Страница 102 из 128
— Не знаю пока, — пожимаю плечами и закуриваю. — Вот жду, когда ее брат объявится — надеюсь, благодаря ему выяснить, где Агния может быть или как найти этого проклятого Кира, который сто процентов что-то знает.
— Может, в полицию сообщить? Все-таки человек пропал — это же не шутки, в самом деле.
— И кто я ей такой? — пожимаю плечами, полностью отметая этот вариант. — Ты же знаешь, что менты заявления в любом случае на третий день принимают, да еще и в большей степени от родственников. Мы же и знакомы с ней всего ничего — пошлют просто-напросто, и слушать не станут.
— Согласен, — вздыхает Арчи. — Наша милиция нас бережет.
— Поймает, а потом стережет.
Мы сидим во дворе "Ржавой банки" только вдвоем. Вокруг не слышится привычный, ставший родным, шум — никто не возится с мотоциклами, не орет и не спорит. После того, как счета мастерской полностью обнулили, а мы так и не успели перевести деньги за новый товар, без которого почти невозможно работать, Арчи предложил отправить ребят в отпуск. Во-первых, им давно пора было отдохнуть, а, во-вторых, нам элементарно нечем платить им зарплату. Поэтому, пусть лучше пока дома посидят и восстановят нервные клетки, уничтоженные криками и издевательствами Арчи — их не в меру нервного второго босса.
— Знаешь, я себе уже голову сломал, пытаясь понять, кто это может быть, — нахмурившись, говорит лысый и выпускает в небо светло-серое дымное облако. — И на того думал и на этого, но в голову так ничего и не приходит. Даже всех наших одноклассников вспоминал, всех, с кем мы в детский сад ходили — никакого результата. Не знаю я, кому ты мог так поперек горла встать. Ты же у нас не конфликтный товарищ — не то, что я.
Я смеюсь, потому что согласен с ним — Арчи действительно в этой жизни насолил большему количеству народа, чем я. Но почему-то факт именно моего существования кого-то сильно возмущает. Я бы чихал на все с большой колокольни, если бы эта проблема в других не рикошетила со страшной силой. А этого я уже не могу вынести.
— Филин, я знаю, что тебя гложет, — говорит Арчи и серьезно смотрит на меня, будто душу хочет наизнанку вывернуть, — но ты не переживай: все с нами будет хорошо. Пусть хоть захлебнется своей злобой, но до всех все равно добраться не сможет. Ну, пырнул он Брэйна — жалко, конечно, но татуировщик наш жив и практически здоров. Иза тоже, несмотря на всю патовость ситуации, уже в порядке. Да и деньги наши, что он спер... ну, другие, значит, заработаем. В первый раз, что ли нам из дерьма с тобой выплывать? Бывали времена и похуже.
И это чистая правда — мы с ним столько разного повидали, в таком за жизнь поучаствовали, что и вспоминать не хочется. Даже гибель Наташи, которая так сильно подкосила каждого из нас, не стала той последней каплей, точкой невозврата, за которой — бездна. Поэтому и сейчас мы будем барахтаться в этих отходах чьей-то ненависти, пока не взобьем грязное прогорклое масло.
— Ты прав, — улыбаюсь, выбрасывая в урну окурок.
— Я всегда прав — в этом мое проклятие, — смеется лысый. — Знаешь, у меня идея родилась. Еще сегодня днем, но не говорил тебе. Как только ты позвонил и рассказал все, меня прям осенило.
— Что на это раз? — морщусь, на секунду представив, до какой ручки могли довести Арчи долгие размышления о несправедливости бытия.
— Не бойся, — смеется, направляясь к мастерской. — Пошли, внутри расскажу. В гараже хорошо — там пиво еще осталось.
— Долбанный алкоголик, — тоже смеюсь, следуя за ним. — Скоро без пива и секунды прожить не сможешь.
— Да ладно тебе, — машет он на меня рукой, — сам знаешь, что я умею тормозить.
— Я знаю, что ты раньше умел, какие навыки в тебе сейчас не всегда ясно.
— Не брюзжи и просто послушай, что я придумал и на что готов пойти ради тебя.
— Почка мне твоя не нужна, — предупреждаю на всякий случай, зная, как далеко может завести Арчи его буйная фантазия и дикий, неуемный нрав. — Даже не уговаривай.
— И не собирался, — хохочет, садясь на диван. — Да и не думаю, что мои органы смогут кого-то спасти.
Я присаживаюсь рядом, приготовившись выслушать его план, каким бы безумным он ни был, потому что, знаю точно, от лысого можно ожидать чего угодно.
— В общем, ты же знаешь Матильду? — спрашивает абсолютно серьезным тоном, словно и не веселился минуту назад. А Матильда-то тут причем?
— Думаешь, после того, как она зимой на улицу голая вышла ее можно забыть? — улыбаюсь, вспомнив, как гордо она шла, вонзаясь острыми, словно иглы, каблуками в снежный наст. Да уж, зрелище поистине завораживающее.
— Сам же знаешь, что я никогда не даю девушкам надежду на продолжение банкета. После Нат ни одна не смогла стать для меня хоть чем-то большим, чем сексуальный объект. Полюбить никого, по всей видимости, уже больше не получится, а заводить отношения для галочки не могу и не желаю. Поэтому никогда я им не звоню, никогда не ищу встречи и уж, тем более, ничего у них не прошу.
— Да, в этом плане ты принципиальный парень.
Все верно: никогда Арчи не ищет встречи с теми, кто был хоть раз в его постели. Многих девушек такое положение вещей не устраивает, и они всячески ищут повод, чтобы снова его увидеть, но и в этом случае ничего, кроме очередного разочарования не получают. Хотя он с ними всегда честен, но многие не хотят мириться с несправедливостью мироздания. Одной из таких, даже слишком активных, барышень оказалась и Матильда.