Страница 30 из 82
И всё равно буду качать, потому что даже в таком состоянии, просто «чуть лизнув» тестовый образец, я уже имею очень интересные данные. И могу на лету ловить вещества с уникальными свойствами. А значит, в походных условиях смогу определять некоторые способности тварей.
И теперь знаю, что эта тварь, отдалённо похожая на носорога, и есть тот самый «стационарный» генератор энергии, который подпитывал щит Карателя.
Проконтролировал модули, задействованные в процедуре переработки «активного вещества», убедился, что никаких наложений не предвидится и снова выкинул из головы эту «плюшку». Пусть работает в фоновом режиме. Мне нужно разбираться с полученным ранее.
Оставшееся, до сбора время я провёл всё также валяясь на диване, закрыв глаза и изредка мерцая…
То появляясь в нормальном пространстве, то переносясь в смещённое, стараясь делать это без обращения к якорю. Медленно и неторопливо перенося точку опоры при переходе в реальные координаты, внутрь мобильного кармана.
Только так я смогу перемещаться внутри зоны охвата Ареала. Не привязываясь к якорю Ареала-2. Это разные пространства, хоть и могущие работать в связке.
А возможность перемещения в реальном пространстве, мелкими телепортами, технику исполнения которых я подглядел у Карателя, когда он перемещал своих тварей, я имел. Именно для этого у меня выросли дополнительные конечности, небольшие крылья, скрытые под имитацией «горба-энергоблока» имитации бронескафа. Крылья — уменьшенные копии технологических крыльев нетопыря гравитационного сканера, с которым я имел возможность побегать. Только с размахом в разложенном состоянии, хорошо если, в тридцать сантиметров. Не превышая размаха плеч.
Именно их направленное воздействие, не освоенное осознанно, и прорывающееся на рефлекторном уровне и приводит повышенной «шершавости» зоны охвата. Вот и лежу… Тренируюсь. Повышенная раздражительность — отличный стимул.
Пока, получается плохо, но получается — а это уже огромный прогресс.
Перенос мне не покоряется, но ближе ко времени сбора я, наконец, врубился, как управлять этим воздействием, чтобы сделать его сфокусированным и не давать ему резонировать во всём объёме мобильного кармана!
И, наконец, перенесся в конференц-зал в нормальном настроении, не озираясь в раздражении на тех, кто, на мой взгляд, болтается в зоне охвата моего кармана без всякой обоснованной причины. То есть вообще на всех.
***
— Что скажешь? — задала вопрос Пила, рассматривая своего собеседника.
В конференц-зале кроме них двоих никого не было. И не будет ещё полтора часа. Буквально пол часа Пила дала Всевиду чтобы придти в себя после рейда, уложить информацию в голове. И, уже уложенной и частично проанализированной, поделиться с ней. Ей тоже к началу сбора нужно подготовиться. Тоже проанализировать. Но уже со своей точки зрения. В своём ракурсе и в нужном именно для неё цвете.
А Всевид выглядел намного лучше, чем до рейда. Для незнающего его человека заметить разницу — было очень сложно. Всё тоже спокойствие на лице. Тот же равнодушный взгляд. Те же неторопливые и уверенные жесты.
Но Пила знала своего рейва очень хорошо. И мелкие штришки выдавали предельную степень возбуждения. Являющуюся следствием переизбытка информации, полученной им в короткий промежуток времени. Причём, информации очень важной.
То, на что она и надеялась. Она уже знала, что группа нашла, то что искала. Стаю под предводительством Карателя.
Сложно не найти, на самом деле. Мало какая группа сейчас могла похвалиться тем, что НЕ нашла такую стаю, выйдя на промысел за пределы безопасных территорий. Но, зато такие группы-неудачники хоть возвращались домой. Те же, кто встречал — домой не возвращались и ничего рассказать не могли.
Были единицы, кто пережил столкновение и смог вернуться. И были известны две группы, на счету которых по три таких столкновения. Одна — китайская. Они там тестируют, как поделились информацией, какую-то методику, которая им позволяет возвращаться. Не побеждать. Нет. Просто возвращаться. Но информацией они делятся неохотно и без деталей. И очень задорого.
Вторая группа — у американцев. Но оттуда информации вообще минимум. Сами не делятся. От нас ничего не просят. Пытаются выживать самостоятельно. Но от их соседей известно точно, что есть у них элитный отряд, который тоже пережил три мощные зарубы с Карателями и на данный момент они умудрились потерять только двоих бойцов. Причём оба бойца нормально реснулись и так и остались в составе группы. По сути, без потерь разошлись.
Но ни американская, ни китайская группы не побеждали в своих боях. Умудрялись не погибнуть, но не победить. И ни грамма трофеев не приносили.
Теперь «Продавцы снега» шагнули далеко вперёд. Первые в мире.
Пила понимала, что это не игра, но пользоваться игровой терминологией продолжала. Удобно. Лаконично. Понятно всем окружающим. Так почему нет?
Их клан первый в мире завалил стаю Карателя. До последнего моба! В окружении и под давлением ещё двух стай. Красавцы!
И, кроме того, что вальнули, ещё умудрились, тестируя новую же клановую разработку, притащить весь лут в клан! Имея на загривке противника! Вдвойне красавцы!
Свою же задачу Пила видела в том, чтобы препарировать эту победу. Максимально цинично. Максимально качественно. Максимально результативно.
Чтобы вытащить из этих минут предельного риска её парней всю возможную информацию для рывка вперёд в противостоянии с шургами. И для клана. И для всех кланов.
— Скажу, что всё очень плохо и очень хорошо. Тебе же нужны тезисы для начала проработки? — своим обычным ровным, чуть равнодушным голосом, ответил Всевид.
— Тезисы, — кивнула девушка, — и если есть что-то особенное, то можно и детали.
— Тогда смотри. Шурги — тупы как пробки в быстрой сшибке. Мы это знали и раньше, но новых тварей не было возможностей пощупать за вымя. Вот, пощупали. Тупы. Как были, так и остались. Неожиданные выкрутасы, особенно эффективные, ставят их в тупик.
— Но почему тогда с ними такие проблемы? — переспросила Пила.
— Потому, что они отличные стратеги! И загоняют нас в стойло! Нужно разваливать оградку и выходить на простор.
— Поясни свою мысль, — уточнила девушка.
— Пока крутится в голове, — поморщился Всевид, — но не складывается в единую стратегию. Они загнали нас в комплексы и вылавливают при попытках разнюхать обстановку. Заранее подготовленными группами-стаями, назначение которых — ловить именно таких разведчиков-добытчиков. Сами стаи — предельно мобильны и обладают отличной связью. Мы же, как слепые кутята. Нужно менять концепцию. Буду думать.
— То есть их можно бить? — уловила основной посыл Пила.
— Легко! Они не бессмертны и не запредельно сильны. Просто они находятся в рамках той задачи, на которую заточены.
— Это очень хорошо! Даже можно сказать — великолепно! — девушка довольно потёрла руки и вздохнула, — давай уж теперь и про плохое. Для баланса.
— А для баланса, — чуть ухмыльнулся краешком рта Всевид, — как в анекдоте про носорога у которого плохое зрение, но при его массе и скорости — это не его проблема.
И видя вопросительное выражение на лице своего бывшего кланлидера, Всевид пояснил:
— Новые шурги обладают настолько широким арсеналом и их группы настолько сбалансированы, что будет очень сложно подобрать концепт универсальной контр-группы. А невозможность предугадать специализацию следующей стаи и то, как много времени у нас будет на бой до подхода подкрепления у противника — вообще делает всю затею практически невыполнимой. На одной удаче не покатаешься из раза в раз.
— Беда…, — улыбнулась Пила.
— Беда, — согласно кивнул лучший стратег клана «Вестники», — и чего ты улыбаешься?
— «Очень сложно» и «практически невыполнимо», — процитировала Пила кусочки сказанного Всевидом, продолжая улыбаться.
— Ну да, и что? — чуть нахмурился Всевид, уже догадываясь, к чему клонит девушка.
— Всё, иди отсюда, отдыхай, тебе чуть больше часа осталось на отдых! — Не стала отвечать на глупый вопрос своего собеседника Пила, — мне нужно подумать в тишине.