Страница 43 из 53
— Чем-то нашу клубнику напоминает, — сделал заключение мальчишка. — А по форме, действительно немного похожа на птичий клюв.
Они насобирали ягод каждый с горсть и двинулись дальше. Пока лошади топали по ковру из мха, дети поклевывали ягоды, которые быстро закончились. В одном месте обнаружилась совсем крохотная полянка. Здесь беглецы решили остановиться, посчитав, что они уже достаточно углубились в чащу. Спрыгнули на землю.
— Костер бы сейчас развести, — сказал Артем, поеживаясь под сырой футболкой. — Но он может выдать нас. Кто знает, вдруг зинды организовали погоню.
Дети опустились на мягкую травяную подстилку под деревом. Трава под защитой деревьев была почти сухой. После бешенных скачек и столкновений с зиндами недавние пленники валились с ног. Поэтому с превеликим удовольствием девочки вытянулись на траве, словно на перине. Артем присел, прислонившись к широкому шероховатому стволу. Он внимательно вслушивался в лесные звуки, пытаясь уловить опасность. Вспомнил, как это здорово получалось у Емельянова. Жаль, нет его сейчас с ними. Кроме щебетания птиц, шума дождя где-то высоко в кронах деревьев и жужжания насекомых, ничего подозрительного мальчишка не услышал.
— Нам надо решить, куда мы двинем дальше, — произнес Артем.
— Разве у нас поменялись планы? — удивилась Настя.
— Да, нет. Планы все те же. Только надо подумать над тем, как построить путь, чтобы вновь не оказаться в плену.
Мальчишка достал из рюкзака смартфон и принялся изучать карту.
— Мы, когда убегали, выбежали не к тем воротам, — вновь заговорил Артем. — Эти ворота находятся восточнее, к ним ведет та дорога, по которой мы прибыли сюда из деревни «космонавтов». Получается, что сейчас мы находимся еще дальше от цели. И чтобы вновь не показаться на глаза зиндам на открытой местности, нам нужно ее обойти, сделав приличный крюк. Зато шансов остаться целыми будет куда больше.
— Я не хочу сейчас никуда идти, — проскулила Настя. — Здесь так хорошо лежится, совсем не хочется вставать.
— Да, отдохнуть нам не помешало бы, — поддержала Лика.
— Так я не тороплю, — Артем виновато заморгал. — Отдыхайте. Можете поспать. А я посторожу. Так даже лучше: днем спать, а ночью идти. Тогда на нас никто не нападет.
— Напасть на нас могут и днем, — возразила Лика. — Тем более, сейчас, когда мы убежали из города.
— Все равно, днем не так страшно, — Артем убрал смартфон обратно в рюкзак.
Дождь продолжал шелестеть, теряясь в листве, нагонял сонливость. Настя и Лика задремали. Лошади переминались рядом, мирно пощипывая травку. Артем, взявший на себя роль сторожа, с трудом справлялся с накатившейся зевотой. Он даже принимался напевать вполголоса известные песни, чтобы не заснуть. Песни, почему-то быстро закончились. Мысли под шум дождя начинали путаться. В конце концов, Артем тоже начал клевать носом. Мальчишка уже почти заснул, как до его ушей донесся еле слышный шорох. На общем фоне других звуков он подозрительно выделился, он не был похож даже на шелест листьев при взлете птицы. Глаза пацана сразу распахнулись. Артем напрягся, превращаясь в слух. Его уши, словно локаторы радаров, принялись прослушивать пространство. Шорох повторился левее. Теперь он прозвучал отчетливее на уровне чуть выше земли. Парень поднялся. Ноги вдруг стали словно чужие, не хотели повиноваться в предчувствии опасности. Артем стрельнул взглядом туда, откуда донесся подозрительный шорох. Густые кусты утопали в сумраке, сливаясь в одну общую массу, и ничего не получалось разглядеть. Тогда Артем сделал шаг навстречу. Из полумрака сверкнули два желтых огонька. По спине пробежал холодок, рука сама потянулась к рукояти меча. Огоньки приблизились, превратились в два желтых глаза на серой мохнатой морде. Справа шелестнуло. Артем скосил глаза. Вторая такая же морда показалась из зарослей кустов.
— Лик, Насть, — позвал Артем. В горле застрял комок, мешая говорить. — Вставайте. Похоже, у нас гости.
Девочки не сразу очнулись от дремоты. Первой поднялась Лика, завертела головой. Затем, потягиваясь, села на траву Настя. Заморгала, не понимая, что происходит. Тем временем еще три морды появились с противоположной стороны поляны.
— Они нас окружили, — произнес Артем, шаря глазами по сторонам.
— Мама! — громко крикнула Настя.
— Тише, — шикнула на нее Лика. — Это волки.
— По-твоему их не стоит бояться? — спросил Артем.
— Стоит. Но нельзя им показывать это.
Лика подобрала меч. Артем тоже сжал рукоять. Первый раз в жизни он увидел волка, когда они вдвоем с Емельяновым устроили охоту. Но тогда волк был один, и у охранника был пистолет. Теперь же из оружия всего два коротких клинка. Шансов на спасение еще меньше, чем тогда, когда на них ночью напали зинды. Крупные звери выходили из укрытий, сжимая кольцо. Их желтые глаза переводили взгляды с детей на лошадей и обратно. Похоже, волки не знали, на кого им в первую очередь стоит напасть.
Вот уже хищные пасти со свисающими языками подобрались совсем близко. Артем понимал, что они с Ликой могут ранить только по одному зверю, а потом уже их ничто не спасет. Он приготовился к самому худшему, как в воздухе просвистело, и ближайшего к ним волка пронзило стрелой. Хищник дернулся, остановился, но продолжал стоять. Прилетело еще несколько стрел, две из них воткнулись все в того же волка. Зверь не выдержал, его ноги подкосились, и огромная туша повалилась на землю. Остальные начали медленно отступать.
«Кто это?» — мелькнуло в голове у Артема. — «Неужели снова зинды?»
Из-за деревьев летели новые стрелы. Они вонзались в животных. Волки уже перестали пятиться, а бросились наутек, скрываясь в зарослях. Совсем рядом раздалось громкое ржание, и на поляну выскочили всадники.
— Отец! — крикнула Лика.
Один из всадников нагнулся к девочке. Подцепил ее, заключив в крепкие объятья. Артем и Настя узнали в нем Махмура.
Глава 37
Несколькими днями ранее
Стрела вонзилась Емельянову прямо в запястье, в ту самую руку, что держала пистолет. От удара руку откинуло, пистолет выпал из ослабевших пальцев. Александр пригнулся, спрятавшись за корпус бывшей машины. Ухватившись за конец с черным опереньем, с силой дернул стрелу. Зубы заскрежетали от боли. Из раны хлестанула кровь. Охранник нагнулся к земле, сорвал широкий лист неизвестного ему растения, похожего на лопух. Обмотал им рану.
Впереди раздалось ржание. Александр бросил взгляд в сторону детей. Он увидел, как Лика сразила из лука подбежавшего мужлана, а Артем копьем пробил голову второму. Освободившись от нападавших, дети развернули коней. Лошади рванули с места, поднимая с дороги пыль. Емельянов улыбнулся. Подобрал здоровой рукой пистолет. Из-за капота возник еще один враг. Меч взметнулся над головой, вот-вот обрушится на Алекскандра. Сталь ослепительным «зайчиком» блеснула на солнце. Реакция была мгновенной: охранник выстрелил в упор. Противник, не успевший опустить меч, рухнул рядом. Его товарищи, показавшиеся следом, замешкались. Емельянов вновь вскинул пистолет. Палец нажал на курок, раздался глухой щелчок. И всё.
— Блин, патроны!
Емельянов отшвырнул пистолет в сторону. Кинулся к лежавшему ничком Олегу. На ходу выхватил у него из ножен меч, подаренный Крамисом. К громиле ринулись опомнившиеся враги. Их оставалось пятеро. У каждого в руке блестит клинок. Емельянов крутанулся на месте, меч со свистом описал круг, заставив противника отступить. Но разбойники не сдавались. Они видели свое численное преимущество, и пытались подступиться к Александру. Охранник ловкими движениями пресекал каждую попытку. Сказывался опыт службы в спецназе.
Вот один, что выше остальных, оказался совсем близко, его лезвие почти коснулось шеи громилы. Емельянов увернулся и сделал ответный выпад. Долговязый схватился за живот, согнулся пополам. С глухими хрипами повалился на землю.
Осталось четверо. Они продолжали наседать. Емельянов отступил к машине. Спина уперлась в нагретый солнцем металл. Враги подбирались все ближе. Александр, что есть силы, оттолкнулся от ржавого корпуса, полетел, словно распрямившаяся пружина. На лету рубанул направо и налево, только слышался свист разрезаемого воздуха. С обеих сторон раздались дикие крики. Приземлившись, охранник сделал разворот. Перед ним остались стоять двое. Емельянов пошел на них словно ледокол на лед, гребущий всеми винтами, а в глазах тех двоих появился страх. Они отступили на шаг, на два и бросились в разные стороны.