Страница 39 из 59
— Бэзил, вы не рад? Мало работа за хороший жалованье. Мечта! — он закатил глаза в потолок, изображая крайнюю степень эйфории.
— Генри, бездельников на должности назначают лишь затем, чтобы за их спиной умные люди делали деньги. Вы согласны?
Кун неопределенно хмыкнул и круто сменил направление разговора:
— Бэзил, я вас приглашать ужин. Через час приходить в столовая.
Он встал, оставив бумаги на столе и вышел.
Черт возьми, ну и выдержка!
… в столовой было накрыто на двоих. Кун представил меня жене, познакомил с сыновьями и дочкой — все подростки и пригласил к столу. Домочадцы удалились. Периодически заглядывала молодая негритянка в белом фартуке, мол, не подать ли чего, и уловив жест хозяина, типа потом, скрывалась за дверью в кухню.
Стол был скромен — отбивная чуть больше оладья, гарнир — макароны с сыром, какая-то рыба с овощами, графин с виски. И ладно! Не жрать пришел.
Хозяин гостеприимно налил по рюмахе, после с полчаса мы чинно пережевывали пищу. Потом снова отдали дань алкоголю, кстати, неплохому, я ожидал худшего, и только после этого Кун сказал:
— Расчет калифорнийцев на бизнес Аляска упал, свалился. Это есть факт. С одной сторона это есть хорошо. В Калифорния, в Сан-Франциско есть много дел, нужен много людей, они есть, значит бизнес будет идти и рабочий руки стоить дешево. С другой сторона, исчез шанс отправить на Аляска самый отборный отбросы, который приехал в Америка искать легкий нажива, мошенник, грабитель, вор. Они нарушать порядок, вести подлый и низкий лайф, э-э-э жизнь, мечтать легко разбогатеть, но не хотеть работать. Это есть плохо. Но! — тут он поднял указательный палец правой руки вверх, — Никто не сказал, что так будет всегда! Год-два — этот указаний могут отменить. Или изменить. Правительство не может долго тратить деньги на содержание Аляска. Это не допустит Конгресс! Они не любят пустых трат. Вы согласен, Бэзил?
— Генри, я с вам согласен, пустых трат никто не любит. Что из этого следует?
— Вы это время исполнять свой работа, стать специалист, стать авторитэй на Аляска, укрепить статус, стать тот, кто будет иметь вэйф, кто дать нужный рекомендейшн. Успешный работа и вас услышать Вашингтон.
— Спаси меня господь от внимания большого начальства, — я шутливо отмахнулся. — Это Вам хорошо, вас выбрали горожане и только они могут отстранить, если выберут другого. А чиновник есть чиновник — начальник подписал бумагу, в канцелярии шлепнули печатью и все! Вчера был большим человеком, а завтра — безработный пожилой мужчина.
— О, да! — Кун покивал мне, соглашаясь. — Вы есть прав. Значит, вам нужен достойный доход, чтобы не стать снова житель сарай с вонючий петчка и семь доллар в неделя. У вас есть идей?
Как тонко подвел! Молодец! Талант! Учись, Колян! Вот что значит политик. Парочка идей у меня имеется, но выкладывать их преждевременно. И я отрицательно помотал головой. Кун некоторое время изучающе вглядывался в мое лицо, но я опять сделал морду тяпкой, как делаю всегда в таких случаях. Изучай, изучай, ничего на мне не написано, одна тупость и недалекость. И тут мэр снова сломал разговор:
— Курите, Бэзил. Я вижу, что вы хотеть курить. Впрочем, пойдемте! На улица сейчас вери комфот. И бьютифл вейв он ве бай! Там беседка, кресла, стол. Майра принесет нам кофе! Пойдемте!
Мы вышли на улицу. Сентябрьский вечер в Сан-Франциско хорош! Мягкий морской воздух, не жарко, нет даже намека на мошкару и комаров. Благодать! Дошли до беседки, расположились в креслах, я не торопясь набил трубку, запалил ее огнивом[78] (научился все-таки) с вкусом затянулся и уставился на Куна. А он на меня и не смотрел, явно наслаждаясь теплым вечером и видом на залив Сан-Франциско.
— По профессия я врач, аптекарь. И не любить политИк. Я приехать Калифорния, когда сильно болеть. Так болеть, что пропал голос. Я говорить э-э-э толко шепот. Здешний воздух и природа меня вылечить. И я полюбить здешний место. Я тоже раньше курить, но сейчас нельзя. А табачный аромат я нью-хать шут-шут и мне хорошо. Старый привычка! Я начал курить, когда быть глупый малчик. Вы, Бэзил, не похож на глупый малчик. Вы делать глупый вид, но после ваш анализ обстановка, ваш поведений и речь, глупый вид — нет выигрыш. Вы не есть игрок э-э-э-э актер! Вы явный обманчик!
Я напрягся. Но Кун, рассмеявшись, махнул рукой:
— Вы умный. Идея у вас есть. Но вы не знать, как правильно сделать, как решить. У вас пока нет в команда такой специалист. Бэзил, я вам э-э-э сим-па-ти-зи-ро-вать, да! И вы быть со мной откровенность, как я с вас. Я помочь вам сделать маленький гешефт. Какой сейчас цена на Аляска земельный участок?
Я помедлил, вспоминая вопли торгашей в баре Ново-Архангельска:
— От ста до тысячи долларов!
— Бьютифл! Я вкладывать в бизнес деньги, вы — информэйшн. Десять тысяч доллар хватит, чтобы участвовать в торгах. И потом считать доход фифти-фифти.
— От чего доход, Генри? Заняться земельной спекуляцией, заведомо зная, что она запрещена? Разве за это не сажают в тюрьму?
Кун усмехнулся:
— Мы добропорядочный гражданин. Мы не делать глупость. Найти делец, который сделать основной работа и даже не знать меня и вас легко. Он выехать Аляска послезавтра. На тот корабль, что должен ехать вы. Но вы заболеть. И поехать октоуба. Вместе с комиссия передача Аляска. За месяц он успеть скупить и продать земля столько раз, сколько позволит его жадность.
Слушаю и восхищаюсь. У меня только мысли закрутилась, как использовать инсайд о запрете сделок купли — продажи земли, а ловкач мэр за какой-то час выстроил схему и нашел людей. Но… во первых — за одну инфу пилить доход пополам… так не бывает. В таких сделках откат считают в процентах, а не в долях. Во вторых, если вписываться деньгами, в равных долях — откуда я возьму десять тысяч? Те, что у меня есть — казенные деньги. Жалование и питание всех нас, пятерых, до весны. Ладно, я и без жалованья могу перетоптаться, на одной рыбе с картофаном проживу, не впервой… Если еще сохатого заохотить или пару оленей как морозы начнутся… А остальные как? Можно распатронить мою заначку, там еще три с лишним тысячи осталось, хер с ним, присовокупить еще пятерку, собственное жалование, но… Кун прервал мои рассуждения:
— Бэзил, беспокоится нет чего, делец уже получить деньги и собирать чемодан.
Я протестующе поднял руку:
— Генри, мой взнос — восемь тысяч. Вы его получите утром, отдавать деньги вечером — плохая примета. От этих восьми тысяч мы и считаем доход.
Кун прищурился:
— Вы решили экономить на снаряжение и припасы? Плохой решений! Аляска — Север…
Я его беспардонно прервал:
— Генри, у меня есть скромные личные сбережения, которыми я вправе рискнуть. Расходовать государственные деньги на личные нужды опасно. И я не буду это делать.
В глазах Куна мелькнул огонек уважения.
— О! Вы есть болшой загадка, мистер Трамп!
Мне надоели непонятки и я сказал в лоб:
— Мистер Кун, а вы для меня загадка еще больше! Вы нянчитесь со мной, как будто я ваш потерянный в детстве сын. Почему?
Моя горячность его, казалось, забавляет:
— Бэзил, мы уже обсуждать это. Вы мой дол-го-сроч-ный вложений. А вложений надо растить, беречь, умножать и охранять! Тут принято, что информэйшн ваш, деньги мой, доход фифти-фифти. А Вы вери скрапулос, как это по русски…
— Очень щепетильный, — перевожу я.
— Иес! — облегченно выговаривает Кун, — Но в Америка так не принято. Я понимать, что вы желать независимость. Но почему сразу? Прийти времья, вы стать богатый. Независимость придет. Я не главарь гангстер, ме-ня не надо страх. Как вы жить, что видеть везде под-вох? Лайф, э-э-э жизнь Россия вас научить никому не верить…
— Генри, — невежливо перебиваю, — Россия отсюда очень далеко, потому оставим ее в покое и займемся нашими насущными делами. Хорошо? И я не очень щепетилен, но полная зависимость меня нап… пугает.
78
Река Стикин (в русских документах — Стахин), чье устье находилось в российских владениях, а основное течение располагалось в Британской Колумбии. Стикинский прииск обследовал в 1862 году инженер-технолог П.П. Андреев, который дал заключение, о бедности месторождения.