Страница 13 из 71
— Вот как, — задумался маг, а я в этот момент пытался понять, насколько эта информация для него нова. И либо он гений актерского мастерства, либо Амон всё же деталей не сообщал. — Ты наверняка уже в курсе, чем чреваты последствия, если демонов упустить? На нашей земле их вышло не так много, около пятидесяти особей, но… Сам понимаешь… — на это я лишь кивнул, ожидая, что он скажет дальше. — Я прошу тебя о помощи.
— Конечно, Евгений, не вопрос, — согласился я, — На своей земле я с делами разобрался, могу выехать к вам… Да прямо сейчас и могу, вот только доем.
— Быстро, — улыбнулся он, — Слушай, а к тебе ещё другие не приходили?
— С этим же вопросом? Нет.
— Готовься, что слухи разойдутся. Ты не подумай, ни я, ни Амон болтать об этом не собираемся, но… Почти у каждого рода есть глаза и уши на чужой земле. То, что ты катаешься с нашими — об этом узнают или уже знают. А дальше сделать выводы не трудно. Но это не единственное, о чём стоит подумать. Ты закрыл Пасть, понимаешь, чем это грозит?
— Тем, что меня попытаются убить ещё больше народу? — улыбнулся я криво, хотя собирался ответить спокойно.
— Это в том числе. Но в целом в этом вопросе ничего не изменится. Если ты не начнёшь закрывать Пасти одну за другой, то всем будет плевать на тебя. Пока ваши интересы не столкнутся.
Тоже об этом думал. Закрыть Пасть — это как ядерное оружие. Пусть локальное, пусть для одного старшего рода, что контролирует Пасть, но какого это, если у твоего врага есть то, что в любой момент может лишить тебя и всю семью власти, которая так сладка и привычна? Сильная угроза, от которой не факт, что получится защититься. Сомневаюсь, что остальные маги знают, как именно Пасти закрываются. Вдруг я это могу сделать на расстоянии? Или ещё что-то выкинуть.
В общем, угроза со стороны меня не шуточная. Болезненная для магов, я бы сказал. Поэтому любви мне ждать не стоит. А вот страх и опасения — вполне. Наверняка найдутся те, кто попытается убить, исходя из этих низменных чувств. Ударить по угрозе раньше, чем она коснется их. Но… Как сказал Евгений, если не бросаться закрывать Пасти у всех подряд, а тут я добавлю, что если и закрывать, то, сохраняя чёткую последовательность действий, давая хорошенько прочувствовать, что кара коснётся только моих врагов, то остальные могут решить, что проще не связываться. Или подождать, пока другие свяжутся, и проблема сама собой решится.
Это всё, если исходить из того, что маги взрослые, спокойные люди, что принимают логичные решения. Но так ли это? Не уверен. Не стоит забывать про то, что рассказывал прадед. Пасть — это существо с непонятно какими целями и, возможно, собственным разумом. Бог, и по всей видимости бог злой. Как он прореагирует, если я попробую закрыть, по сути, его… эм… пасть? Не Пасть, а пасть. Что одно и то же, но в такой формулировке нагляднее.
— Это первое время, — продолжил Евгений, — Но рано или поздно ты воспользуешься своей силой. Это ведь не только инструмент влияния и устрашения, но ещё и созидательная возможность. Будь готов, что к тебе придут и попробуют купить сию возможность.
— Даже так? — подивился я.
— Даже так, — кивнул Евгений, — Поверь, в мире хватает мест, где Пасти мешают. У тех же корпораций с этим большие проблемы. Поэтому, будь уверен, предложения поступят. Скорее всего в ближайшее время. Для тебя это будет означать, что слухи распространились. Что делать с предложениями — сам решай, но мой тебе совет, выбирай цели аккуратно и в чужие разборки не лезь. И помни — что маги не всегда разумны. Часто они действуют на эмоциях. А если говорить прямо, то магическое общество, особенно тёмное, очень далеко от человечности и добродетелей. Думаю, ты понимаешь о чём я.
— Понимаю.
Мысль неожиданная. Интересно, сколько нынче стоит закрыть Пасть? Чувствую, я знаю, кто первый придёт с такой просьбой. Безопасники. Я им две Пасти задолжал. Сомневаюсь, что я смогу повторить успех в ближайшие дни. Пасть, что открыли Ротены, была молода, свежа и небольших размеров. Закрыть Пасть больше — это большая нагрузка и риски. А какие мне сейчас нагрузки? Только покой, отдых и восстановление.
— Господин, — зашёл в столовую Сергей, — К вам посетитель.
— О чём и речь, — хмыкнул Евгений. — Если через час мои люди заедут за тобой, нормально будет?
— Вполне.
— Благодарю, — поклонился он.
Не полностью, но и не обычный кивок. В его исполнении это означало, что благодарность искренняя. О цене за мои услуги с Михайловым мы не говорили, но это и не требовалось. Цена простая — улучшение отношений. Сегодня я им помог, завтра они помогут. Ещё один шаг в нашей если не дружбе, то партнерских отношениях. Поработать несколько часов сенсором не такая большая цена за это.
Евгений ушёл, а Сергей впустил следующего гостя. И тут я понял, что слишком расслабился. Надо было хотя бы спросить, кто пришёл. Тогда бы не удивлялся так явившемуся Степану… Ротену. Всё никак не привыкну, что он сменил фамилию.
— Привет, сосед, — панибратски махнул он рукой, падая на стул, где только что Евгений сидел, — Или я теперь могу называть тебя коллегой по проблемам?
— С каких пор мы стали коллегами, бывший Шамал, новый Ротен?
— С тех пор, как я сменил фамилию и кинул папочку. Знал бы ты, какая дома буча была. О, я знатно кайфанул, — подмигнул он мне, — Мы похожи Эдвард. Ты один поднимаешь род. Я со вчерашнего дня тоже.
— Это единственное, в чём мы похожи.
— Да ладно тебе. Оба не любим засранца Огаса. Оба хотим, чтобы он сдохнул. Оба живём в этом квартале. Оба не нравимся соседям. Если поискать, то вариантов хватает.
— Стёпа, прийти в мой дом было с твоей стороны большой наглостью. Говори, чего хочешь.
— Прошёл слух, что ты другим родам помогаешь демонов находить, — наклонился он, облокачиваясь локтями о стол, — Не спрашивай, откуда я узнал. Пришлось потрудиться, чтобы достать эту информацию. Моя служба разведки… эм… пока её нету, — хмыкнул он.
— Это никак не объясняет, зачем ты пришёл.
— Попросить о помощи, конечно. Знаешь ли, зачистить одному родовые земли — это та ещё задачка. Скажу по секрету — дела у меня полное дерьмо. Трупов на улицах столько, что я уже начинаю жалеть, что ввязался в эту авантюру.
— Больно слышать, что у тебя трудности, — поцокал я языком, — Но с чего ты взял, что я тебе помогу? Разве нас связывают дружеские отношения?
— Вот именно, что нет. Да, признаю, я вёл себя как мудак. И пытался тебя убить. Но ситуация изменилась. Я больше не бунтующий против всех и вся мальчишка, что ищет острых ощущений. Я теперь глава рода. Одна малейшая ошибка — и меня разорвут. Поэтому мне нужны друзья. Или хотя бы не враги.
— Насколько помню, косяки были с твоей стороны, а не с моей. При этом ты у меня что-то просишь. Тебе не кажется это наглостью?
— Кажется. Ещё как кажется. Но когда под ногами горит земля, пойдешь на всё, чтобы… Чтобы хотя бы выжить, — горячо сказал он. — Ты не подумай, Эдвард. Я прекрасно понимаю, что буду тебе должен. Пока мне нечем заплатить, — развел он руками, — Но за тобой останется право стребовать с меня любую услугу.
Дурашливость исчезла из его слов. Последние слова он произнес серьёзно.
— Почему я должен верить твоему слову? Да и дорого ли стоит твоя услуга? По нынешнему курсу не особо.
— Если моему слову нельзя будет верить, то кто будет вести со мной дела? А насчёт курса. Так твой же пример говорит, как всё может поменяться. Знаешь, я в какой-то мере восхищаюсь тобой. Только в эти дни смог оценить, насколько тебе тяжело. Пожалуй, даже тяжелее, чем мне. И как только ты справляешься? Я помню твой ответ и философию. Дерись с сильными. Уже проверил на себе и, знаешь, работает. Бой с Ротенами прочистил мозги знатно. Но это только начало. Мои дела плачевны, Эдвард, — прямо сказал он, — Я пришёл к тебе за помощью не от хорошей жизни. Так сложилось, что больше мне обратиться не к кому.
— У этой философии есть ещё один пункт, — задумчиво сказал я, — Полностью звучит так. Сражайся с сильными, а слабым помогай стать сильнее. Так что я помогу тебе, Степан. Но запомни этот момент. Очень хорошо запомни.