Страница 3 из 9
Из множества заявлений от добровольцев выбирали те, авторы которых считались наиболее беспокойными элементами, требовавшими бесконечно свершать революцию. Таким примером являются фалангисты-утописты с поэтическими талантами – Дионисио Ридруэхо и Агустин де Фокса. Их приняли в дивизию как будущих певцов многочисленных побед фалангистов «в мрачной стране большевизма». За поэтами последовали 6 госсоветников и 7 гражданских губернаторов, государственное творчество которых, видимо, не очень удовлетворяло Франко. Положительные решения принимались по заявлениям от членов студенческих лиг фаланги и от представителей прочих перманентно революционных общественных организаций[12].
Возможность участия в войне нового союзника нацистской Германии была встречена в Советском Союзе весьма негативно. Необходимо было собрать про него максимум информации как военного, так и пропагандистского характера. 24 февраля 1942 г. член Президиума Исполкома Коминтерна Дмитрий Мануильский получил подробный отчет из Главного политического управления РККА. Он был составлен полковым комиссаром Михаилом Бурцевым, известным советским пропагандистом, на основании опросов перебежчиков, допросов пленных, захваченных трофейных документов, дневников, а также данных, полученных разведывательными органами[13].
Документ под общим названием «Об испанской “Голубой дивизии”» включал в себя три раздела:
1. Формирование «Голубой дивизии».
2. Путь дивизии от Испании до Новгородского фронта.
3. «Голубая дивизия» на фронте[14].
О первых днях Голубой дивизии рассказывалось следующее: «Через несколько дней после предательского нападения Германии на СССР министр иностранных дел Испании Серрано Суньер в речи, произнесенной с балкона здания национального комитета испанской фаланги на улице Алкала, 42 в Мадриде перед демонстрацией испанских студентов, призвал испанское юношество к борьбе против коммунизма, к защите святой религии, присоединению к всеобщему крестовому походу против большевизма»[15].
В объявлениях о вербовке сообщалось, что с 27 июня по 2 июля будет производиться запись фалангистских добровольцев, «желающих сражаться против Советской России». Далее указывалось: «Записываться могут все члены фалангистской партии, желающие принять участие в славном крестовом походе. При записи предпочтение отдается:
1. Бывшим фронтовикам из националистической армии.
2. Бывшим пленным.
3. Товарищам-фалангистам, неопровержимо доказавшим свою преданность Испании.
Желательный возраст: 20–28 лет.
За добровольцами остается право на работу, выполняемую к моменту записи (зарплата будет в течение всей войны выдаваться семьям записавшихся). Кроме того, записавшиеся получат пособие на обмундирование, специальную ссуду, пособие на семью, а их родные – пенсию для вдов, сирот и т. д.
Конкретно это выражается в следующем:
а) 1000 песет выплачивается единовременно в момент записи в Голубую дивизию;
б) зарплата, которую они получали к моменту записи, а у безработных 7.30 песеты (жалованье легионеров), будет выплачиваться в Испании родственникам записавшихся»[16].
Особое внимание уделялось денежному содержанию добровольцев. В докладе «Об испанской добровольческой, так называемой “Голубой дивизии”», предназначенном для советского руководства, об этом говорилось следующее: «Вознаграждение, выдаваемое германской армией добровольцам, таково (приводимые данные касаются рядового солдата и, разумеется, соответственно изменяются для унтер-офицеров и офицеров):
А. Жалованье военного времени – 60 марок в месяц холостякам и 90 женатым. Эти последние, кроме того, получают по 18 марок в месяц на каждого члена семьи моложе 17 лет. Жалованье это не выдается наличными, а заносится на текущий счет солдата или выплачивается членам его семьи по указанию добровольца. Сам доброволец не может по своему усмотрению распоряжаться этими деньгами на территории, занятой германской армией. Выдача жалованья родственникам добровольца наличными или в форме перевода на текущий счет будет совершаться в Испании.
Б. Полевая прибавка – 36 марок в месяц для рядового солдата. Эти деньги будут выплачиваться каждому солдату ежедекадно, и он может свободно расходовать их в любом пункте военных операций, в германской империи или в оккупированной зоне.
В. Фронтовая прибавка – одна марка в день на человека. Эти деньги выплачиваются только за те дни, которые данное лицо или воинская часть, к которой оно принадлежит, находится непосредственно в сфере военных операций»[17].
Любопытно отметить, что в отношении выплаты военного жалованья испанский совет министров установил 10 октября 1941 г. следующие нормы: «…Поскольку принятое в германской армии нормальное жалованье запрещается расходовать в зонах военных операций и в оккупированных областях, оно выдается семьям добровольцев, к испанской дивизии эта мера относиться не может, так как германскую валюту запрещается вывозить из Германии точно так же, как испанскую из Испании. Для урегулирования этого вопроса принимаются следующие меры:
1. Испанское правительство выделяет сумму в песетах соответственную той, которая подлежит выплате испанцам из Голубой дивизии. Эта сумма, размер которой будет определен в порядке расчетов между Испанией и Германией через органы информации и связи, по приблизительным подсчетам составит 12,5 млн песет в месяц. Поскольку деньги родственникам добровольцев будут переводить испанские органы, вышеуказанная сумма должна быть передана им.
2. С другой стороны, германское правительство кредитует счет испанского правительства в германских марках на сумму, соответствующую приблизительно 12,5 млн песет…»[18].
М. Бурцев отмечал важную роль средств массовой информации в деле формирования дивизии: «На следующий день испанская пресса начала усиленную кампанию за вербовку добровольцев, были организованы вербовочные участки по всей стране, даже на Балеарских и Канарских островах и в испанском Марокко. Для того чтобы привлечь больше добровольцев в дивизию, широко публиковались сводки и победные реляции германского командования об уничтожении Красной Армии и крахе большевизма»[19].
Советских политработников особо интересовали причины, заставившие испанскую молодежь отправиться на Восточный фронт. Одной из них назывались деньги: «Добровольцам обещали выплатить единовременно 1000 песет, работавшим – сохранить их заработок, а безработным – выплачивать по 7½ песет в день. Кроме того, добровольцы должны были с начала кампании получать 60 марок в месяц»[20].
Признавалась особая роль фаланги в процессе вербовки: «Для обеспечения успеха вербовочной кампании была мобилизована организация фалангистов. Фаланга рассылала циркулярные письма всем организациям и частям регулярной армии, сообщая разверстку, сколько добровольцев должна выделить каждая организация фаланги и каждая воинская часть»[21].
Одним из вопросов, который задавался испанским военнопленным в 1941 г., был вопрос о причине их появления в добровольческой дивизии. Понятно, что многие из них утверждали, что были зачислены в Голубую дивизию насильно: «Военнопленные испанцы рассказывают, что командир регулярной части собрал солдат в казармах и предлагал отправиться добровольцами с “Голубой дивизией”, но часто таких не оказывалось, и тогда командование части назначало “добровольцев”»[22].
12
Креленко Д. М. Краткая хроника Голубой дивизии // Доклады Академии военных наук: Военная история. № 3 (15). Академия военных наук. Поволжское отделение. Саратов, 2005. С. 46.
13
Российский государственный архив социально-политической истории (далее – РГАСПИ). Ф. 495, Оп. 77. Д. 32. Л. 1-58.
14
Там же. Л. 2.
15
РГАСПИ. Ф.495, Оп. 77.Д.32.Л. 2.
16
РГАСПИ. Ф.495, Оп. 77.Д.32.Л.42.
17
РГАСПИ. Ф. 495, Оп. 77. Д. 32. Л. 42–43.
18
Там же.
19
РГАСПИ. Ф. 495, Оп. 77. Д. 32. Л. 2.
20
Там же.
21
Там же.
22
РГАСПИ. Ф. 495, Оп. 77. Д. 32. Л. 2–3.