Не моё отражение

Давид

- Модель, перенесшая пластическую операцию после покушения, вышла в свет с владельцем известной ювелирной компании Вилевским Давидом. По словам корреспондента, у пары складываются теплые отношения, - слышу голос диктора, пока направляюсь в гостиную.

- Почему не спишь? - прислонившись к стене, наблюдая за ней, спрашиваю.

- Хотелось пить, и решила включить телевизор, а тут вот, - она жестом руки показывает на телевизор.

- Я слышал, - не понимаю ее волнения.

- Так там говорят про нас! - восклицает она и вскакивает с дивана. - Разве вас это не беспокоит? Зачем вам такие слухи?

- Во-первых, мы вчера, насколько мне не изменяет память, перешли на «ты». Во-вторых, почему меня должны беспокоить слухи? - медленно делаю пару шагов в ее сторону. - Может, мне хочется, чтобы то, что говорят, было правдой. И я надеюсь на теплые отношения о которых говорят журналисты, - беру ее лицо в ладони и смотрю в бездонные глаза.

Ее глаза расширяются в удивлении и девушка замирает.

- Зачем? - читаю по ее губам.

- Ты мне нравишься, - и приближаюсь к ее губам.

Василиса замирает. Мой взгляд от глаз девушки скользит к ее губам. Ощущаю ее дрожь. Я решаюсь сделать первый шаг. Притянув ее к себе, целуя в уголок рта. Девушка нервно выдыхает, и ее губы приоткрываются, я, еле сдерживаясь, накрываю их своими губами.

Пятерней запутываюсь в ее волосах на затылке, тем самым удерживая. Такая нежная, хрупкая, трепещущая в моих руках. У меня замирает дыхание от чувств, что я испытываю при поцелуе, нежно лаская ее рот.

- Нет, не хочу, - девушка отталкивает меня довольно сильным толчком в грудь. Ее щеки пылают, а глаза блестят. Обхватывает себя руками за плечи.

- Чего не хочешь? - пытаюсь совладать с нарастающим беспокойством.

- Не так. Не хочу вот так, чтобы все думали, что я меркантильная. Что меня в вас интересуют только деньги, - запинаясь, словно язык не желает ее слушаться, отвечает.

- А тебе не все равно, что подумают другие? - я не решаюсь к ней подойти ближе.

- Только не так быстро, - ее плечи вздрагивают. - Я боюсь. Вас... Тебя боюсь.

- Я разве давал повод меня опасаться? - подхожу к обеденному столу, сажусь на стул, стараясь не отрывать от нее взгляда.

- Нет, вроде бы, - подходит к кофемашине, нажимает какие то кнопки.

- Тогда не выдумывай, - меня прерывает телефонный звонок. - Алло, - отвечаю, а сам наблюдаю, как Василиса готовит кофе. - Да, мам, собирался тебе позвонить. Как отец? Я знаю, какой завтра день. Нет, сегодня не смогу приехать. В офис сейчас поеду. А вот завтра на вечер заедем. Да, не один, - вижу, как меняется выражение лица у девушки. - Слухи правдивы как никогда, ты права. До завтра. И я тебя целую, - откладываю телефон.

- Я никуда не поеду, - ставит передо мной чашку с кофе и блюдце с дольками лимона.

- Если хочешь продолжить учебу у Робертсона, то поедешь, - делаю глоток ароматного напитка.

- Это шантаж! - вспыхивает она.

- Конечно. А как по-другому? - улыбаюсь, ловя на себе ее смеющийся взгляд.

Рабочий день тянется невыносимо долго. Подписи, подписи... встречи, разговоры телефонные, разговоры не телефонные. И все это тянется такой вереницей, что мне хочется вскочить со своего места, отключить все телефоны и рвануть домой. Домой, где ждет меня она. Василиса. До сих пор чувствую ее сладость на своих губах. Словно она проникла в меня, в каждый рецептор, клеточку.

Откидываюсь на спинку кресла, убрав руки за голову, и мечтательно прикрываю глаза.

Но не успеваю размечтаться, как в кабинет влетает разъяренная Марго.

- Ты с ума сошел? - чуть ли не визжит девушка.

- Ты что тут делаешь? - резко поднимаюсь и облокачиваюсь на стол.

- Ты и эта мелюзга! Да кто бы мог подумать, что после операции она станет еще более привлекательной, да? - Марго разве что молнии еще не метает.

- Ты вообще, что здесь забыла? Маргарита, уймись, - перехватываю ее руку, как только она замахивается. - Не смей! - зло рычу на нее, но эта бестия словно с цепи сорвалась.

- Да пошел ты к черту, Вилевский! Я тебе припомню все твои грехи, - зло выплевывает слова, но тут же меняет тон и падает у моих ног.  - Любимый, ну ты ведь не можешь взять и бросить меня. Кто она такая? Ведь она только из-за денег с тобой. Ее привлекает твой статус. Да что может такой малолетке в тебе понравиться, кроме благосостояния? - я подхватываю ее под руки и поднимаю с пола. А она все не унимается, - Давид, я же знаю, что ты любишь и как любишь. У нас же все было хорошо, пока не появилась это лохудра. Давид, - тянет ко мне руки, но меня воротит от нее.

Никогда я не видел ее в таком состоянии. Тошно смотреть на деланные страдания. Но у меня не складывается картинка. Ведь все ее слова это игра, не больше.

- Маргарита, - пытаюсь встряхнуть ее.

- Не называй меня так, - зло отвечает она. От слез уже и следа не остается на ее холеном личике.