Страница 74 из 104
– Да как же из тебя стрелять.
Скорее интуитивно, Марк почувствовал движение и отстранился в сторону. Второй болт пролетел мимо его виска в каком-то дюйме. Седой дворф откинул в сторону арбалет, грозно выкрикивая какие-то ругательства и, выхватив из-за пояса топор, ринулся в сторону человека.
На трубе загорелась красная кнопка, та самая, на которую уже жал Ройвер. Разведчик навёл трубу на приближающегося дворфа и нажал на неё. Отдача отбросила его в стену усадьбы, и он еле удержал орудие в руках. Белый луч распылил верхнюю часть седого дворфа и насквозь прошил дом, в котором располагалась пыточная камера. Дом обвалился, подняв в воздух столб пыли.
«Дубина» – выругался сам на себя Маркус. Этим лучом нужно было распылить оборотня. Дворфа он мог сразить и мечом.
Однако его атака не прошла впустую. Взрыв отвлёк внимание перевёртыша, и Аша не упустила появившегося момента. В тот миг, когда зверь смотрел в сторону разрушающегося здания, арденитка прыгнула к вайраку и полоснула его по незащищённой шее. Рхагаз схватился за рану и, оступившись, припал на одно колено. Девушка атаковала снова, вонзив свой меч прямо в глаз монстру.
Послышался крик. Ройвер снова нажал на кнопку трубки, и она уже сияла белым, но атаковать было ещё рано. Оборотень махал здоровенными ручищами, впадая в бешенство на грани агонии.
Разведчик знал обратную сторону медали перевоплощения вайраков. То, почему они далеко не всегда превращаются в свою вторую сущность. Их вторая форма – это форма зверя. Они получают силу, но теряют контроль над головой. Они перестают соображать логически, действуя на эмоциях и животных инстинктах, они забывают тактику, забывают задание и приказы. Форма зверя хороша только в случаях самообороны или, когда нужно устроить погром. В остальных случаях она больше вредит, чем приносит пользы.
Аша решила закончить начатое, но попалась в руки оборотня. Тот, несмотря на агонию, заметил её манёвр и молниеносно схватил девушку, сжав в кулаке. Аша пронзительно закричала, а зубы Маркуса скрипнули.
Что же ему делать? Кнопка всё не загоралась, а девушку вот-вот разорвут на части.
– Ну давай же! – закричал на трубку Ройвер.
Арденитка старалась вырваться из мёртвой хватки перевёртыша, но тот крепко удерживал свою добычу, не давая ей ни шанса на атаку или побег.
– Я порву тебя на куски и сожру, – пробасил монстр.
– А вот это вряд ли, – пробормотал разведчик и нажал на загоревшуюся красную кнопку.
Теперь он был готов к отдаче и упёрся спиной в стену усадьбы сам. Он боялся целить выше пояса Рхагаза, дабы не попасть в Ашу, так что решил бить по ногам. Луч расщепил ногу зверя по колено, разнеся заодно и частокол позади монстра. Этого хватило.
Оборотень выронил Ашу, схватившись за раненый обрубок, из которого так и хлестала кровь. Он выл так, что Маркус побоялся, как бы их не услышала вся северная империя. Монстр рухнул, и земля содрогнулась, заставив дома заскрипеть, а Ройвера покачнуться.
Девушка медленно подошла к лежавшему ниц перевёртышу и вонзила свой меч тому в голову, вложив в этот удар всю свою силу. Зверь прокряхтел что-то и затих.
Ройвер бросил железную трубку наземь и побежал к Аше.
– Как я рад, что с тобой всё хорошо, – целую её снова и снова, говорил разведчик.
– Да, – только и смогла выдавить она, и по щекам девушки потекли горячие слёзы. – Ты убил всех остальных?
– Если ты убила гномов, то они все мертвы, – подсчитал в уме Марк.
– Я убила только одного, – испуганно сказала арденитка и Ройвер тут же отстранился от любимой, положив руку на эфес меча и озираясь по сторонам.
Внезапно, в нескольких метрах от них, на землю упал гном с длинной железной палкой в руках. Маркус поднял голову вверх и заметил дворфа в чёрном плаще, с покрытой глубоким капюшоном головой и серой бородой.
– Он хотел убить вас, – пояснил свои действия дворф на крыше.
– Этой палкой? – не понял разведчик.
– Она стреляет, как те трубки, – ответил дворф. – Только мельче.
Ройвер кивнул, будто понял и отошёл к Аше.
Во двор начали выходить дворфы и гномы. Один из них: гном в чёрной коже, ошейнике и широких болотных сапогах (как называют их в речных землях), подошёл ближе к парочке.
– Меня зовут Риберн, – сложив руки вместе, сказал гном. – Я староста этой деревни. Точнее, был старостой, до того, как нас захватили эти… бандиты.
Ройвер разглядел гнома получше, приметив, что тот уже довольно стар. Седая борода казалась уже не столь густой, как у других. Глаза потускнели и запали, лицо осунулось, морщины уже не позволяли представить, как он мог выглядеть, когда был помоложе. Но голос гнома звучал твёрдо, а осанка была прямой, как копьё. Он ещё послужит этой деревне.
– Так это были бандиты? – задал вопрос разведчик.
– Я так и сказал, – поклонился гном. – Нас хотели увести в рабство, но не сразу. Они выжимали из этого места всё, что только могли, прежде чем уйти дальше.