просто, – тише добавила, – на силикон видимо, неожиданно открылась.
Оля хрюкает, в кулак, пытаясь унять смех.
– Какие – нибудь указания будут? – закусываю губу, чтобы не прыснуть от смеха, глядя на перекошенное лицо Кристины. Она, видно, не выдержала сарказма. Подплыла ко мне.
– Слушай ты, – тычет в меня пальцем. Встаю. – Как ты смеешь плоскодонка! Завидуй молча!
А это она зря, этим меня не уколешь. Уродиной я себя никогда не считала. Пусть троечка, но моя, родная.
– Что вы госпожа, Кристина… простите, не знаю, как вас по батюшке. Я нисколько не завидую вашим, ммм… формам. Что же поделаешь, если на некоторых природа решила отдохнуть. А сейчас такие хорошие хирурги пошли с нулевого до пятого делают. Сочувствую, конечно.