Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 33 из 36

Полковник, словно прочитав мысли Холодова, ту же вышел на связь:

— Витя, приём! Приготовьтесь к перемещению.

— Знаешь что, Бурлаков! — заорал Виктор на весь лес. — Если ты решил меня подставить!..

— Малыгин переместился в нацистский пропос, — невозмутимо продолжил Бурлаков. — Вы там его тёпленького и возьмёте.

В глазах тут же помутнело и началось погружение в очередной пропос, который, по идее Бурлакова, должен стать окончательным.

4

Когда-то русские были сильны. Их не могла сломить ни одна вражья сила. Поняв, что не сломить русскую силу в открытом бою, враги-неруси решили одолеть Русь коварством. Сначала они сбили с толку рабочих еврейскими идеями интернационализма и солидарности трудящихся. Рабочие прогнали русских хозяев, насадив на свои шеи масонских бесов. Но по-прежнему был силён дух воинственных русичей. И тогда враги наслали якобы для работы на Русь орды чёрных дикарей из Средней Азии и Кавказа. Те заполонили все рынки, отняли у местных рабочие места, научили русичей пьянству, матерщине и прелюбодеянию, разбили дороги, нагадили в лифтах и на детских площадках. Вступая в браки с местными девушками, нерусь разбавляла алую русскую кровь своей бурой зловонной жижей.

Но терпение русских дошло до предела. Вскипели как-то раз русичи и прогнали смрадных гадов назад в их аулы и кишлаки. Отродье со смешанной кровью уничтожили, дабы очистить русскую нацию от ублюдков. А татарву и прочую местную погань загнали в резервации, и строго-настрого запретили даже смотреть в сторону русских людей. И не узнали поначалу русичи своей истерзанной земли, настолько она стала чистой и привольной. Как только сгинул последний кавказец, русские перестали пить, курить, грязно ругаться и изменять супругам. На рынках прекратили обманывать покупателей, ибо исчезли нечистоплотные торговцы липким приторным урюком, а вместо них теперь торговали ароматной репой приветливые русские бабушки. Зарплаты тут же повысились, поскольку хозяева предприятий стали русскими, а русич-хозяин, в отличие от еврея или азиата, не станет обманывать рабочего своей же нации. Улицы городов стали спокойными и безопасными, и теперь по ним можно было гулять всю ночь, любуясь русской луной и не боясь хулиганов, которые, как известно, были все нерусскими. На обложках модных журналов вместо похотливых чернявых уродин замелькали фотографии стыдливых русских красавиц с русыми косами и платьями до пят. И даже плитку возле магазинов теперь клали не криворукие безобразные азиаты, а светлоголовые мастеровитые красавцы с чистым русским выговором.

Только теперь русские не будут такими наивными и доверчивыми, какими были до сих пор. Жизнь закалила русичей и превратила их в бойцов, не знающих страха и милости к нерусям. Русский Легион, название которого исходило не от римских легионов, а от русского легиона-неведия, что означало огромное число — воинское братство, призванное защищать матерей и детей от иноземных горбоносых и узкоглазых орд. Воины Легиона, куда брали далеко не каждого юношу, были всегда начеку, надёжно охраняя русскую землю от разной погани.

Дубыня был счастлив, когда попал на службу в Русский Легион. Теперь он был в строю самых отборных бойцов, и любая девушка трепещет как ласточка, когда на неё обратит взор юный защитник Русской земли и Рода. Сегодня у него патрульная служба. Дубыня шагал в строю со своими сослуживцами по русским улицам и подставлял лицо весёлым лучам Хорса. Десять крепких парней, вооружённых резиновыми дубинками, патрулировали улицы родного городка в русской глубинке.

Десятник Милодар, увидев, что прохожие любуются русскими богатырями, приосанился и весело подмигнул подчинённым:

— Давай-ка, братцы, нашу «Походную».

И на тихой улочке раздался громовой речитатив:

У Дубыни от «Походной» всегда бежали мурашки по коже: рубленые строки боевой русской песни звали с ратным подвигам.

Рука Дубыни стиснула рукоять боевой дубинки.

Глаза соратников по оружию горели огнём: песня никого не оставляла равнодушным. Но тут случилось нечто странное, из ряда вон выходящее. Бойцы Легиона оторопели, и патруль без команды остановился.





В уютном русском городе посреди русской улицы под лучами русского бога Хорса стояли два кавказца. Они были настолько отвратительны, что у Дубыни подкатил рвотный комок к горлу, и кожа покрылась мурашками. Невероятно волосатые с копнами чёрных кудрей на отвратительной формы черепах, заросшие чёрной до синевы щетиной, они испуганно смотрели на русичей своими гадкого разреза глазами из-под развесистых косматых бровей. До ноздрей тонкого гиперборейского носа Дубыни донёсся тошнотворный запах немытых тел и переваренного хинкала.

Опытный воин Милодар быстрее всех пришёл в себя от такой наглости.

— Взять их!! — выкрикнул он и первый бросился к неполноценным.

Кавказцы зачем-то оглядели друг друга дикими глазами, затем посмотрели на подбегающих к ним легионеров, охнули и пустились бежать, шустро перебирая своими кривыми ногами и размахивая на бегу волосатыми руками. Для неполноценных они бежали довольно резво, и Дубыня уже начал выдыхаться в тяжёлом бронекостюме.

— Ничего, ребята! — прокричал на бегу Милодар. — Гоните в конец улицы, а там патруль Славомира их перехватит!

На бегу один из кавказцев нацепил нечто вроде наушников и завертел в руках какой-то пульт. Перед концом улицы кавказцы резко свернули в проулок, и разогнавшиеся ребята Милодара нос к носу столкнулись с патрулём Славомира.

— Стоять! — крикнул Славомир, размахивая дубиной.

— Ты чего, брат? — удивился Милодар. — Пошли скорее неполноценных ловить! В тот проулок нырнули, уроды неполноценные.

— Нет, это вы, уроды неполноценные! Ты и твои патрульные выродки! — неожиданно ответил Славомир. — Бей их, ребята! — обратился он к своим легионерам.

— Да ты, никак, белены объелся, земляк? — Милодар даже дубинку выронил от изумления.

— Я тебе не земляк, ублюдок! — ответил Славомир десятнику. — Мы, кривичи — истинные арийцы, потомки ведов. А вы, словене — недочеловеки с толстыми носами и кривыми черепами. Всыпьте-ка им, парни!

Легионеры Славомира накинулись на бойцов Милодара, и между двумя разноплемёнными патрулями закипела битва.

— Сволочь этот Бурлаков! — отдышавшись, произнёс Юшечкин с сильным кавказским акцентом, снимая наушники от пульта управления хистусилителем. — Если бы не пульт, покромсали бы нас здесь эти арийцы, мамой клянусь!

Он тут же осёкся на последней фразе и с изумлением ощупал рот, выдавший такие странные слова. Несмотря на трудное положение, Виктор не мог без смеха глядеть на напарника. Меминженеры Мемконтроля постарались и вогнали путешественников в такие карикатурные образы кавказцев, какие бывают только на националистических демотиваторах.

— Ничего! — злорадствовал, приплясывая, ассистент. — Сейчас они помнут друг другу бока, гипербореи хреновы! Я додумался до точки противоречия. Решил, раз они так сильно чтут цвет кожи и размеры лобных долей, то я усилю это качество. Даже в нацистском монолите есть маленькая трещина. Теперь кривичи будут бить словен, а вятичи гонять северян.