Кровь волшебства

— … и наверно сильно удивились, что вы срочно отправились в Англию. И без дневника!

— Логично, — Снейп подвинул к себе ближе еще один стул и забросил на него ноги. — Но кто тогда поставил ловушки около тайника? И почему метка выглядит похоже, но все же иначе?

— У меня только один ответ, за вами гоняются несколько шаек. Знаете, как в магловских фильмах, я знаю, знаю, вы тоже жили по-магловски, но что-то сомневаюсь, что вы часто ходили в кино. У вас же не было свекра, любителя магловского всего? Так вот, такой очень распространенный сюжет, когда несколько людей знает, например, о кладе и начинают его искать. Множество смешных ситуаций и…

— Ну да, обхохочешься, — проворчал Снейп. — Но что-то в этой теории есть. Как минимум Малфой знал об этом дневнике, потом есть или был — брат Саймака.

— И сам Саймак?

Снейп покачал головой.

— Не думаю, что Саймак ждал бы так долго, хотя…

— В любом случае, нам надо вынудить их начать действовать. Гарри разрабатывает план, и я надеюсь, что мы поймаем всех.

— Если действуют несколько разных групп…

— То будет непросто.

Они обсудили ситуацию со всех сторон, и обсуждали бы ее и дальше: Гермиона еще раз заварила чай, а Снейп достал из каких-то своих тайников неплохую наливку, которая, добавленная в чай, делала его по настоящему волшебным напитком, но пришел аврор, который по приказанию Гарри должен был сторожить отдел и очень вежливо, но недвусмысленно попросил их освободить помещение.

— Мы завтра еще раз обязательно все обсудим! — сказала Гермиона, уже входя в камин.

Дома Гермиона связалась с Молли, выяснила, что у Рози все отлично, она быстро уснула и вообще была просто лапочкой весь вечер.

— И Джинни просила тебя связаться с ней, но, Гермиона, я даже не знаю, уже почти полночь, — заметила Молли, и Гермионе в этой фразе почудилось легкое неодобрение.

— Я опять застряла на работе, — покаялась Гермиона. — Опять завал.

— Это все Снейп? — спросила, хмурясь Молли, — с ним вечно одни неприятности, будь аккуратна, милая.

— Обязательно, — Гермиона натянуто улыбнулась и поспешила вынырнуть из камина. Все-таки, если Мэтью разработает более универсальный способ общаться по каминной связи, когда не надо чуть ли не по пояс запихиваться в камин — будет отлично, подумала Гермиона и вызвала Джинни.

— Привет, не спишь? Твоя мама сказала, что ты хотела меня слышать, но намекнула, что нормальные люди в такое время вообще-то спят.

— Мама всегда ратовала за режим, — заметила Джинни. — К тебе можно? Джеймс спит, я предупрежу домовиков и мы с тобой попьем чаю.

— Только не чаю, — пробормотала Гермиона и добавила громче: — Я тебя жду!

Джинни шагнула из камина буквально через несколько минут: Гермиона как раз успела переодеться в домашнее платье и умыться.

— Как дела? Как Снейп? Как работа? — они уселись в кресла, Гермиона скинула туфли и подобрала под себя ноги. — У вас, похоже, происходит что-то интересное. Гарри ничего толком не рассказывает, и я умираю от любопытства, а вчера, сама понимаешь, говорить обо всем этом было не с руки.

Джинни была права, пусть они вчера и провели вместе вечер, поговорить с глазу на глаз им не дали.

— За Снейпом, точнее за дневником Саймака, кажется, гоняются все, кому не лень и можно только предположить — кто. Гарри планирует устроить западню, а мы со Снейпом думаем, что надо, наоборот, ловить на живца. В общем, пока нормальные люди занимаются нормальными делами, я разгадываю ребусы со Снейпом, — вздохнула Гермиона. — И, знаешь, Джинни, что самое страшное? Мне это начинает нравиться. Все эти вылазки, посиделки после работы, разговоры, особенно разговоры. О, это просто несравнимое ни с чем удовольствие.

— Ты так уныло об этом говоришь, — заметила Джинни. — Это что, такая новая разновидность сарказма? И где ты, скажи на милость, в нашем окружении видела нормальные семьи и нормальных людей? Это Гарри, что ли, который на работе разве что не живет? Или я? Или даже Рон.

— Рон... Мне все-таки надо что-то делать с личной жизнью, пока я не свихнулась, — Гермиона спустила ноги на пол, надела туфли.

— Помилуй, Гермиона, на часах почти полночь!

— Да нет, сейчас я ничего делать не буду, но надо продумать...

— Продумать! Ты слишком много думаешь, взвешиваешь. Скажи, почему ты выбрала Рона? Еще тогда, в школе?

— Он знал меня лучше всех. И понимал. Он видел во мне не только заучку, он восхищался моей храбростью...

— Чертовски романтично, — поморщилась Джинни. — И это все?

— Когда Лаванда стала за ним бегать, я вдруг поняла, что мне это не нравится. Плюс его запах всегда был для меня притягательным, так что я проанализировала...

Джинни застонала:

— Ну нельзя же все анализировать! Ладно, забудь. Давай развеемся, а? Положим... эм... в четверг? В пятницу традиционный ужин у Молли, в выходные матч по квиддичу… Как ты насчет четверга? Долго сидеть не будем. Хороший ресторан, хорошее вино, хорошая компания из нас с Гарри? Идет?

Гермиона пристально посмотрела на Джинни.

— Гарри рассказывал мне про уроки легилименции, — сказала Джинни со смешком, — так вот, ты на меня сейчас смотришь, как Снейп на Гарри. Не пытайся прочитать мои мысли.

Гермиона уронила голову на руки:

— Он плохо на меня влияет! Я набралась у него всякой… всякой гадости! Ресторан в пятницу — отличная идея и если я накануне начну плакать, что никуда не хочу, можешь наслать на меня сглаз.

Джинни рассмеялась.

— Вот и славно. И я тебя попрошу, Гермиона, будь осторожнее. Мне совершенно не хочется, чтобы живцом выступала ты. Ты сильная ведьма и все такое, но все же…

— При чем тут я? Это Снейпу надо быть осторожнее, но он считает себя очень крутым шпионом и что никто в жизни его не вычислит, хотя его дом в Канаде — нашли, там, где хранился дневник, были ловушки. И кто-то точно знал, что дневник в министерстве, правда… Нет, все равно не клеится, — Гермиона задумалась.

— Послушай, давай спать?

— А кстати, где Гарри? — встрепенулась Гермиона.

— Видимо, сидит в засаде, — пожала плечами Джинни. — Все же какая у людей интересная, насыщенная жизнь, не то, что у меня…

— Ох, Джинни, я бы сейчас немного с радостью поскучала, — сказала Гермиона.

*

До четверга все было просто идиллически хорошо и спокойно. Гарри разрабатывал план, пообещав Гермионе посвятить ее во все тонкости «как только, так сразу». С помощью Снейпа пару проектов, до которых никак не доходили руки, сдвинулись с мертвой точки и Гермиона начала думать, что пригласить его на работу было неплохой идей, даже если бы никаких дневников в помине не было. И во вторник, и в среду она задерживалась на работе, доделывая то, что давно требовало внимания. Каждый раз они пили чай, беседовали и расходились, вполне довольные друг другом. По крайней мере, Гермиона была вполне довольна тем, как проводит вечера: давно она не работала с такой высокой результативностью!

В четверг, помня об обещании Джинни, Гермиона замешкалась.

— Мистер Снейп, — она стояла, держа мантию в руках.

— Вы уже уходите? — он посмотрел на часы, стрелки на которых едва приблизились к шести.

— Да, у меня... дела у меня, — ответила Гермиона, отчего-то чувствуя неудобство, словно она бросала его одного, словно он нуждался в ее обществе. — Но Ромильда остается, она закроет… все что надо закроет.

Он вернулся к записям, сделал несколько пометок на пергаменте:

— Идите, Грейнджер, идите. Не делайте такое лицо, словно мечтаете остаться.

— Спасибо, что отпустили, — язвительно сказала она.

Он только кивнул в ответ.

Погода к прогулкам не располагала: лил дождь и Гермиона аппарировала почти к самому ресторану. До встречи оставалось время, и она зашла в небольшой магазин, предлагающий “самые модные товары”. Ходя вдоль вешалок, она с грустью думала, что никогда не сможет жить “нормально”. Да и как это — “нормально”?

Если с детства ты умудряешься вляпываться в истории, если из всех учеников Хогвартса выбираешь в друзья Гарри Поттера и Рона Уизли, если все семь лет обучения ты то и дело сталкиваешься с задачками, которые не всем взрослым по зубам, а в семнадцать лет сама уходишь из семьи, стирая память родителям и скитаешься по лесам, голодаешь, боишься, но упорно идешь к цели, то после этого как-то очень трудно взять и начать жить нормально. И прав был Рон, когда говорил, что все отвоевали, а она, Гермиона, все еще с кем-то сражается, все ищет, кого еще надо победить. И тут же пришло на ум, что Снейп, в сущности, такой же. Сколько лет он прожил, будучи везде чужим, везде и всегда — в опасности, и даже сейчас, в мирное время, смерть за ним по пятам ходит и не это ли привлекает к нему?