Не моё отражение

Открываю сумку, доставая свою любимую зеркалку. Настраиваю.

Мужчина все это время молчит, не подавая признаков своего присутствия.

- Можете встать у окна. Я потом доработаю фотографии в специальной программе, - навожу объектив.

Раз фото, два, три.

Командую куда смотреть, куда повернуть голову. Спустя полчаса с работой покончено, откладываю аппаратуру и присаживаюсь в кресло.

- Ты почти не изменилась, - раздается его голос совсем рядом. Я вздрагиваю.

- Ты тоже, - поднимаю на него взгляд. 

Мелкие морщинки сосредоточились в уголках глаз. Черты лица заострились. И нет света в глазах как раньше. Глубокие морщины на переносице, въелись глубоко в кожу. Он всегда хмурился, особенно когда сосредоточенно о чем-то думал. Как сейчас. Так и хочется прикоснуться и разгладить их.

- Как давно? - взглядом показываю на кресло.

- Полгода, - безразличным голосом отвечает он. - Ты замужем? - я хмыкаю от удивления. Его интересует моя личная жизнь? Зачем?

- У тебя есть жена? - парирую я, не желая углубляться в свою личную жизнь. Которой у меня нет, по сути.

- Нет, жены нет. Мне же уже пятьдесят. Кому я нужен такой старый, - ухмыляется он.

Да какой же старый, вон какая ухмылка, заглядеться можно как эта усмешка кривит красивые мужские губы. 

- Нам надо поговорить, - подъезжает вплотную ко мне и берет мои руки в свои теплые, немного шершавые ладони. Его запах, такой знакомый и родной, словно кокон окутывает мое существо. - Я очень перед тобою виноват, - от его слов сжимается сердце. - Я понимаю, что калека, инвалид тебе не нужен. Но я бы очень хотел загладить свою вину. 

- Мне кажется, что все уже в прошлом и мне совершенно не хочется все ворошить, прости, - я вырываю свои руки и поднимаюсь.

Теперь я смотрю на него сверху вниз. И это совсем не приятно. Это не логично, это ломает мое мировосприятие.

- Я тебя давно простила,  а обида ушла. Уже ушла, - подхватываю свою сумку и выбегаю стремглав из кабинета.

 Мой побег это мой позор. Только пятки сверкали, наверное. Села в машину и, не дожидаясь когда та прогреется, вырулила на дорогу и газанула. Ехала до тех пор, пока глаза что-то видели. Потом просто встала на обочине и разревелась как девчонка. Все мои чувства всплыли наверх, как ... говно. Что б его с  таким взглядом проникновенным, в которых еще плещется та самая нежность. Которую я боялась принять на свой счет, думая, что она принадлежит другой. Если подумать, то я отняла сына у отца, и отца у сына. Мой мальчик в последнее время даже и не спрашивает больше об отце. Знал бы Марк, как он похож на Давида.

Шмыгаю носом и утираю глаза. 

Стук в окно. Удивленно оборачиваюсь и вижу того мужчину, что встречал меня у дома Вилевских. Открываю его.

- Давид Маркович просил передать вам,  - протягивает мне тонкий кусок пластика. - Это его личный номер. Просил вас ему перезвонить, когда будете готовы поговорить.

- Спасибо, - беру визитку и закрываю окно.

Разглядываю серебристый кусочек с номером его телефона. С припиской: “Жду”.

Жди-жди. Я тоже ждала. 

После встречи я не решаюсь в таком раздрае появляться на работе, и прямиком отправляюсь домой. Через два часа придет Марк. Мне нужно привести себя в порядок иначе он заподозрит неладное.  

Но мне не дают возможности выкинуть Давида из головы. Незнакомый номер высвечивается на экране телефона, когда я сижу за компьютером и работаю с материалом.

- Алло, - отвечаю, уже и не зная, кого услышу на том конце провода.

- Василиса, здравствуйте, - о, какие люди. 

- Здравствуйте, Марк Виленович, - прекрасно и отца подтянул.

- Я очень рад, что ты меня узнала, - сколько ему уже лет? под восемьдесят?

- Если вас просил связаться со мной Давид, то вы зря тратите время, - без любезностей начинаю говорить.

- Нет, что ты. Мне Эля рассказала о твоем появлении. Давид не в курсе. Ты же знаешь его характер, он, мягко говоря, был бы недоволен, что я лезу в его жизнь. Но ты ведь понимаешь, что такое для родителя видеть, когда его ребенок сдался, - тяжело вздыхает мужчина.

Я немного напрягаюсь от его слов. Откуда он знает?

- Что вы хотите этим сказать? - меня слегка знобит.

- Я знаю о существовании мальчика, - тихо отвечает он. - Я ведь следил за твоей жизнью с тех пор как ты уехала. Давай встретимся и поговорим. Помоги нам в нашем горе, - с мольбой в голосе говорит Марк Виленович.

- Хорошо, я согласна с вами переговорить. Говорите когда и во сколько, - пора поставить эту семью на место.

- Завтра в час дня. У тебя обед, и сын еще в школе. Адрес пришлю тебе сообщением. Спасибо, что не отказала старику. До встречи.