Страница 21 из 36
Дарина вздохнула и подошла ближе.
— Да ничего, — ответила она после паузы. — Раз ты уже пришел в себя, я пойду.
Она на секунду застыла, но потом повернулась и вышла в коридор.
Он слышал, как она обувается, берет сумку, звенит ключами. Дверь захлопнулась.
Андрей так и остался сидеть. Внутри было тревожное чувство — должен ли он был ее остановить? Может, они пришли к какому-то решению вчера? Может, но признавался в любви? А сейчас сидит и не в состоянии даже встать с этого чертового дивана.
Он сделал усилие над собой и вышел в коридор. Она на самом деле ушла — ее ключи лежали на тумбочке возле двери.
***
Дарина вжала педаль газа в пол и смотрела прямо перед собой. Она не видела машины сбоку, только открытую кольцевую дорогу. Даже утреннее солнце не слепило — она просто ничего не замечала. 120… 130… 150 км/ч. Она уже не плакала, внутри будто что-то лопнуло — а теперь пусто.
— Андрей, я не уйду. Я не могу вот так оставить все и даже не попытаться вернуть тебя.
Он сидел напротив. Они уже выпили первую бутылку вина. На самом деле, она была уверена, что к этому моменту он уже сдастся. Но он держался. Хладнокровно, равнодушно. Она всячески пыталась сохранить улыбку, но каждый раз, натыкаясь на его безразличный взгляд, чувствовала себя слабее и слабее.
— Сиди, если хочешь. Я пошел спать.
— Стой! Мы еще не… — она судорожно стала искать причину продолжения разговора, но было тяжело расположить его к себе. Она и забыла, каким может быть Андрей.
— Что? Я уже сказал, мне не интересно.
— Да брось! Неужели, ты разлюбил меня за пару недель? — Дарина тоже встала. Ей казалось, что лучше поговорить начистоту.
— Нет.
Она не думала, что будет так легко! Она улыбнулась, почувствовав тепло внутри.
— Ну, тогда давай просто забудем и продолжим наши отношения, — сказала она и обняла его за талию. Он медленно поднял руки, положил их на ее и… убрал.
— Нет.
— Нет? — в изумлении переспросила Дарина.
— Нет, — спокойно повторил в третий раз он и слегка оттолкнул ее.
— Ничего не понимаю. Почему?
— Потому что мне надоело. Знаешь, любовь не самое главное в этой жизни. Душевное равновесие — вот это важнее.
— А как же счастье? — попыталась она.
— А я был с тобой счастлив? — этот вопрос она точно не ждала.
— Мне казалось, что да…
— Интересно, когда? Может, когда ты металась между мной и моим сыном? Или может три года назад, когда мой сын каждую ночь оставался у тебя?
— Андрей, прошу… мы же решили, что оставим эту тему…
— Tы ее три года не оставляла, а я должен это сделать за миг? Ты три года то подпускала к себе, морочила мне голову, а потом давала такой пинок под зад, что я мог улететь в Америку без визы. А тут вдруг ты решила, что мы можем отпустить ситуацию. Ты! А я должен снова согласиться?
— Я не знаю, что и сказать, — тихо призналась она. — Наверно, ты прав. Мне так и надо. Но неужели месть сильнее твоих чувств ко мне?
— Месть? О чем ты? Я просто наконец вылечился. Ты была вирусом, которая сожрала моего сына, меня, мою семью. А теперь я вылечился. Это не месть, Дарина, это просто жизнь.
Через минуту ее не было в квартире.
Дарина прокрутила снова этот разговор в своей голове. Воспоминания о прошлой ночи немного привели ее в чувства, она ослабила ногу — спидометр показал 100 км/ч.
Он не хочет, он передумал. Ему не нужны такие проблемные отношения.
Она обхватила руль двумя руками так сильно, что побелели косточки пальцев.
А ей он нужен. И она сделает все, чтобы его вернуть!
Обдумывая план своих действий, Дарина вдруг заметила мотоциклиста, который пытался ее подрезать. Она дала немного вправо, пропуская гонщика, но он не торопился обгонять. Это такая игра?
***
— Олеся, там опять тебе цветы прислал тот щегол.
Она убрала книжку на подлокотник большого кресла в зале и медленно встала. Мало того, что отец в среду днем дома, так ещё и Максим прислал цветы. Снова. Она была уверена, что после той встречи он остановится.
— Можно я тебя провожу? — спросил в тот вечер Максим.
— До машины? — с усмешкой спросила она.
— Пусть до машины.
Эти 5 метров от входа в ресторан до машины они шли молча.
— Ну, вот. Пришли, — с улыбкой отметила она.
— Возвращайся ко мне! — выпалил он. — Пожалуйста! Я не могу без тебя спать. Я не могу сосредоточиться ни на чем. Ты мне нужна. Возвращайся!
Олеся быстро задышала. Она же этого ждала? Представляла каждую ночь, как он вот так на парковке, на улице, у ее дома — не важно где — скажет ей то, что она так хотела услышать.
И она уйдёт. Да, она скажет: «Слишком поздно, Максим, слишком поздно» драматическим голосом и уйдёт. В данном случае сядет в машину и уедет. Эффектно, как в кино.
Но язык не торопился произносить эти слова. А сердце… оно было где-то в районе коленок… Голова кружилась, мысли сбивались в кучу.
— Я обещаю, у нас все будет хорошо. Я постараюсь сделать тебя счастливой.
Он сделал шаг и оказался на предательски близком расстоянии. Она чувствовала его запах, слышала его дыхание, следила за взмахом ресниц. Он нагнулся ещё ближе и уже коснулся губами ее губ…
— Нет, — еле слышно произнесла она. — Нет. Не сделаешь.
— Сделаю! Я исправлюсь! Я уже освободил эти выходные, я забронировал нам отель в Лондоне. Ты же так хотела туда попасть!
Она медленно покачала головой.
— Ты ведь был уверен, что я потеряю голову и соглашусь… Ты знаешь, как влияешь на меня. Уже забронировал отель? То есть, все это время ты молчал, не звонил, не писал. А как один разок сводил в ресторан, то я должна все забыть и бежать с тобой в Лондон??! Ты подонок! Тебе никто не нужен! Только ты сам! Ты любишь только себя! Я тебя ненавижу.
Она достала ключи из кармана, немного повозилась, но все же открыла дверь машины и села. Да, не так эффектно, как в кино, но тоже драматично.
И вот опять цветы. Он пытается откупиться или купить ее?
— Скажи, чтобы вкинули отправителю, — крикнула она отцу, оставаясь у креста.
Через минуту дверь за курьером закрылась, она снова взяла в руки книгу. Но строчки прыгали перед глазами.
— Милая, ты ведь понимаешь, что он тебе не пара?
— Угу.
— И ты никогда его не простишь.
— Угу.
— Это был не вопрос.
Олеся подняла голову на отца, который уже сидел напротив на диване.
— Я не хочу его видеть, я не хочу о нем слышать. И я не хочу о нем говорить. Даже если ты вздумаешь его простить, я тебе не позволю быть с ним.
— Но, папа…
— Он тебе не пара, — твердо ответил он, делая акцент на каждом слове. — Я все сказал.
Олеся закрыла глаза и откинулась в кресле. Она поджала ноги под себя, положила книжку на коленки. Как она устала в этом мире мужчин?! Один не считается с ней, второй приказывает, как жить. Почему она не родилась мужиком? Она бы тогда была, как…
«А почему бы и нет?» — подумала она и взяла в руки телефон, который лежал на подлокотнике.
— Привет, ты занят?
***
— Нет, — ответил Рома, убирая ноутбук с сериалом с колен.
— Погуляем? — услышал он в трубке.
— Заехать за тобой?
— Да, через 3 часа.
— Договорились.
Рома лежал у себя в комнате и смотрел новый сериал. Вечером он планировал встретиться с Никитой, но у того резко изменились планы. Он сам недавно вернулся домой, утро не особо задалось. Особенно эта гонка на дороге…
Еще вчера он купил у своего бывшего одногруппника мотоциклYamaha. Точно такой, что стоял в его гараже в Леоне.
— Я так и не понял, зачем тебе? Ты же сказал, что ненадолго приехал, — заметил Саша, выгоняя мотоцикл из гаража.
— Ты продаешь его или нет? Если не…
— Продаю-продаю. Просто ты…
— Я перевел половину стоимости, — прервал его Рома и показал экран телефона. — Едем оформлять.
И сегодня утром он уже гонял на своем железном коне по Москве. Чувство свободы, гул машин — он в своей стихии.