Страница 30 из 186
- Мне приснилось, что ты хотел меня убить, - с легкой обидой в голосе сказала Алетиш, словно все происходило наяву.
Шаэсса молчал.
- Ты и он хотите моей смерти... – девочка кивнула на картину, где был нарисован Темный Властелин, - ради нового мира…
- Неужели?- спросил Шаэсса с нервной улыбкой.
- Ты сказал, что я тебя предала, - осторожно сказала Алетиш, пытаясь вспомнить что-то еще, что могло дать подсказку. Она была почему-то уверена, что к снам нужно относиться с осторожностью. Сны нужно разгадывать, чтобы узнать, что они означают. Кто-то давным-давно, кто-то родной и близкий, говорил ей, чтобы она запоминала сны.
Шаэсса пылко поспешил заверить девочку, что «предательство» - это понятие относительное, и что ей придется сильно постараться, чтобы это сделать. А если такое вдруг случится, то он, ни в коем случае не будет пытаться ее убить, а лишь постарается убедить ее в ее неправоте.
- А еще там был человек. Я его запомнила. Он был высокий и у него были пепельные волосы и розовые глаза. Вы чем-то были с ним похожи. У вас очень похожи лица, но только он – бог. Ой! А ты там был принцем! Нет! Королем! У тебя была на голове корона! Да! А Свет победил!!! Он победил в битве! Почему же ты мне сказал, что он - погиб? Шаэсса, а я могла увидеть не прошлое, а будущее?
- Для этого нужно быть магом или обладать даром. Сомневаюсь, что ты входишь в число людей, умеющих предсказывать будущее… - скептически поднял бровь Шаэсса.
Девочка замолчала, вспомнив еще кое-что.
- Почему ты молчишь? – спросил Шаэсса, заглядывая в ее глаза.
- Я…я… больше всего на свете не хочу, чтобы ты уезжал, - скулила Алетиш.
Ее голос вдруг изменился. Он стал каким-то неприятным, потусторонним, абсолютно лишенным эмоций.
- Если ты сейчас покинешь меня, то мы не скоро встретимся. Нити судеб могут оборваться в любой момент. Берегись, Сокол. Змей уже покинул свою нору. Скоро ты узнаешь, что такое яд.
Шаэсса пристально посмотрел на девочку. Она умолкла. Странное предсказание прозвучало с ее уст. Девочка не могла знать будущее. Он никогда не встречал людей с подобным даром. Возможно, она подражает своей матери – ведьме. А еще поговаривают, что девочка дочь Дивайна. Будь ее мать хоть трижды красавица, у нее нет ни одного шанса даже удостоиться взгляда Темного Принца. Тем более, Алетиш, совсем не похожа на Дивайна. Даже отдаленно. У Дивайна – кровь. Она проявляется, пусть даже через много поколений. Но тут очевидный факт – девочка простая крестьянка, с нелегкой судьбой, о которой она, к счастью, не помнит… Интересно, чьих рук дело этот странный сон и таинственные слова? И почему Шаэссе так тревожно. Шаэсса в раздумьях прикусил согнутый указательный палец. Это была его глупая привычка, которая помогала ему сосредоточиться даже в самой критической ситуации. Он обязательно должен уехать. Чем раньше, тем лучше.
- Шаэсса, а у тебя есть мечта? – спросила Алетиш, глядя на его кислую физиономию. Она уже вполне пришла в себя.
- А ты не помнишь, что ты только что сказала? – спросил Шаэсса.
- Я попросила, чтобы ты не уезжал… - растерянно ответила девочка.
- А.. Ну понятно… - Шаэсса напрягся.
- Ну расскажи, о чем ты мечтаешь? – нудила Алетиш.
- Я хочу звезду с небес, я хочу, чтоб страх исчез. Всех врагов развеять в прах. И держать весь мир в руках! - задумчиво ответил Шаэсса, растирая прикушенный палец.
- Знаешь, я уверена, что твоя мечта обязательно сбудется! – сказала Алетиш.
Это прозвучало так просто и непринужденно, что Шаэсса даже не нашел, что ей ответить. Они просидели в тишине до темноты а потом служанка принесла воды, и в комнату внесли огромный чан. Жарко горел камин, а в чане с парящей водой и различными травами сидела Алетиш. Каждый раз, когда девочка окуналась в кипяток, то чувствовала, как по ее телу разливается странная теплота. Это было настолько сильное чувство, что если бы ей сказали, что завтра она умрет, то она восприняла эту новость абсолютно безразлично. В таком состоянии ей было все равно. Шаэсса тем временем, притащил лютню и что-то негромко мурлыкал себе под нос, подстраиваясь под звонкие переливы. Потом, ему надоело, и он подошел купающейся девочке. Самое интересное, что ее ничуть не стесняло его присутствие, даже наоборот, ей было бы скучно купаться в тишине и одиночестве. После купания Шаэсса старательно расчесывал ее длинные волосы ловко орудуя серебряным гребнем. Он понял, что зашел слишком далеко, поэтому, поцеловав ее в лоб на ночь, клятвенно пообещал прийти попрощаться перед отъездом завтра утром. Шаэсса был еще не уверен, что все делает правильно.