Кровь волшебства

— Итак, — сказала она бодро. — Что вы предпочтете делать? Он посмотрел на нее так, что она не удержалась:

— Вы хотите принести меня в жертву?

— Кому есть дело до моих желаний? Вы читайте заклинания разделения и сохранения, да не отвлекайтесь. Остальное беру на себя.

По отдельности все шаги и все заклинания были простые и знакомые, но никогда Гермиона не применяла их к подобным артефактам, никогда не пыталась использовать разом и уж точно никогда даже не думала делать это в паре со Снейпом. И она волновалась, хотя внутренний голос (которого до вчерашнего дня она не слышала) нашептывал, что все будет в порядке и иначе быть не может. Гермиона споро написала руны, стараясь не думать о том, как выглядит, ползая по полу на четвереньках, и положила дневник в центр пентаграммы.

— Время? — спросил Снейп, проверяя, на все ли пуговицы застегнут сюртук. Рядом со Снейпом, облаченным в старомодный сюртук, Гермиона, на которой были джинсы и худи, начинала чувствовать себя нерадивой студенткой. И не сказать, чтобы ей это ощущение нравилось.

— У нас еще две минуты, — Гермиона решительно отогнала от себя мысли о кардинальной смене гардероба, зажгла свечи по углам нарисованной пентаграммы и осторожно положила дневник в центр. — Я установила магический будильник, он пропоет, когда будет пора начинать.

Две минуты протекли в полной тишине. Снейп и Гермиона стояли по разным сторонам от пентаграммы, нацелив палочки на дневник. Когда кабинет огласила пронзительная мелодия «Ведьмы, в школу собирайтесь…», оба вздрогнули, Снейп кивнул, и они начали.

Гермиона плавно повела палочкой, про себя читая слова заклинания, Снейп ждал, не сводя взгляда с ее палочки. Линии пентаграммы налились молочным светом, стали желтыми, оранжевыми и наконец вспыхнули ярко-алым. Дневник затрясло, выгнуло, из него потек сизый дым, из которого стала сплетаться призрачная фигура. Она становилась все больше и больше, пока не стала походить на взрослого человека.

— Вор! — закричал призрак, ринулся к Снейпу, но тот взмахнул палочкой и над пентаграммой возник купол. Снейп тут же соорудил сферу, наподобие той, в которой Волдеморт когда-то держал Нагайну. Гермионе казалось, что Снейп не справится, ей хотелось ринуться ему на помощь, но она должна была начать читать другое заклинание, и она не двинулась с места.

Снейп между тем словно приподнял защитный купол, и призрак с истошным воплем, которому бы и баньши позавидовали, метнулся к проходу. Снейп стал водить палочкой, будто мешая зелье в невидимом котле, и призрака втянуло в сферу с отвратительным чавкающим звуком. Гермиона взмахнула палочкой, еще и еще раз, закрепляя волшебство и делая невозможным его отмену. Пентаграмма вспыхнула и погасла: теперь от нее на полу остался только пепел, в центре лежал дневник.

— Ну же, — раздраженно сказал Снейп. Что вы на него таращитесь? Берите и попробуйте открыть.

Гермиона подошла, протянула руку, не ощутив никакого сопротивления, взяла дневник, открыла его и застонала.

— Он его еще и зашифровал! Параноик! А вы говорите, я перестраховываюсь!

Дневник был исписан убористыми маленькими символами.

— Я готова поставить на спор свою палочку, что это никакой не язык! Я подобные знаки использовала, когда конспектировала лекции. Рон с Гарри думали, что я нарочно, и дико обижались, а я не нарочно, мне было так удобнее. Было быстрее записывать — писать не длинные слова, а символы. Само собой, я придумала их сама, точнее они сами придумывались, и другие не понимали, что я пишу. И как мы расшифруем эту абракадабру, хотела бы я знать!

— На вас не угодишь, мисс Грейнджер, — Снейп с интересом рассматривал сферу, которая покачивалась перед ним в воздухе: в ней клубился серый туман, изредка из этого тумана выплывала отвратительная морда, больше всего напоминавшая череп с остатками гниющей плоти. — Вы хотели открыть дневник? Мы его открыли. Вы были готовы, что записи будут зашифрованы? Так стоит ли удивляться, что так и есть? Осилим.

— Не думала, что вы оптимист, — проворчала Гермиона.

— Переживете свою смерть, тоже станете, — парировал Снейп. — Дайте посмотреть.

Гермиона отдала ему дневник.

— Скорее всего, вы правы. Я не встречал таких символов, но будем надеяться, что Майкл сможет расшифровать.

Гермиона взяла из его рук дневник и провела пальцем по обложке. Нет, она не чувствовала ничего такого, притягательного, но расшифровать дневник, проникнуть в его тайну ей хотелось самой.

— Я попробую сама, у меня есть почти два дня, а у Майкла только наметились романтические отношения и я не хочу отвлекать его в выходные. Я поработаю, все равно…

— Все равно, дома никто не ждет? — в его словах не было насмешки, только констатация факта. Он знал, о чем говорит.

— Да, — она посмотрела на него с некоторым вызовом. — Рози у бабушки, там куча ее сверстников и ей там весело, а меня сегодня там не очень хотят видеть. Впрочем, это совершенно неважно! У меня есть время, и я хочу потратить его рационально. Вас я…

— Как вы могли заметить, у меня дома тоже не то чтобы многолюдно, — он снял сюртук, повесил на спинку стула и сел. — Давайте сюда свой дневник.

— Он не мой. И как же Амели? Она, наверняка, была бы рада вашему обществу, — Гермиона положила дневник на стол и придвинула еще один стул. По мановению ее палочки рядом легли несколько разных перьев, пачка пергамента, свитки и несколько книг.

— Амели? — он словно не сразу вспомнил кто это. — Странные выводы.

Гермиона только пожала плечами.

— Итак… — Ее прервал стук в дверь.

После вчерашнего происшествия, Гермиона даже за запечатанными дверями отдела не чувствовала себя в полной безопасности. Она достала палочку и только после этого распахнула дверь.

— Так и знал, что ты тут, — в кабинет вошел Гарри.

— Что ты сказал мне, когда впервые увидел Рози? — Гермиона и не подумала убрать палочку.

— Что она похожа на Артура, но что это изменится и она будет красавицей. А, еще, что я болван и не надо было говорить про Артура.

— Проходи, Гарри, — Гермиона захлопнула дверь и снова наложила охранное заклинание.

Снейп поднялся со стула и теперь стоял, чуть откинув голову назад, поджав губы. Несложно было догадаться, что Гарри видеть он не рад.

— Мистер Снейп, позвольте представить вам Гарри Поттера, моего друга. Он работает в аврорате. Гарри, это мистер Снейп, мой новый сотрудник, прекрасный окклюмент и легиллимент.

Мужчины пожали друг другу руки, принимая правила игры. Гермиона сама не знала, что на нее нашло, но было правильно, совершенно правильно дать этим двоим возможность начать общаться с чистого листа, по крайне мере сделав вид, что прошлое больше не властно ни над одним, ни над другим.

— Что у вас случилось вчера? Никаких подозрительных и не очень подозрительных вторжений в министерство зарегистрировано не было.

— Это доказывает, что этот ряженый кто-то из сотрудников! — воскликнула Гермиона.

— Ряженый?

— Я не могу поверить, что это кто-то из Пожирателей. Во-первых, разве кто-то из них работает в министерстве? Во-вторых, второе нападение и очень, просто ужасно неуклюжее!

— Вы думаете, в Пожиратели брали только лучших из лучших? — подал голос Снейп. — Впрочем, я согласен с вами: плащ — не показатель, как и маска.

— Кому-то нужны эти записи, Гарри! Мы с мистером Снейпом постараемся как можно быстрее расшифровать их…

— Так вы сумели открыть дневник! — Гарри искоса посмотрел на тетрадь. — Почти как тот, тот самый.

— Листы у этого исписаны.

— Хорошо, — Гарри старательно не смотрел в сторону Снейпа и, как подозревала Гермиона, не потому, что боялся, а потому что не хотел смущать профессора. — Я тогда пойду, тоже поработаю. В Норе такой тарарам, я обещал Джинни сменить ее после обеда. Если вспомните что-то важное — пишите. — Гарри обнял Гермиону, пожал руку Снейпа, взъерошил волосы и ушел.

— Давайте работать, — чуть нервно потребовал Снейп. Гермиона кивнула, села удобно, раскрыла дневник.