Не моё отражение

Василиса.

Я просыпалась множество раз за ночь. Во мне все горело, пылало. Низ живота скручивало, и тело словно просило того, что мне еще было неведомо. 

Я не понимаю, как реагировать на мужчину после вчерашнего вечера. Но одно я понимаю точно: меня к нему тянет. Эта слабость, что появляется в моем теле, когда он смотрит на меня изучающим взглядом. И то, что я допустила в лифте, меня пронзает странным чувством. Я никогда не испытывала влечения к парням, мужчинам. У меня были проблемы, и было абсолютно не до отношений. Да собственно и я мало кого привлекала. Но внимание такого мужчины как Вилевский мне льстит. Но и ощущение, что его, скорее всего, привлекает мое новое лицо, меня не отпускает. Но как вести себя после всего этого? Я не понимаю.

Пытаясь понять себя, я снова засыпаю. И мне снится пляж Нунгви, где проходили съемки. Снится Давид, его взгляды в мою сторону. Звездное небо и шум прибоя.

Из крепких объятий сна меня вырывает настойчивый стук в дверь.

- Василиса, Давид Маркович просил тебя разбудить. Вам скоро выезжать, - говорит Вера Павловна.

- Я уже встаю, - отвечаю и нехотя сползаю с постели.

Быстро привожу себя в порядок. Натягиваю джинсы и свитер. Выхожу в гостиную. Он уже сидит за столом с чашкой кофе.

- Доброе утро, - здоровается и внимательно смотрит на меня.

Я же стараюсь избегать взглядов и, смотрю куда угодно только не на него, здороваюсь.

- Доброе, - прохожу к столу и наливаю себе чай.

- Как ты себя чувствуешь? - снова вопрос.

- А как может чувствовать себя человек, которого хотят видеть в отделении полиции? - сажусь напротив него и делаю пару глотков обжигающей жидкости.

Вера Павловна старается не показывать своего интереса к нашему разговору. Ставит передо мной тарелку с бутербродами. 

- Есть одна разница между твоим случаем и случаем, допустим, виновного. Ощутимо, правда? - с ухмылкой спрашивает он и тянется к бутерброду.

- Давид Маркович, вы отказались от творога. Ваш диетолог будет не в восторге, - влезает домработница.

- Больше и не думайте совать мне под нос всякую зелень и несъедобную пластмассу, - фыркает он. - Я нормальный человек и хочу есть то, что требует организм.

- Диетолог? - ухмыляюсь я, радуясь тому, что наша тема ушла в другое русло.

- Ты этого не слышала, - хмурится он.

- У вас проблемы  со здоровьем? - моя улыбка предательски растягивается на лице.

- Нет, и не надейся. И вообще, вчера мы перешли на «ты», - теперь хмурится Вера Павловна. - Жуй быстрее, нам уже пора, - прекращает разговор Давид и отодвигает от себя чашку.

В машине как всегда висит тишина. Такое ощущение, что ее можно потрогать руками.

В отделение проходим с охраной.

- Добрый день, - здороваются мужчины, пожимая руки.

- Здравствуйте, - мямлю я. На фоне Давида я чувствую себя ребенком.

- Давайте сразу к делу, - начинает следователь.

Мужчине на вид не больше сорока-сорока пяти. Брюнет с карими глазами, но доброй улыбкой. Сравнивая его с Давидом, невольно понимаю, что Давид мне нравится больше.

- Василиса Викторовна, Давид Маркович вас оберегает так, что я даже не мог вас опросить после выписки, - хмыкает он, кидая взгляд в сторону Вилевского.

- И я ему благодарна за заботу, - отвечаю и чувствую взгляд Давида на себе, улыбаюсь.

- Так вот, расскажите, пожалуйста, о своей бывшей работе. Ресторан. Вы там работали официантом. У вас там, какие отношения сложились с коллективом? - задает свой первый вопрос следователь.

- Нормальные отношения. Ни с кем в конфликте не состояла. Ушла без ругани, хотя желание, было, - отвечаю на вопрос.

- Что-то серьезное?- прищуренный взгляд.

- Нет, это касается оплаты отработанных дней. Но я более не имею к руководству ресторана претензий. Меня сейчас все устраивает, - откидываюсь на спинку стула и чувствую руку Давида на своем плече.

От этого знака мне становится спокойнее. Чувствую его поддержку.

- Хорошо, - что-то записывает следователь. - Антон, бармен вашего ресторана, на вопросы о вас ответил, что вы легкомысленно поступили, бросив работу. Как вы это прокомментируете?

- Никак. Мы с Антоном не состояли, абсолютно ни в каких отношениях. Не могу сказать, почему он так отзывается обо мне, - и тут я вспоминаю нашу последнюю перепалку, где он меня чуть ли не шлюхой обзывает. - Хотя, - замираю я, понимая, что это он мог со мной так поступить, но обвинить  человека без оснований это подло.

- Вы что-то вспомнили? - испытующий взгляд.

- Мы немного поссорились с Антоном. Он сказал, что я ему нравлюсь, предлагал жить вместе, но я сама, если честно в шоке от его заявлений была. Никогда не замечала от него симпатии и тут как обухом по голове, - говорю, чувствуя, как рука на моем плече сжимается.