Страница 2 из 112
Но Сашка Воронцов был исключением. Он вообще уж слишком исключительный для Солнечнодвинска был. Саша, а точнее Александр Петрович Воронцов хоть в пионеры уже не попал, но с детства мечтал на благо Родины служить. Точнее малой Родины, непосредственно Солнечнодвинска, и местных обывателей. То старушку через дорогу переведет, хоть оно ей и не надо, то котенка с дерева снимет, ободранный потом ходит, хорошо еще ни разу бешенством не заразился. Все сериалы, что отечественные, что зарубежные про отважных полицейских запоями смотрел.
В общем, после школы отслужил Воронцов в армии, тогда еще на двухлетке, в столице в ВУЗе выучился и в родной городишко вернулся: добро и справедливость причинять.
По закону подлости жизнь должна была Сашку сломать, пылу поубавить, а преступность с коррупцией и прочими радостями жизни — не побороться. Но преступности в Солнечнодвинске было не так уж и много, а та, что была — легко перевоспитывалась. А денег не хватало даже на коррупцию.
И Александр рьяно принялся порядки наводить, по высшим инстанциям не брезговал бегать и в столицу письма электронные отсылать, чтоб всякие дотации выделяли: принтер там новый или прибавку к пенсиям.
К тридцати трем годам доработался Саша до должности старшего участкового.
На районе его даже шерифом величали: Сашка всех гопников местных на сериалы забугорные подсадил. А больше всего Александру с подростками нравилось работать: трудные, бестолковые, но не безнадежные, что самое важное.
Как и у всякого живого человека были у Сашки свои недостатки — импульсивный уж: вроде, как надо, голову холодной сохранит, четко действует, но вот накроет и пойдет — уже с головою горячей и в неприятности.
Вот и в этот раз так случилось.
Пропал в городе Петька Рябов, последний раз мальца в новом загородном клубе видели, устроился он туда на подработку. Клуб тот Воронцов сразу подозрительным посчитал. Ну какой нормальный бизнесмен будет в Солнечнодвинске такое открывать. А еще и название это: пошлое. Воронцов вначале помощника своего — Генку послал, но того внутрь без ордера не пустили. Подкованные черти оказались.
- Можем главного их администратора в участок вызвать, - предложил Геннадий.
- Не скажет он ничего! - зло отмахнулся Воронцов. Тут-то участковому и пришла в голову шальная, как пуля, мысль — его-то в клубе видеть не видели еще. А о работе под прикрытием он сызмальства мечтал.
Коллеги, как услышали, всполошились, даже бомж Иннокентий в камере-вытрезвителе проснулся: его туда часто пускали — поспать, поесть, зимой погреться — жалко горемычного было.
- Петрович, да окстись! - рыгнул Иннокентий. - Кто ж тебя туды пустит! Ни денег у тебя, ни связей. И на этого...как их там...срамота такая...а! мажора ме-тра-сек-су-аль-но-го, - с трудом выговорил бомж, - ты не походишь.
- Между прочим, если Александра Петровича причесать, подстричь аккуратнее, приодеть и замазать мешки под глазами тоналкой — очень даже стильный юноша выйдет, - заметила секретарь Алла Леонидовна — моложавая женщина лет пятидесяти, возраст свой она тщательно скрывала, ответственная за прием звонков, корреспонденцию и прочее. Не то чтобы должность эта сильно нужна была, но Алла Леонидовна приходилась тетушкой одному из местных депутатов, а еще готовила слишком вкусные котлеты по-киевски и за правильным питанием участка тщательно следила.
- Вещи у брата одолжу, - продолжила Алла Леонидовна, - сын его, племянник мой второй, как раз новую партию непотребного шмотья из столицы присылал.
Все рьяно-согласно закивали: Игоря - второго племянника Аллы Леонидовны, успешно обосновавшегося в Москве, в городке любили даже больше первого, молодежь детдомовская уж точно: в «Абибасах» и «Кальвин Кляйнах» то и дело щеголяли. Старшие гопники как-то раз особо модных «мажоров» избить попытались, но те, оказалось, восточными единоборствами занимались, да и ножи с собой носили. И пришлось гопникам не так сладко. Благо, бдительные граждане полицию вызвали. Сашка тогда особо разбираться не стал: всех на сутки в карцер посадил и на лекции о вреде драк на неделю ходить заставил. А в рамках примирения «мажоры» гопникам футболки рваные подарили, а тем им — куртки спортивные — срамоту нагрудную прикрывали чтоб.
Ну а Игорь-меценат все продолжал Солнечнодвинских шмотками снабжать в рамках гуманитарной помощи.