Страница 26 из 186
Шаэсса пришел к Алетиш в комнату и увидел, что она прыгает на перине. Резная кровать скрипела на все лады, но держалась из последних сил, ибо была сделана на совесть.
- Летти… Я должен буду уехать… Ненадолго… - сразу с порога заявил он, видя как она побледнела. – Дела… Очень важные и неотложные.
- Утром у тебя не было никаких дел, а тут вдруг появились! – Алетиш выпятила губу и присела на подушку.
- Хорошо… Скажу тебе так… Король дал мне одно поручение… - придумал ответ Шаэсса. Хороший предлог.
- Я знала, что ты никакой не принц, раз король тобой командует.
- Да, я никакой не принц, - сказал чистую правду Шаэсса. И ведь не солгал. Бедная девочка никак не может разобраться во всех тонкостях политики. Как бы ей подоступнее все объяснить? Нет времени. Пусть думает, что хочет!
- Ты меня тут бросишь совсем одну? – некрасиво улыбаясь, спросила Алетиш, – Когда и насколько ты уедешь?
О! Это были явно не слова ребенка. Это была реплика обиженной и ужасно ревнивой невесты. Шаэсса почувствовал это и мысленно поаплодировал ей. Неплохой трюк. Хорошая формулировка.
- Никто тебя не бросит… Я уеду завтра утром, а вернусь через шесть дней, - спокойно сказал Шаэсса.
Алетиш спрыгнула с кровати и обняла его. Он вдыхал запах ее волос, а она терлась щекой о его курточку. Шаэсса знал, что обычно следует за такими объятиями, и превентивно отстранил ее от себя, не дав расплакаться. Губы девочки дрожали, глаза стали грустными-грустными… И тут Шаэсса понял, что ее нужно было срочно остановить. Магических сил у него не осталось. Вопрос, решаемый с королем, а потом с Анвеоритами, а потом снова с королем, почти окончательно выжал Шаэссу.
- Я тебя люблю! – вдруг сказал Шаэсса. Он и сам удивился как это у него вырвалось.
- Ты меня любишь? – девочка была ужасно удивлена.
- Ну да. Ты – моя маленькая сестренка. Как можно тебя не любить? – весело сказал Шаэсса.
- Сестренка… - грустно сказала девочка.
- Когда вырастешь – станешь мой невестой! – радостно сказал Шаэсса, но в глубине души он почувствовал странную горечь. Он лгал. Бессовестно и нагло.
Алетиш счастливо улыбнулась.
- Маленькая моя, я никогда тебя не брошу… - Шаэсса с надеждой взглянул в ее лицо, пытаясь понять в какую сторону клонить дальше. – Я буду с тобой всегда. Даже если мир прекратит свое существование. Даже на пороге смерти я буду с тобой. Если будет нужно - я убью, украду, предам, но буду с тобой. Если нужно встать на колени – я встану. Чтобы только быть с тобой.
Получилось достаточно красиво. В меру пафосно, в меру героично. Немного экспрессивно, но вполне литературно. И теперь, по законам жанра, доблестному рыцарю пришлось бы развернуться и уйти на поиски приключений, но Шаэсса пока никуда не собирался.
- Ты обещал мне показать фокус, - мягко сказала Алетиш.
- С удовольствием, - выдохнул Шаэсса. – Что ты хочешь увидеть?
Дело в том, что он не совсем понимал, что имеется в виду под словом «фокус». Будучи представителем высшего сословия, в мире, где по злой иронии судьбы ценилась превыше всего магическая сила, Шаэсса не представлял, чтобы кто-то показывал фокусы. С магией не шутили. Ею пользовались разумно и осторожно. Никому не приходило в голову использовать магию просто так. Это воистину редкий дар, который с усердием селекционеров, выводили и усиливали на благо государства. Если в тебе есть хоть капля магии, то будь уверен, что тебя заметят. Если сейчас ты не пригодишься, то тебе подберут супругу или супруга с начальными магическими способностями, ради усиления магических способностей будущего поколения. Здесь любовь не имеет никакого значения. По законам наследственности магия, таким образом, возрастает с каждым поколением. И можно быть уверенным, что спустя двадцать поколений из рода талантливых крестьян получится вполне неплохой колдун. Ради такого благого дела был отменен запрет на близкородственные браки, что значительно упростило дело с магией и усложнило дело с наследственными заболеваниями. Это касалось и королевского рода. Но «король» - это не совсем то понятие, которое использовалось в Домах. Они называли владыку «доминатором». Сначала шло слово «доминатор», а после титул и имя. Раньше в Домах царило правило магии в вопросах престолонаследия. Престол получал тот наследник, чьи магические способности были выше, чем у других. Не имеет значения сын это или дочь, внук или племянница. Но со временем это правило забыли. В эпоху мертвых детей выбирать было не из кого. Мало какая семья вообще могла похвастаться тем, что у нее есть наследник. Есть наследник – хорошо, нет – место займет другая династия. Чуть позже об этом правиле вспомнили и стали использовать в том случае, если на трон претендует два и больше кандидата. Поскольку продолжительность жизни была достаточно высокой, то к моменту, когда Доминатор окончательно одряхлеет, у него уже были не только дети, но и внуки. Выбор был. А значит, нужно было не ошибиться. Существовало так же прецедентное право наследования трона особой женского пола, однако и здесь возникали проблемы. В Доме Тьмы к этому относились отрицательно и подобных прецедентов не допускали. В Доме Тени такое иногда практиковалось. В Доме Света это было частым явлением. Обычно женщина-Доминатор получала в довесок к титулу супруга, который формально именовался королем, но титул Доминатора не носил. Двухуровневая система титулов, возможно, могла бы показаться слишком сложной, но на практике доказала свою эффективность. В истории Светлого Дома была женщина – правитель. Королева Аннабэль, Доминатор Светлого Дома. Власть принадлежала королеве, а король был просто супругом, основной миссией которого было подарить королеве наследника. Да, он имел некоторые привилегии, но все зависело от настроения королевы. С этим и был связан один казус. У короля на стороне родился ребенок. Королева тоже родила ребенка вне брака. Король знал об этом прекрасно, ибо в то время был отлучен за измену от королевского ложа на два года. В итоге власть унаследовал внебрачный ребенок королевы, а все потому, что титул Доминатора носила она, а не рогатый супруг. В данном случае все решили, что «отец наследника – просто случайность».