Я твой кислород

- Не можешь. У тебя случилось горе, а на дворе ночь. Тебе нужно выспаться, а в таком состоянии мы наговорим друг другу, много чего лишнего. Я, пожалуй, пойду.

Азер на самом деле уходил, стал спускаться с крыльца, а я сильнее сжала в руках косяк двери и крикнула:

- Повернись!

Я смогу сделать. Ради нас двоих. Мы не можем существовать вдвоем, но по раздельности все получится. Стоит нам сблизится, как кто-то умирает, причем по нашей собственной вине. Азер развернулся на пятках и мы встретились глазами. Ты сможешь, Караджа. Играть стерву проще простого. Вздернув подбородок, я спросила у него:

- Помнишь на этом самом крыльце, я вручила тебе корзинку апельсинов?

- Не стоит, Караджа, - отмахнулся он, зная, что у меня на уме. – Не корми очередную ложь. Я знаю, что ты делаешь это специально, чтобы спасти меня, но я все равно не сдамся.

- Я до сих пор не могу забыть того секундного испуга, который промелькнул в этих самых глазах. Все умирали от апельсинов, но госпожа Фадик и твои братья, сестры живы, но я показала своим жестом нечто другое. Отобрала у тебя семью? Отобрала без проблем. Растоптала в той больнице тебя, когда ты даже на ноги нормально встать не смог? Сделала.

- Караджа, остановись, - прорычал он, а я же применила не мало усилий, чтобы произнести следующее.

- Влюбила в себя и заставила наколоть татуировку? Как по щелчку пальца. Ради меня отказался от мести? И это сделала. Теперь ты свободен, Куртулуш. Твоя миссия закончена.

Его челюсть сомкнулась, а в глазах плескался огонь.  Дотронулась до раны. Азер изначально сомневался в моих чувствах к нему, вот и итог. Его худшие подозрения подтвердились. Не выдержал и повернулся, ступая твердо по земле и я ужаснулась, увидев его спину. Шрам от ожога останется надолго. На сердце же не так виден. Я истинная внучка своей бабушки, но она намного эгоистичнее, получила все сполна, а я же должна отказаться, чтобы спасти тех, кто не заслуживает моей любви.

Поднялась в свою комнату, переоделась в черный костюм, засунула в сумочку кошелек и спустившись в низ, стала обувать сапоги, но возник папа передо мной, заявляя:

- Ты никуда не поедешь.

Игнорируя его, я потянулась к черному пальто, накидывая и застегивая. Выпрямившись, обратилась к отцу.

- Я не просто так испытала невыносимые страдания, поэтому пойду до конца, отец. Не остановишь меня. Разве до сих пор не понял?

- Не понял чего?

- Чем больше запираешь меня в доме, тем больше увеличиваются мои шансы на смерть. Не могу находится в месте, которое кишит лицемерами и эгоистами. Не бойся, я поеду с другом полицейским, а он проследит за моим состоянием и чтобы я не натворила делов. Народ разошелся. Браво, как же быстро с людей спадает траур.

Развернулась, чтобы открыть дверь, но папа задал мне вопрос напоследок:

- Аяз до сих пор заботится о тебе?

- Скорее мы преследуем одну и туже цель. Прошу, хотя бы сегодня побудь с мамой, как бы тебе противно от этого не было.

Вышла из дома и около ворот уже стояла служебная машина Аяза, который удивился моему виду, когда я села рядом с ним.

- Куда едем? – вот тот самый Аяз, который с детства не лез туда, куда не следует, когда обстановка накалена до предела.

- В одно место заедем, а потом к Азеру домой.

Аяз остановился около ворот, а я вышла из машины, прихватив с собой пакет и подходя к госпоже Фадик.

- Держите, - она взяла протянутый пакет, не ожидая явно.

- Зачем?

- Как я понимаю Азер дома? – Фадик кивнула. – В больницу не поехал и вашу помощь не принял?

- Верно. Ты хорошо его изучила. Передать ему и сказать от тебя?

- Буду вам благодарна. Прошу, больше ничего не спрашивайте, госпожа Фадик. Мне пора идти.

Аяз заехал к себе домой, чтобы переодеться и прихватить нужные папки, а я осталась ждать в машине. Опустошенная. С Азером я поступила подло, но так будет лучше. Мое проклятие доберется и до него, сегодня я потеряла брата, кольцо которого держала в руке. Мы съездили на место пожара и я нашла единственную память от брата. Почему-то я не могла отдастся скорби, не так как с Акшин и Сеной. В моей груди до сих пор горела надежда. Но на похоронах, я уверена, смогу избавится и отпустить Акына. Скорее всего мое сердце не хочет отпускать, того маленького мальчика, который не осознавал, что делает.

В окно машины с моей стороны постучались и я вздрогнула от страха. Неужели он во мне до сих пор присутствует? Повернув голову вправо, выпучила глаза, не ожидая его увидеть.

- Выходи, - сквозь сжатые в оскале зубы, приказал Азер, а я последовала ему.

Зажав в левой руке перстень Акына, вышла из машины, прижавшись к двери и не решаясь поднять голову. Азер в бешенстве, вокруг не души, конечно, кто посреди ночи будет стоять во дворе и посмеет отвлечь. Точнее не отвлечет Азера, который в бешенстве.

- В очередной раз отказалась. В палате больницы не выслушала, забрала мою семью и с легкостью ушла. Ты ко мне не безразлична, иначе бы не принесла лекарства, не приготовила кексы, убив не один час. Притворяйся перед кем угодно, но я вижу тебя насквозь, - каждое его слово было пропитано агрессией, направленной и вызванной мной же. – Сегодня тоже не выслушала. Сильная, независимая женщина, которая решает за всех разом? Тогда почему же в том лабиринте я нашел тебя разбитой? Почему стал единственным, кто искал тебя, когда твой дядя Ямач был на тот момент с Эфсун, которую спас от меня? Почему его волновала жизнь той, кто вкладывала бабки за убийство твоих любимых, а не единственной племянницы? Я, - стукнула себя в грудь Азер, продолжая вымещать справедливую злость на мне, - именно я всегда стоял рядом с тобой. От начала и до конца, чтобы между нами не происходило.

- Дядя был с Эфсун? – очередной смертоносный удар по раненой без этого души. Ямач, которого я знала, не поступил бы так.