Не моё отражение

***

- А вот и наш новый дом, - входим в просторную квартиру в сопровождении сотрудницы компании, где я теперь буду работать штатным фотографом.

- Квартира хорошая, и все самое необходимое есть. Во дворе дома находится школа. Поблизости можно найти профильную. Если вас интересует что-то определенное. Наша фирма находится буквально в десяти минутах ходьбы. Все достаточно удобно, - распинается девушка.

Не знаю, что уж там наговорила Мария, но меня здесь принимают словно королеву. Даже неудобно.

- Здорово, - обходит квартиру Марк. - Мне нравится. Остаемся, - самодовольно ухмыляется, стоя в сторонке, облокотившись о дверной косяк, спрятав руки в карманах спортивных брюк.

У девушки округлились глаза от удивления.

- Мне нужно два дня, чтобы устроить сына в школу и навести порядок здесь, - обращаюсь к девушке.

- Хорошо, руководство не будет против. В среду будем вас ждать, - протягивает мне две связки ключей и покидает квартиру.

Я оседаю на ближайший чемодан. Ну, вот собственно и сам переезд. В город моих радостей и слез. Больше слез, конечно. Но и... ладно, не будем о грустном. А то мой малыш сейчас что-нибудь заподозрит.

- Комната твоя, - улыбаюсь ему. - Я буду в гостиной на диване спать. Когда будут гости, будем его собирать.

- Нет, мам. Ты девочка, тебе нужна своя отдельная комната. Плюс рабочее место. Мне и в большом зале будет хорошо. Там плазма, видела какая? Так что, я так решаю, - подхватывает свой чемодан и катит его в гостиную.

Вот тебе, Васька, и мужчина. Маленький, но уже мужчина.

- Как скажешь, - подхватываю свой чемодан и ухожу в спальню.

Перелет был не тяжелым, но сам переезд потребовал больших сил. И разговор с Вадимом, что выловил меня перед посадкой в аэропорту. Тяжелый разговор. Не думала, что этот мужчина способен на чувства. 

Передо мной стоит высокий, красивый брюнет. Карие глаза смотрят серьезно. Нет и тени улыбки на лице. Руки в карманах брюк. Между бровей пролегла морщинка, которую я никогда не замечала. Да я многое в нем не замечала. Мне это было не нужно.

- Вот так вот и уедешь? - охрипшим голосом спрашивает мужчина, остановившись в шаге от меня.

- А что ты хочешь? Реки слез? Просьбы не забывать обо мне? Нет, этого не будет. У тебя своя жизнь, у меня своя, - мнусь на месте. За спиной стоит Марк и делает вид, что слушает музыку в наушниках. Но по сведенным бровям понимаю, что это не так.

- Я думал, что все не так у нас закончится. Я не готов, - пытается подобрать он слова.

- Вадь. Все было круто, правда. Но мы ведь сразу все оговорили. Ничего серьезного. Правда? - теперь я пытаюсь сама себя успокоить.

- Да, это так, - отступает на шаг.

И я благодарю Бога, когда объявляют нашу посадку.

- Прощай, Вадь, - целую его в небритую щеку. Небритую. Это впервые. Он ведь всегда гладко выбрит. А тут.

- Еще увидимся, я уверен, - и, развернувшись, широким шагом шагает прочь.

Квартира двухкомнатная. Спальня и большой зал. Оборудованная кухня, от вида которой у Марка загорелись глаза. Ох и побалует меня новыми блюдами. Я так и поправлюсь. В целом, останется докупить пару ковров на пол, для уюта и кое-что по мелочи.

С Татьяной я не общалась с тех пор как уехала. Телефон, что подарил мне Давид, я оставила у него дома. Новый аппарат за пятьсот рублей и сим-карта. Никто меня не нашел, а может и не искал. Первое время мне очень хотелось сказать ему о беременности, но гордость не позволила смягчиться. 

Было очень тяжело. Денег на руках было мало. Купила билет на поезд в сумасшедшую даль. Там случайно познакомилась с Марией, которая оказалась дочкой женщины, согласившейся сдать мне комнату в своем доме. Помогли с работой. Тетя Света помогала с родившимся Марком, сидела с ним как бабушка, а я работала. Хваталась за любую предложенную подработку. Училась параллельно у местных мастеров фотографии.

Заработала себе имя. Марк пошел в детский сад. Не успела и моргнуть, как началась школа. И вот уже четвертый класс. Мальчишка радует своими успехами и интересами. 

Вопрос об отце - больная тема. 

После садика он каждый день задавал вопрос - где папа?

Отговорки были одни и те же. Он работает, очень далеко. И не может приехать к нам. Потом школа. Опять вопросы об отце. На которые я постоянно искала ответы. Пока в один прекрасный день он мне не сказал:

- Я знаю, что он тебя обидел, иначе бы ты мне о нем рассказала. Мне очень хотелось бы посмотреть на него, хоть одним глазком, - смягчившись, проговорил он.

- Ты прав. Обидел, - сдалась я.

- Я не обижаюсь на тебя. Нам и так хорошо, правда? 

А сейчас, находясь здесь, все больше появляется желание узнать, как он живет. Но сына ему показывать не хотела.