Не моё отражение

- Вася, Марк? - пытаюсь понять, что с ними и начинаю вертеть головой. 

Сзади раздается женский стон. Василиса как раз сидела позади меня. 

- Марк? - зовет она сына, но мальчишка не отзывается.

Я оглядываюсь назад и страх от увиденного пробирается до самых костей. Правая сторона машины – это искореженная часть железа. Я с трудом открываю свою дверь. Кто-то тоже выходит из ближайших машин. Мы ведь попросту только тронулись на зеленый. Перекресток. 

Открываю дверь со стороны Василисы, и пытаюсь ее вытащить из машины, но она уже бьется в истерике.

- Марк, господи, Марк, - ее всю трясет, и я с трудом обращаю ее внимание на себя.

- Вася, прекрати. Дай мне его вытащить, - отставляю ее в сторону и сам пролез в машину. В нас въехал грузовик. Блять, прямо в его сторону на полном ходу. Пульс есть, он дышит. Ноги нащупал под передним сиденьем, от удара видимо. Кровь, она повсюду. Без спец-техники его не вытащить не поранив.

Вскоре раздаются сигналы сирен.

***

Неотложка. Сирены. Капельницы. 

Запах лекарств. Зеленые стены бесконечных коридоров и люди в белых халатах. Сижу в ожидании. Если бы я их не позвал к себе, ничего бы этого не произошло. 

- Можете к ней пройти, удалось успокоить, - из палаты выходит медсестра и разрешает войти.

- Спасибо, - киваю в ответ и прохожу в светлую палату.

Она лежит на постели, белая как простынь. Глаза закрыты. На лице пара ссадин. 

Ставлю стул рядом и присаживаюсь. Беру ее хрупкую ладошку в свои теплые руки и жду. А чего и сам не знаю. Вот очнется и прогонит меня. Только несчастья я ей несу.

- Что с сыном? - раздается тихий осипший голос девушки.

Поднимаю на нее взгляд и ловлю ее. 

- Марк в реанимации, - говорю и вижу стекающие слезы по щекам, тут же тянусь, отирая их. - Все будет хорошо. Он стабилен. Врачи говорят, что его жизни ничего не угрожает. Вась?

- Как же так? - качает она головой.

- Прости меня, - целую ее пальчики и прислоняюсь лбом к руке. - Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы он скорее поправился.

- Случайность, правда? Авария эта, - с такой надеждой она никогда на меня не смотрела.

- У грузовика отказали тормоза. Случайность, да, - подтверждаю ее слова. 

Василиса.

Видеть его без сознания, всего в крови это было настоящим испытанием. Давид только раздавал распоряжения, когда приехали спасатели и помогал им вытаскивать нашего сына. 

- Вась, - сжимает меня в своих руках и заглядывает в глаза. - Он жив, слышишь, - но меня трясло, и я не могла остановить бесконечный поток слез.

А потом я ничего не помню. Только вот, лежу в палате, а рядом сидит уставший и измученный Давид, держа меня за руку. Не знаю, как я это переживу.

- Давид Маркович, вам бы томографию сделать. Все-таки инсульт был, а сейчас легкое сотрясение, - в палату входит мужчина во врачебном костюме. 

- У тебя сотрясение? - удивленно смотрю на него, а он лишь слабо улыбается.

- Ничего со мной страшного не случится. Лучше скажите нам, как наш сын. Когда его можно будет навестить? - спрашивает Давид, а я не могу и слова выдавить из себя.

- Значит, по поводу состояния вашего парня. Он у вас мальчик крепкий. Сотрясение. Многочисленные ушибы ребер. И повреждение правой ноги, но это все заживет до свадьбы. Он сейчас спит. Так что, навестить можно только завтра. Еще ночь подержим в реанимации и после утреннего обследования отправим в обычную палату. А свою жену забирайте домой, ей нужно отдохнуть, я там, на посту у девочек оставил рецепт на успокоительные. Так что, всего хорошего, - и оставляет нас одних.