Страница 63 из 145
- Милостивая госпожа очень добра, но я предпочла бы поехать с тобой.
- На Отшельничий? На заброшенный, почти необитаемый остров? - глаза Мегеры останавливаются на слегка округлившемся животе служанки. Отшельничий - не самое лучшее место для рождения ребенка.
- Милостивая госпожа...
- Алдония, раз уж тебе так этого хочется, то, если вы с ребенком будете здоровы, а я все еще... способна оказывать помощь, ты сможешь последовать за мной на Отшельничий. Я скажу Корвейлу, он распорядится.
Молодая прислужница расцветает в улыбке:
- Милостивая госпожа очень добра. Жаль, что Креслин этого не понимает.
- Я вовсе не добра, и он это знает. Не добра, хотя иногда об этом жалею, - Мегера поднимает руки. Рукава, ниспадая, обнажают белые шрамы. Вот что не дает мне забыть. Из-за него я...
Служанка снова улыбается:
- Я думаю, в душе он хороший. И вполне мог бы тебя полюбить.
- Возможно. Только быть "хорошим в душе" не всегда означает оказаться таковым даже в словах, не говоря уж о поступках, - рыжеволосая выглядывает из окна, всматривается в отбрасываемые восточными стенами замка утренние тени и заключает: - Дражайшая сестрица заставила меня усвоить это крепко-накрепко.
Печаль в глазах рыжеволосой хозяйки сгоняет улыбку с лица Алдонии.
LVII
- Он в Вергрене, в замке герцога, - сообщает Хартор Высшему Магу.
- Откуда ты знаешь? Из своих обычных источников?
Грузный человек ухмыляется:
- Золото порой творит большие чудеса, чем магия хаоса и магия гармонии вместе взятые. Корвейл нервничает, как неоперившийся птенец.
Высший Маг понимающе кивает:
- Я полагаю, ты делаешь все возможное, чтобы заставить герцога нервничать еще сильнее.
- Мы постарались, чтобы он узнал о повторном созыве маршалом ее отрядов в Сутии.
- Как насчет самого Креслина?
- Мне донесли, что он перебил целую шайку разбойников.
- Не преувеличивай, Хартор.
- Ну... - толстяк пожимает плечами. - Из семерых спасся только один, а Фрози, судя по всему, Креслин прикончил лично. И забрал его лошадь.
- До сих пор ты об этом не заикался.
- Сам узнал уже после его бегства.
- Это порождает еще один вопрос, - Высший Маг сдвигает брови. - Насчет того отряда, погибшего на дороге в Монтгрен.
- Тоже его рук дело?
- Ну уж не знаю. Сомневаюсь, чтобы ему удалось усовершенствоваться до такого уровня, в его-то состоянии. По моим догадкам, тут замешаны Клеррис и та целительница, Лидия. Они вытащили его из дорожного лагеря, а потом и сами исчезли. Клеррис сжег свой дом, использовав масло, но мы обнаружили кое-какие следы. Не слишком много. Так, некоторые указания на то, что они направились на запад, в края, где чтут их драгоценное Предание.
Грузный человек склоняется к зеркалу на столе.
- Это больше того, что показывает зеркало. Но ты уверен, что Клеррис и впрямь отправился на запад?
- Не уверен. Но здесь ему делать нечего и в Монтгрене - тоже. Гармония никогда не могла потягаться с нами в открытом столкновении.
- Возможно, - Хартор облизывает губы. На его широком лице хитрый рот кажется непропорционально маленьким. - Сколько времени пройдет, прежде чем мы сможем открыто выступить против Черных?
Высший Маг холодно улыбается:
- Сомневаюсь, чтобы это вообще понадобилось. Многие из них, даже большинство, уйдут сами, по доброй воле. Ну а кто не захочет...
- Ты холоден, Дженред. Холоден, как полюса.
Дженред рассеянно кивает. Мысли его по-прежнему витают вокруг сбежавшего отпрыска маршала Западного Оплота.
- Тебе стоит послать прошедшего полное посвящение Белого, кого-нибудь вроде Бортрена, и два укомплектованных отряда из Кертиса.
- Креслин поедет лишь с ней и четырьмя второсортными спидларцами.
- Я не могу поверить, что эта Белая сука ничему его не научила. А он прикончил семерых, даже не понимая, что делает... Если тебя информировали верно.
- Я пошлю Бортрена, хотя думаю, что это чересчур. Кроме того, куда они вообще двинут? На Отшельничий? В Хамор?
- Если на Отшельничий, так это не беда. Хамор... возможно. А что, если, сейчас он муштрует герцогский Легион? До сих пор Западный Оплот держал в тайне методы подготовки стражей, но Креслин прошел все испытания.
Собеседники обмениваются понимающими взглядами. Наконец Хартор вздыхает и встает. Губы его плотно сжаты. Высший Маг продолжает сидеть, вперив взгляд в пустую белизну лежащего перед ним на столе зеркала.
LVIII
Креслин смотрит вперед, в сторону перевала, потом бросает взгляд через плечо. Но он и так знает: за ними по пятам крадется белый туман. Это Креслин чует на расстоянии. Мегера беспокойно ерзает в седле. Белесая пелена наползает со стороны долины, по которой проходит дорога из Фэрхэвена.
Один из наемников, сопровождающих молодую чету, тоже смотрит сначала назад, на белое облако, а потом вперед, на тучу пыли, поднятую копытами кертанских конников. Отряд которых, по донесениям лазутчиков герцога, был выслан непосредственно из Джеллико.
С белым туманом тоже мешается пыль, поднятая шестью или семью всадниками. Один из них, скорее всего, маг.
- Я их чувствую, - кивает в ответ на его взгляд Мегера.
- Вот как? А я думал...
- Кое-что я могу и сама, а отчасти мне удается это благодаря тебе.
Креслин задумывается о том, сколькими еще, им самим неведомыми талантами, обладают, возможно, они с Мегерой. Преследователь в белом мог бы многое порассказать им об этом, но попадись они в его руки, ни Креслину, ни Мегере эти сведения уже не пригодятся. Левая рука Креслина тянется к плечу, туда, где из заплечных ножен торчит рукоять короткого меча. В ответ на вопросительный взгляд командира наемников Мегера кивает.
- Но нас... - начинает он.
- Нанимали не для участия в сражениях. Знаю, - отзывается женщина.
Креслин касается ветров, посылает свои чувства вперед, а потом поворачивается к Мегере:
- Примерно в кай впереди и в двухстах локтях севернее дороги навалена груда булыжников. Сможешь, используя свои способности, задержать тех всадников, если они сюда доберутся?
- А ты что, вздумал корчить из себя героя? Хочешь сразиться с магом?
Креслин поджимает губы:
- Я не герой и сражаться не хочу. Но плохо представляю, что еще можно сделать. Можно было бы напустить с помощью ветров туману и незаметно проскользнуть мимо тех всадников, что впереди, но не в том случае, если у нас на хвосте сидит чародей.