Не моё отражение

Давид

Стою как истукан и смотрю ей вслед. На губах еще вкус ее поцелуя. Все такая же яркая, живая и податливая. Василиса.

С улыбкой на физиономии подбираю пиджак со скамьи и направляюсь в сторону своей машины. Сегодня уже больше к ним не поднимусь. Не хочу ее злить, да и не имею права соваться в их жизнь, по крайней мере так, напролом.

Сажусь в машину, но уезжать не тороплюсь, обдумывая произошедшее.

Я вместе с Марком видел, как этот хмырь ее целовал. Но больше взбесило, что она была не против. Имею ли я право на ревность? Скорее нет, чем да.

Завожу авто и резко страгиваюсь с места, оставляя за собой столб пыли.

Выезжаю за город. Наконец я перебрался в свой дом. Осточертело жить у родителей. Мать ни в какую не хотела отпускать, а я и сдался, устав ей сопротивляться. 

Здесь уютнее, чем в прошлой квартире. Думаю, моим тут понравилось бы.

Моим?

Ухмыляюсь шальной мысли. “Моим”. Да кто же даст их мне, а? Сам виноват, что все испортил. Десять с лишним лет живу с давящим грузом, что аж мозги не выдержали и дали сбой. Пока в каталке сидел многое осмыслил, обдумал. Переоценил ценности. И понял, спустя уйму лет понял, какое я говно. 

Располагаюсь в гостиной с камином, который пока еще ни разу не растапливал. Откидываюсь в мягком кожаном кресле с бокалом виски в руках. Сделав небольшой глоток опаляющей жидкости, прикрываю глаза. И вижу ее, Ваську. Вот здесь, со мной рядом, а во дворе дома бегает Марк с собакой.

Все бы отдал, чтобы увидеть ее беременной. Такая молоденькая, в чужом городе. Без средств к существованию и беременная. Я не представляю, как она справилась. И родив такого замечательного пацана, она стала только красивее. Женственнее. Даже сложно представить, сколько я упустил. А мне ведь уже полтинник, твою мать. Пятьдесят! Что я могу ей дать, что? И нужно ли ей то, что я предложу?

Из мыслей выбивает телефонный звонок.

- Да, - отвечаю и знаю что на том конце провода сын. Мой сын.

- Пап, - тут же слышу его пыхтение.

- Да, Марк, я тебя слушаю, - как можно мягче отвечаю. По голосу понимаю, что мальчишка заведен. Они там поругались?

- Пап, а я могу у тебя пожить? - тут же выдает сорванец. Обиделся на мать.

- Подожди, Марк. Не гони паровоз. Что случилось, толком объясни, - пытаюсь понять ситуацию. Одно знаю точно, забери я сына, Вася меня грохнет не битой так чем-нибудь еще потяжелее.

- Мы поругались. Мама не хочет меня слышать. Я говорю, что тот мужик ей не нужен. Что у нас есть ты и вы должны быть вместе, - начинает тараторить пацан в трубку. От его детской наивности, конечно, становится тепло на душе. Сын хочет меня видеть в своей семье. Но идти наперекор его матери я не должен. Да и не хочу.

- Марк, подожди. Ты же у нас с мамой умный парень. Вот смотри. Не пыхти, а слушай, - предотвращаю его сопение. - Ты сейчас хочешь, чтобы мы с твоей мамой были вместе, я тебя понимаю. Сам этого очень хочу. Но! Да, парень, в жизни часто встречаются эти “но”. Представь себя на месте мамы. Она всю твою жизнь жила ради тебя. И только с тобой. Она имеет право на счастье. Даже если оно будет не со мной. По некоторым причинам я не мог быть рядом с вами все это время, - но мальчишка не хочет меня слышать и выдает тираду пуще первой:

- Ты ее любишь или нет? Если да, то забирай нас к себе. Я хочу папу видеть каждый день. Проводить с тобой время, выходные, вечера. И что бы мама была с нами. Я может, сестренку хочу, а вы тут мне взрослые отговорки втираете.

Я даже подавился от его “хочу сестренку”. Мой пацан, как пить дать, мой.

- Марк, это хорошо, что ты хочешь. Но маму об этом надо спросить, тебе не кажется? - пытаюсь смягчить разговором мальчишку.

- Она на меня обиделась и не разговаривает, - пыхтит сын.

- Давай вместе просить у нее прощения? Подготовим сюрприз, как думаешь? - начинаю шевелить мозгами, о том, как можно провести лето. До него меньше месяца, как раз есть время на подготовку. И идея приходит сама собой. Только ее согласие нужно. И все. - Пригласим ее в ресторан, как думаешь, согласится?

- Я сам приготовить все могу. Завтра у нас выходной. 

- Может на шашлыки, ко мне, а? - у самого аж руки зачесались от желания эту идею воплотить в жизнь.

- Отличная идея. И я что-нибудь приготовлю. А мама будет отдыхать на свежем воздухе. Ты же в своем доме живешь, да? - радость в голосе сына передается и мне.

- Да. Тогда договорились. Ты там обрабатывай мать, а я приеду часам к одиннадцати. И в магазин вместе сходим. Хотя подожди. Я сам ей позвоню. Будем мириться.

- Круто, пап. До завтра, - и он отключается первым.

А я с улыбкой на губах отпиваю крепкий напиток и уже мысленно представляю завтрашний день.

Василиса

Все тело горит от одного лишь поцелуя Давида. Всего поцелуй, а я пылаю, словно у меня секса не было после нашего с ним расставания. Губы горят от настойчивого поцелуя и желания повторить и продолжить этот садизм над своим телом.