Страница 3 из 20
После этих слов Мастера наступила тишина; безмолвие и неподвижность, исполненные, однако, неощутимых процессов.
- Вглядись, Фермер, - сказал после паузы Мастер. - Что-то намечается. Видишь? Взгляни в четвертое пространство.
- Только что там ничего не было.
- Ты не всмотрелся вглубь. Они были именно там. Чей-то кораблик, утлый, примитивный челнок, на котором кто-то отважился пуститься в океан, еще не изведав ужаса бурь. Видишь - они поднимаются из глубины. Хотят выйти в третье пространство.
- Вижу. Там люди?
- Да.
- Кто-нибудь из твоих?
- Разве мои станут пользоваться такими кораблями?
- Значит, просто люди из цивилизации ниже среднего уровня. И ты думаешь, они сразу смогут тебе пригодиться? Я не знал за тобой торопливости, Мастер. Сколько времени ты обычно готовишь эмиссара?
- Сейчас крайняя ситуация. В любом случае придется слать неподготовленного. И для этого, я думаю, ничего лучшего нам не найти. Потому что люди, пускающиеся на такой скорлупе из пространства в пространство, должны чего-то стоить! Ну хоть один, хоть двое из них...
- Пусть так. Но уверен ли ты, что они окажутся в твоем распоряжении?
- Стоит им возникнуть в этом пространстве, как Перезаконие захлестнет их. Вспышка - и все. Не может быть, чтобы на их корабле не было никаких сверхтяжелых металлов.
Фермер усмехнулся.
- Спасать одну дичающую цивилизацию при помощи другой, еще полудикой... Воистину ты мастер - мастер парадоксов.
- Полудикая цивилизация - так ли это плохо? Эти люди не стесняются в чувствах. Посмотри, посмотри на них, Фермер: каков заряд Тепла!
- Обычное следствие облегчения: оказавшись вновь в своем естественном пространстве, люди радуются.
- Нет, Фермер, на сей раз ты неправ. Тепла куда больше, да и оттенок его иной. Позволь мне вслушаться... - Он не разрешения спрашивал, они были независимы друг от друга, Фермер этой группы цивилизаций одного уровня и Мастер - эмиссар цивилизации высшей, наблюдатель и соратник. И вовсе они не враждовали, как думают порой те, кто что-то слышал о них, - просто мир они видят каждый по-своему, и это закономерно и естественно. Мастеру не нужно было разрешение, но такова была форма вежливости. Он вслушался в то, чего не услышал бы ни один человек, стой он рядом. Фермер последовал его примеру, и вскоре оба они переглянулись радостно и тревожно:
- Там твой человек, Мастер! Откуда? Ты ведь говорил...
- Да, мой. Прекрасно! Это удача. Я узнал его. Он был наблюдателем по группе маленьких островных цивилизаций низшего и ниже среднего уровня. И вот почему-то возвращается. Постой...
- Теперь совсем хорошо видно, - сказал Фермер.
- Знаешь, я, пожалуй, ошибся. Им не грозит ничто. Но это уже не так важно. Своего человека я могу использовать в любом случае.
- Им больше не грозит взрыв?
- Посмотри, каким облаком Тепла окружены они! Тепло нейтрализует действие холодной волны вокруг их корабля. И они спокойно пролетят. Пусть летят с миром. Я сейчас вызову моего эмиссара, дальше им придется обходиться без него.
Мастер сосредоточился. Потом улыбка его погасла.
- Ты обеспокоен? - спросил Фермер.
- Оказывается, это не так просто. Там два источника Тепла. Два человека. И один из них - мой эмиссар. Забрать его сейчас - значит погасить Тепло и обречь их...
- Я понимаю, Мастер. Но зато, если послать их вдвоем...
- Ты прав, Фермер, ты прав...
- Трогательно, - сказал Фермер, улыбаясь. - И прекрасно. Порадуемся за них, Мастер, и за весь мир, как полагается в таких случаях. Это хороший обычай. Но почему ты загрустил?
- Это - иное, Фермер. Только мое. Разве мы с тобой - не люди, и не имеем права...
- Не надо более, Мастер. Я понял. Что делать? Но может быть, в таком случае не надо посылать...
- Разве ты, Фермер, не посылаешь в опасность тех, кого любишь? Но довольно об этом. Что же мне делать с ними? Пока они оба там, корабль неуязвим, и я не могу распоряжаться этими людьми. Стоит мне отозвать эмиссара, как они взорвутся. Тогда со всеми остальными будет много возни...
- Я помогу тебе, Мастер. Вдвоем мы как-нибудь справимся.
- Благодарю тебя. Будем наготове. Это произойдет сейчас.
Выход прошел нормально. Капитан Ульдемир, откинувшись на спинку кресла и смахнув ладонью пот со лба (все же никак нельзя было приучить себя не волноваться в узловые моменты рейса, как капитан ни старался), проговорил в микрофон обычные слова благодарности экипажу - за то, что каждый на своем месте выполнил свой долг. Слова были обычными, а вот интонация - не очень: чувство переполняло Ульдемира, и часть его невольно перелилась в речь, так что каждый на корабле почувствовал это - а капитану хотелось лишь, чтобы его чувство ощутила Астролида (странные имена давали людям в ту эпоху; Ульдемиру они казались чрезмерно красивыми, но сейчас ничто не было бы для него чересчур красиво), - почувствовала и поняла, как он благодарен ей и полон ею, и даже только что не свой долг выполнял он за пультом, но служил ей, и поэтому все прошло так хорошо, без обычных и почти неизбежных маленьких заминок и несовпадений, случающихся у машины, а у людей и подавно.
В соседнем кресле Уве-Йорген ухмыльнулся. Он явно припрятал камешек за пазухой.
- Короткую память раньше называли девичьей, капитан, - сказал он, не поворачивая горбоносого лица. - Не следует ли нам отныне именовать ее капитанской?
Ульдемир с минуту раздумывал. Но обижаться не хотелось. Со стороны все кажется другим. Короткая память? Ерунда. Если человек годами остается одиноким, то вовсе не потому, что у него хорошая память и он не в силах забыть кого-то. Тут не память, милый мой Рыцарь, подумал он, тут судьба. А на судьбу, как и на начальство, не жалуются, даже когда есть повод. Я же могу только благодарить ее.
- Уве, - сказал он. - Насчет памяти мы подискутируем в свое время и в своем месте, хотя мысль твоя несомненно глубока и интересна. А сейчас - не пригласишь ли всех в салон?
- Вышли мы так гладко, что, право же, стоит отметить, - охотно согласился Уве-Йорген: солдаты падки на зрелища и развлечения. - И глоток хорошего мумма нам не помешает ("Господи боже, где мумм и где то время!" мелькнуло в мыслях пилота, но он не позволил памяти продолжить).