Страница 14 из 19
Боянка просияла, улыбаясь, кинулась обнимать отца за шею. С печки высунулся сонный Отомаш, разглядывая собравшихся. Опять позже всех встал, типичная сова... Ведь, по идее, самый старший и должен с отцом вставать, а он спит, как медведь в берлоге. Или к нему особое отношение у родителей? Вернулась с подоя мать, с полным ведром молока, водрузив его на лавку, достала кувшин и, как и вчера, процедила в крынку.- Чего спорите? - спросила Чипрана, развязывая платок и ополаскивая руки.- Да решаем, что в дорогу с собой до ярмарки брать, - подмигнув детям, замял разговор мужчина.Видно, мама тут самый серьёзный элемент, раз Гоймир так с темы соскочил и это не смотря на то, что он сам ее на две головы выше, да и в плечах в половину шире. Да и по тому, что я вчера здесь увидела, можно судить, что матушка - женщина, весьма, вспыльчивая и дела в долгий ящик откладывать не привыкшая. А муж у нее, наоборот, мягкий и неконфликтный, но есть в нем какой-то стержень, который не дает усомниться, в том, кто в семье главный."Вот точно, противоположности притягиваются." - мысленно усмехнувшись, подумала я. - Так и чего тут думать? Пирогов я напеку, можно киселя наварить. Пару лишних кур думаю, взять надобно, чай, два дня до городу ехать, яиц свеженьких нам нанесут, а коли нет, зарубим да на костре пожарим. Обойдемся как-нибудь. - Бать, - донеслось с печки, - надо у дядьки Власа прутьев ивовых попросить, клетушки для птицы сегодня наплести, а то, как повезем? - сказал Отомаш, вскакивая с печи.- И то верно, пойду, дойду до Власовой избы, порешаем, как лучше быть, - поднимаясь, сказал мужчина и направился к двери. -И корзинки у него попроси, коли есть, я в них в дорогу нам соберу, а то в узлах все пропылиться в пути! -крикнула вдогонку Чипрана. - Ну, что бездельники расселись, думаете, посев закончился, лоботрясничать будете? А ну, живо поросей кормить, - приказала она сыновьям. Близнецы резво вскочив, кинулись на улицу. - Боянка, садись давай, крупу перебери. Я каши на молоке наварю. - сказала женщина, доставая деревянную банку и высыпая ее содержимое на стол. Девочка удрученно проводив братьев взглядом, села перебирать какую-то крупу. Отомаш обув лапти, вышел за дверь. Матушка принялась возится у печи, развела огонь, достала из печурки пустой котелок и плеснув в него молока поставила в жерло. А я всё лежала на своем посту и обдумывала поступившую информацию: посевная закончилась и теперь родные не будут пропадать в поле. С одной стороны, это - хорошо, больше возможностей узнать о жизненном укладе в этой семье и быстрее приспособиться к местной речи, а с другой, плохо то, что тренировать тело, мне теперь будет не так-то просто. Ладно, выкручусь как-нибудь. Еще намечается поездка на ярмарку и вероятно, я поеду вместе со всеми, ведь меня хотели показать местной знахарке, это тоже новость хорошая. И возможность увидеть не только двор, но и деревню, а может и город, открывает мне новые горизонты. Ведь, информация наше все!Перебрав крупу, Боянка ссыпала ее в пустую миску и вытерла стол. - Мам, еще чем удружить? - спросила девочка.- Да, как поедим, пойдём белье стирать, а потом на речку - полоскать его, так что, со двора не убегай, подсобишь мне. - Угу, - грустно протянула Боянка. Матушка вынула котелок с кипящим молоком и высыпала в него крупу из миски, вернув его в печь, прикрыла заслонку. Девочка покрутившись рядом, ушла в закуток и вышла оттуда с деревянным коробом в руках, расположившись на лавке под окном, она достала из короба нитки и принялась что - то вышивать по подолу обычного, серого сарафана, который принесла вместе с ларцом. Я, какое-то время понаблюдав за ними, задремала.Проснулась от того, что кто-то тормошил меня за руку. Передо мной, на корточках сидел одетый Зелислав, продолжающий меня трясти.- Ведка, просыпайся, снедать пора. С трудом разобрав, что от меня хотят, я медленно села, протянув мальчику руки. Он поднял меня и отнёс к столу, за которым уже все собрались. Усадив меня на лавку, между Боянкой и раскладывающей по мискам кашу, матерью, отправился на свое место. Позавтракав, все разбрелись по своим делам. Меня Боянка вынесла на мое вчерашнее место, под деревом, усадила и ушла помогать матери со стиркой. Рядом с амбаром слонялись близнецы. Возле избы на лавке, устроился Отомаш, плетущий из гибких, деревянных прутиков широкие клетки, как в мультике "Ну, погоди! - где волк на уборочном тракторе, кур по огороду гонял. Зелислав сидел в загоне со свиньями и гладил поросенка, что -то бормоча под нос. Убедившись, что никто не обращает на меня внимание, взялась тренироваться. По поднимала руки и ноги, посгибала в суставах, легла на спину и стала делать ногами велосипед. Покрутила корпусом, повращала головой, легла на живот приподняв руки и ноги над землей. Пролежав так какое-то время, пока мышцы не устали, вернулась в сидячее положение, оперившись на подушки. Мимо к амбару, прошел Гоймир, вошел внутрь и через минуту вышел с вилами в руках, на которых нес большую кучу сена, вернулся обратно, в сторону избы и зашел за угол."Наверное коню понес."- подумалось мне. От нечего делать, стала растирать руки и ноги, для улучшения притока крови в мышцы. Закончив, завалилась на подушки и незаметно для себя, уснула.Проснулась ближе к полудню, недалеко раздавались голоса и смех близнецов, они стояли у колодца и плескали друг в друга водой из ведер. Обернувшись на движение, увидела медленно приближающуюся Боянку. Дойдя до меня она плюхнулась рядом и принялась рассматривать свои красные руки, тяжело вздыхая. Проследив за ней, спросила: -Больно?Она обернувшись хмыкнула и ответила: - Не очень, вот, белье отжимала, - показала она мне свои ладошки. - Что, поиграть хочешь?- Да, - кивнула ей.- В ладушки?- Угу, - снова кивнула.И мы стали играть в ладушки, на этот раз, я продержалась все десять минут, Бояна играла очень увлеченно, несмотря на то, что ладушки - игра довольно простая, все равно затягивает. Под конец, мне стало скучновато, в отличии от Боянки. Да, для неизбалованного ребенка, новое еще и не требующее особых умений, занятие, просто клад. Как-то незаметно к нам подобрались Зелислав и близнецы, они очень заинтересованно разглядывали, чем мы занимаемся. Заметив их внимание, мы прекратили играть: