Страница 11 из 53
— Мы же должны здесь встретить файвиоллов. Они умеют перемещаться через пространства.
— Они может и умеют. Но захотят ли нас переместить? Это неизвестно.
— И что тогда?
— Остается надеяться, что та девушка, Мария сумеет запустить папин излучатель и забрать нас из этого мира. Но дадут ли ей это сделать?
Костер начинал угасать. Артем подкинул в него последние сучья. Пламя охватило сухие ветки, послышался треск загорающейся древесины. Красно-желтые языки осветили лица детей, сидевших на песке.
— Спать хочешь? — спросил Артем сестру.
— Не знаю. Скорее всего, нет.
— Смотри, нам, как только начнет светать, нужно трогаться в путь.
— Так рано?
— Да.
И все же Настю начинало смаривать. Она то и дело клевала носом, в конце концов, завалилась набок прямо на песок. Артем подсунул ей под голову рюкзак, предварительно вынув из него папин пиджак. Накрыл сестру пиджаком. Сам продолжал сидеть, всматриваясь в красные угли, которые время от времени вспыхивали крохотными тюльпанчиками с синим окрасом. Больше дров не оставалось, а идти за новыми в темный непроглядный лес совсем не хотелось.
Тем временем на востоке забрезжил рассвет. Черное звездное небо начало незаметно сереть. Артем растолкал сестру.
— Насть, вставай. Пора.
Девочка нехотя зашевелилась. Еще сильнее прижалась щекой к грубой ткани рюкзака, подобрала колени, сжавшись в клубок. Просыпаться ей никак не хотелось.
— Да проснись ты! — в самое ухо рыкнул брат.
Настя разлепила веки, часто заморгала.
— Что, уже? — сонным охрипшим голосом произнесла она.
— Да, надо спешить, пока совсем не рассвело.
Девочка, наконец, оторвала голову от импровизированной подушки, села. Натянула на плечи папин пиджак. С реки веяло холодом. От костра остались одни головешки, от которых поднимался сизый дым и расплывался над пляжем причудливыми завитушками.
Артем поднялся на ноги. Накинул на плечи рюкзак. В каждую из рук взял выструганные ночью копья. Настя, закутавшаяся в длинный пиджак, тоже поднялась.
— Пошли, — сказал брат и зашагал к тропинке, ведущей в деревню.
Настя удивленно посмотрела на него и поплелась следом. Артем ускорил шаг. Он явно торопился. Сестра тоже старалась не отставать. Но так даже лучше, от быстрой ходьбы она, наконец-то, согрелась.
В предрассветный час лес по краям тропы казался черным. Но верхушки деревьев уже отчетливо выделялись на посветлевшем небе.
Вскоре показалась деревня. Черные кубики домов утопали в расплывшемся вокруг тумане.
— Так куда мы идем? — не выдержала Настя, всю дорогу до этого молчавшая.
— К лошадям, — ответил брат и, не доходя до деревни, повернул в сторону загона. — То, что туман — это хорошо. Нас никто не заметит. И хорошо, что в этой деревне нет собак. А то сейчас подняли бы лай.
Настя вспомнила, что, действительно, днем она не видела ни одной собаки. Тогда она не обратила на это внимания, а сейчас ей показалось это странным.
Они приблизились к изгороди. Внутри загона темнели спины лошадей. Лошади, как и все нормальные животные, в это время спали. Правда, иногда раздавалось фырканье.
Артем пролез меж жердин. Поманил за собой Настю. Та нехотя последовала за братом.
— Ты что задумал? — зашептала сестра.
— Счас увидишь, — тоже шепотом отозвался брат.
Он приблизился к табуну и не громко позвал: «Черны-ыш». В табуне произошло шевеленье. Из общей массы лошадей отделилась невысокая, но стройная фигура и направилась к детям. Это, действительно, был Черныш. Он подскакал к Артему, протянул к нему морду. Большущие ноздри обнюхали лицо мальчишки. Черныш фыркнул. Артем погладил его по округлым щекам и шее. После этого он передал «копья» Насте. Сделал жест, который сегодня делала Лика, когда отдавала команду, чтобы конь опустился на землю. Черныш послушно прижался животом к траве. Мальчишка взобрался ему на спину.
— Насть, залазь сзади меня.
Сестра испуганно посмотрела на брата.
— Ты что? Хочешь, чтобы я вместе с тобой поехала на лошади?!
— Да, давай быстрее! Не бойся!
Настя нерешительно вскарабкалась на Черныша позади Артема.
— Держись за меня крепче.
— Как? Мне копья твои мешают.
— Точно. Засунь их мне за спину под лямки рюкзака.
Настя пропихнула каждое копье между спиной брата и рюкзаком. Артем чуть надавил пяткой на бок коня, Черныш поднялся. Мальчишка стукнул его по бокам, жеребец пошел. Также как и днем, Артем прижался к теплой шее. Настя вцепилась обеими руками в рюкзак. Брат развернул Черныша в сторону изгороди, обращенную к лесу, и несколько раз пришпорил жеребца. Конь поскакал, набирая скорость. Воздух засвистел в ушах, волосы у Артема и Насти затрепались. Они быстро приблизились к изгороди. Черныш оттолкнулся от земли, и они перепорхнули через ограждение. На этот раз Артем цепко держался за шею. Только чуть стукнулся о твердый хребет при приземлении коня на землю. И они понеслись по широкому лугу, утопающему в сером тумане, в сторону тропы, уводящей прочь от деревни. А самые первые лучи солнца, еще совсем розовые, коснулись спин беглецов, быстро удаляющихся в сторону леса.
Глава 9
После того, как Олега и Емельянова накормили, дикари, казалось, больше не проявляли к ним интереса. Сменились охранявшие. Время от времени из пещеры появлялись мужчины и женщины, уходили в ближайшие кусты, снова возвращались. Когда солнце поднялось достаточно высоко, из пещеры высыпало несколько мужских особей. Все они, вооруженные копьями, во главе с вожаком в кожаном плаще быстро удалились в лес.
Олег и Александр немного отползли в тень. Теперь они приняли сидячее положение, опершись о стволы деревьев. Поначалу они наблюдали за появлявшимися на поляне перед пещерой дикарями. Но вскоре им это надоело. Время текло медленно. Солнце разогрело воздух настолько, что даже тень не спасала. Рубахи на пленниках взмокли от пота, по лицу стекали соленые капли. Хотелось пить, но воду больше не приносили.
Олег заметил, что Александр, откинувшись на ствол дерева, захрапел. Глаза мордоворота прикрылись, голова свесилась на грудь. Через пару минут охранник встрепенулся, обвел вокруг себя осоловевшим взглядом и, завалившись на землю, вновь ушел в сон. Олег тоже начинал задремывать. Однако кружившие рядом мухи время от времени садились на лицо, не давали уснуть.
На поляне показались ушедшие до этого в лес дикари. Они радостно галдели, отчего разбудили все же сумевшего прикорнуть Олега. Куропаткин глянул на часы. Стрелки показывали около пяти вечера. Дикари несли на плечах убитых животных. Олег присмотрелся, небольшие тушки походили на лисиц или собак. У одного из дикарей в руках болтались два убитых зайца. Туземцы занесли добычу в пещеру. Вожак кинул любопытный взгляд в сторону пленников, что-то гаркнул охранявшим. И тоже скрылся в пещере.
— Добычу принесли, — прокомментировал Емельянов. — Наверное, стоит ожидать большого пира.
— Интересно, это они с помощью копий сумели так поохотиться? — задал вопрос Олег.
— Ну а с помощью чего? Другого оружия у них не имеется.
Спустя какое-то время из пещеры послышался шум и звуки, похожие на вой и плач. Пленники прислушались.
— Что-то случилось там у них, — проговорил Олег.
— Я даже могу предположить что.
Олег вопросительно глянул на Александра.
— Поди, скончался тот бедолага, в которого я стрелял.
Из пещеры показались мужчины. Они громко между собой говорили, жестикулируя руками и бросая злые горящие взгляды в сторону пленников. Вожак слушал соплеменников и пытался им что-то возразить.
— Похоже, ты, Санек, прав, — сказал Олег. — Уж больно зло они на нас глядят. Видимо винят в случившемся тебя.
— Нас обоих, Куропаткин. Ты думаешь, они считают одного меня плохим, а тебя — хорошим?
— Не знаю. Посмотрим, что дальше будет.