Страница 25 из 59
Помимо поверхностного знакомства с магической наукой исключительно в ознакомительных целях я разобралась с вопросом, если и не имеющим практического применения, то все равно куда менее абстрактным. Не хочется даже вспоминать, как выглядели со стороны попытки узнать у разговорчивого Хамси, зачем Лису нужен Джари. Я раз пять мысленно возмутилась тому удивительному факту, что понимаю речь сайри вплоть мельчайших нюансов, но стоит попробовать что-то произнести, как язык будто отнимается, а предложения, правильно составленные, так и остаются в голове, царапая мозг и просясь отпустить их с губ. Так вот, обнаруженной мной неувязке нашлось вполне логичное объяснение. Обитатели Асиса народ смирный в большинстве своем, но, как говорится, всякое случается. Грабежи, убийства и далее по списку — все это не чуждо сайри. Поскольку до телевидения тут еще не додумались,(или, скорее всего, местным оно без просто надобности, иначе за столько-то тысяч лет сподобились бы обзавестись его аналогом) многие не знают в лицо ни собственного Правителя, ни его наследника. Вот и получается, что статья в местном уголовном кодексе наличествует, а портреты к ней не прилагаются, и иных способов узнать, кого категорически трогать нельзя, нет. Разве что приехать в столицу и попросить высочайшей аудиенции. В общем, пришибить Лиса ненароком может любой незаконопослушный гражданин. Дабы избежать столь печального для мира события, к принцу в путешествиях и приставлен Джари. А тот караул, что сопровождал наследника до покоев, или куда там он после прибытия отправился, лишь дань традиции, потому как во дворце ему действительно ничего не грозит.
Хамси как раз завершает свой увлекательный рассказ, когда в зале воцаряется торжественная тишина. Взгляды всех присутствующих обращены к главе стола, где со своего места поднялся Правитель Ильсар. Зажатый в его руке кубок намекает на начало торжественной части.
— Вознесем хвалу богам за то, что они даровали нам возможность собраться здесь и провести этот вечер за приятными беседами, когда думы наши не омрачены печальными мыслями, — закрутив словесную конструкцию, сайри поднимает кубок. Гости повторяют его жест, и я в том числе. В богов я все еще не верю, но не поддержать окружающих в такой момент — хамство чистой воды.
Далее идет текст попроще:
— Вознесем хвалу богам за возвращение моего сына из мира людей. — Десятки рук вновь поднимаются в воздух. — И выпьем же сок димли за двух молодых женщин, которые принесут мир и процветание дому Келай, Адарину и всему народу сайри. Первый глоток за жительницу Земли, прекрасную Екатерину Лазареву, согласившуюся оказать нам бесценную услугу и применить свой редкий дар для воссоединения с ийрис!
Отец Лиса, делает обещанный глоток, после чего все сайри, как по команде, приникают каждый к своему кубку. Не знаю, какой реакции ожидали от меня, но я тоже намереваюсь выпить и не уверена, что смогу остановиться, не осушив свой кубок хотя бы до половины. Дело не в самолюбии, которому так польстил Правитель, а в банальной жажде. К сожалению, мучает меня не только она. Во время беседы с Хамси я привыкла к головной боли, но она, видимо, решила, что пора выходить на новый уровень. Терпеть это мой организм отказывается. Пальцы слабеют, и я едва успеваю поставить кубок на стол. Теперь еще перед глазами все плывет! В ожидании обморока откидываюсь на спинку стула. Вот переполох сейчас начнется! А я о рукавах беспокоилась…
3-ий день в Асисе
В себя я прихожу медленно, можно сказать, прочувствованно. Сознание я теряла так же. Открыв глаза, вижу невесту Лиса. Она сидит на краешке моей постели, а над ней возвышается человек-гора, то есть сайри… Мозг тут же выдает ряд сравнений «мебельной» направленности. Лис представляется мне пеналом с антресолью, Баисар — полуторным шкафчиком, если такие вообще существуют, Джари — шифоньером с двумя дверками, а этот исполин — полноценным гардеробом на три секции.
— Это наш лекарь, благородный Джафри Мали, — представляют мне незнакомца. По-моему, Ясаль веселит моя реакция.
— Очень приятно, — произношу немного измененным после сна голосом. То есть мне сначала кажется, что причиной изменений служит бездействие голосовых связок, но после я осознаю свою ошибку.
— Инициация завершилась, — женщина подтверждает мою догадку. — Ваш дар раскрылся в полной мере, теперь вы можете разговаривать на нашем языке, и на любом другом, какой услышите.
Здорово! А можно было это как-то организовать до учебы в университете?
Лекарь степенно кивает. Хм, этот жест расценивать как приветствие, выражение согласия со словами Ясаль или ответ на мои мысли?
— Позвольте поинтересоваться вашим самочувствием, благородная Екатерина Лазарева, — мужчина сопровождает свои слова любезным поклоном, но его усилия тщетны. Озвученное обращение гораздо хуже, чем я предполагала!
— Я прекрасно себя чувствую, — отвечаю безукоризненным тоном, в тайне надеясь, что сайри опять кивнет и покинет мою комнату. Желательно молча.
Благородный Джафри Мали действительно отходит от постели, но радость моя оказывается недолгой. Вместо того чтобы забрать со стола саквояж и отбыть по своим делам, сайри начинает в нем копаться. Под аккомпанемент стеклянного позвякивания из-за широкой спины доносится рокот:
— Я все же приготовлю вам тонизирующий напиток. В профилактических целях.
Нет, создаст же природа такое! Или это не природа постаралась. Может мужчина услышал фразу «В здоровом теле здоровый дух!» и решил ей следовать, просто не правильно перевел первое слово, подумав, что речь идет о размерах?
— Я предлагаю вам последовать совету благородного Джафри Мали, он специалист в своем деле, — уговаривает Ясаль. — После приема лекарства Файси и Кеми под моим руководством помогут со сборами.
— Под вашим? А как же Ламина… то есть благородная Ламина Джамли?
— Я отправила ее к моему Повелителю сообщить, что вы пришли в себя и вскоре будете готовы отправиться в путь. — Разъяснив мне суть кадровых перестановок, женщина бросает короткий взгляд через плечо на увлеченно химичащего лекаря. Обернувшись, она тихо произносит: — В узком кругу мы стараемся избегать формальностей. Вам ведь известно, как Джари общается с моим нареченным? Да и вы сами вряд ли величаете его по титулу. Из рассказа Ламины и собственных наблюдений я поняла, что вам не нравиться принятое у нас обращение, поэтому предлагаю вам опускать его в наших разговорах.
— Замечательное предложение, я согласна! — Я прямо-таки лучусь восторгом и оптимизмом, но перевожу взгляд на Джафри Мали, направляющегося к нам. Это кажется мне безопасным. Кто знает, как женщины сайри определяют чужие эмоции. Возможно, Лис был не прав, и его невеста вовсе не нуждается в моем признании в нашем с ним приключении.
Наряд, который на меня надели, вызывает смешанные чувства. Я выгляжу так, будто собираюсь на костюмированный бал, при этом не очень-то ясно в роли кого. На ногах у меня красуются короткие сапожки из мягкой кожи, в них заправлены просторные штаны. Они заставили бы запорожских казаков рыдать от зависти, а благородные сайри, увидев их на мне, затеяли оживленную дискуссию: не слишком ли этот предмет костюма привлекает внимание к моим ногам! Кафтан мужского кроя, только чуть короче, скрывает рубашку и широкий пояс. Кеми заплела мои волосы в две простые косы, уложила их корзиной и скрыла получившееся великолепие платком. Напоследок мне предложили шляпу с огромными полями. Она единственная вызывает во мне положительный отклик. Это в Амбере свет Гайрэм рассеивается через защитный купол и не причиняет мне вреда, а в пустыне под палящими лучами местной звезды я долго не продержусь.
Лис и его друзья одеты также как и я. Только у мужчин отсутствуют головные уборы. Джари и его подопечный остановили свой выбор на зеленом цвете костюмов, такой же оттенок у моих вещей, а Баисар вновь в синем. На фоне этой синевы черные «узоры» сфер видны гораздо лучше, чем на зелени кафтана Джари. И вот вопрос: если Джари тоже умеет их метать, почему Лис так держится за мальчишку, в чем его исключительность?