Страница 16 из 22
Рим устало сполз по стволу дерева рядом со мной и вытянул ноги.
– Тащить тебя на руках всю дорогу я не намерен.
Пф! Тоже мне, рыцарь, я все время шла сама!
– Ну так… было?
Рим закрыл лицо руками и глухо застонал.
– Просто скажи, да или нет! И я отстану, честное слово!
– Да! – рявкнул флибериец.
– А с кем?
Рим издал рык, достойный Леотимира в бешенстве.
– В смысле, ты же понял, что я не про флиберийку говорю? – Я уставилась на него с таким неподдельным интересом, что он сдался:
– Да понял я!
– О! – зарделась я. – О-о-о…
– Саша!
Рим возмущенно полыхнул, вынуждая отползти подальше. На что способен внутренний огонь флиберийцев, я успела оценить еще полгода назад и на собственном опыте его тестировать не собиралась. Одна искра – и гронатейская флора вспыхнет, как бумага, а добавлять к списку неприятностей лесной пожар совсем не хотелось.
Рим смутился еще больше и провел рукой по волосам, внося в царящий на голове хаос новые разрушения. К флиберийцам до сих пор относились с опаской. То, что Рим стал контактером и научился находить общий язык с другими расами, преодолевая общественное мнение «он, конечно, молодец, но близко лучше не подходить», было его личной заслугой, и он по праву гордился этим. Так что подозрения от лучшей подруги – это для него удар под дых.
Я придвинулась обратно и, дождавшись, когда жар сменится привычным убаюкивающим теплом, положила голову ему на плечо. Рим покосился на меня и скептически фыркнул, но широкая улыбка его выдала.
– По-моему, мне уже лучше. Во всяком случае, вон тех деревьев теперь два, а не восемь.
– Оно там одно. – Рим проследил за моим взглядом и поднял ладонь с растопыренной пятерней: – Сколько пальцев видишь?
– Очень смешно, – буркнула я, за рукав отводя его руку, и неожиданно заметила: – А красивая штука – экзоскелет.
– Что красивого? – Рим пошевелил пальцами, и металлические нити приятно замерцали.
– На смуглой коже неплохо смотрится.
– Сколько же ты того пара вдохнула?..
Икота снова о себе напомнила. Вот напасть! Решила было, что прошло, но где там…
– А та инопланетянка красивая была? – Гроза уже миновала, так что можно было приставать с вопросами дальше, не боясь незапланированного солярия.
– Страшная, как лед.
– Что, серьезно? – купилась я.
– Саша, я не сплю с уродинами, – хвастливо выдал Рим и тут же захлопнул рот, судя по перекосившемуся лицу, прикусив язык не только в переносном, но и в прямом смысле.
– Ага! Значит, их несколько было?
– Ты с какой целью интересуешься? – Рим чисто по-флиберийски рассудил, что лучшая защита – нападение, и попробовал поймать меня на слове: – Хочешь пополнить список?
Я не удержалась и расхохоталась, не подумав о том, что самолюбие парней одинаково во всех мирах. Рим уставился на меня с недоумением, переходящим в возмущение.
– Извини, но ожоги четвертой степени не вписываются в мое понимание романтики.
Хитрые искорки, появившиеся в его глазах, мне решительно не понравились. А горячая рука, неожиданно нежно коснувшаяся моей щеки – тем более.
– Если дело только в этом…
– Эй, ты чего? – взвизгнула я, мигом оказавшись на ногах. И тут же повисла на ближайшем дереве, борясь с тошнотой.
Рим захохотал и тоже поднялся.
– Обольстительница из тебя так себе. Идем дальше, пока совсем не развезло!
Гадкий флибериец развернулся и энергично зашагал по лесу.
***
Сутки на Гронатее были короче среднегалактических, так что, когда мы наконец добрели до подножия скалы, над лесом уже занимался рассвет – непривычного синеватого оттенка. Правда, я едва обратила на него внимание. Бессонная ночь и многокилометровый переход вымотали меня так, что хотелось вздремнуть прямо здесь, свернувшись в уютный калачик на ближайшем камне. Рим был возмутительно бодр и поглядывал наверх с нарастающим напряжением. Горный массив возвышался над нами, теряясь в облаках, но, судя по лицу, флибериец ощущал холод каким-то шестым чувством еще до начала восхождения.
– Зря мы все-таки это затеяли, – простонала я, присаживаясь на ближайший выступ и растирая ноги.
Рим посмотрел на меня таким взглядом, будто хотел сожрать живем.
– Да, это была моя идея! Но ты тоже хорош! Нашел, кого слушать – я же была пьяная и неадекватная!
Действие гронатейского отварчика сошло на нет еще на полпути, и теперь в голове было ясно, как в солнечный денек на Флиберии, а самой мне – столь же неуютно. Дернул же черт поднять тему! И как теперь Риму в глаза смотреть?
– Ты всегда неадекватная! – Рим горестно воздел очи. – Идем обратно?
– Нет уж, раз пришли, надо лезть! – Идея мне самой не нравилась, но уйти ни с чем после такого путешествия было бы еще обиднее. – Давай поднимемся вон на тот утес, – я показала направление рукой, – с него точно будет виден шаттл, и он достаточно низкий, чтобы там не было холодно для тебя.
– Надо же, какая забота! Где она была, когда ты тащила меня в такую даль?
– Мог бы просто отказаться идти, раз так не хотел! Кто из нас глава группы высадки – я или ты?
– Ты бы все равно сделала по-своему, что я, тебя не знаю? А без опеки напортачила бы так, что лучше сразу согласиться!
– О, неужели? Похоже, я нашла супероружие, которое безуспешно искали все ваши колонии в период завоеваний! Немного упрямства – и флиберийцы ваши!
Рим медленно подошел и присел напротив меня на корточки. Жар, исходящий от его кожи, с легкостью перебивал тепло от местного солнца, но голос звучал нарочито спокойно.
– Во-первых, – в желтых глазах было что-то такое, отчего мне вдруг стало не по себе, – тебе повезло не застать времена, когда Флиберия была на пике агрессии. В мире мало такого, что могло бы причинить нам вред. У твоей захудалой планетки не было бы ни единого шанса. А во-вторых, не путай дружбу и повиновение – это разные вещи. Я прислушиваюсь к тебе не потому, что у меня нет выбора, а просто чтобы не обижать. Чувствуешь разницу?
– Чувствую, – прошипела я. – Острое желание столкнуть тебя в глубокий сугроб. Достал со своим величием!
Рим озадаченно заморгал. Кажется, он искренне не понял, что не так, а я не собиралась объяснять. Флиберийские закидоны хорошо известны, но такой жесткой реакции на неудачную шутку я все-таки не ожидала.
– Знаешь, что, пуп вселенной? Посиди-ка тут, я одна справлюсь.
– В каком смы… Саша, ну что ты как ребенок?! Слезай оттуда сейчас же! Навернешься – ловить не буду!
– Обойдусь!
Карабкаться по скале оказалось не так уж трудно – валунов у подножия было много, практически ступеньки. Перепрыгнув на очередной, я спустила вниз целый шквал мелкой горной породы. Внизу охнул и выругался Рим, но я не стала оборачиваться. Ничего, отскочит! Как он сказал?.. Мало что может причинить ему вред? Вот и пусть уворачивается, раз такой несокрушимый!
Высоты я не боялась, и по удобной «лесенке» могла бы лезть, пока не выдохнусь, но та быстро закончилась. Дальше скала стала слишком крутой – вскарабкаться можно, но уже опасно. Я решила, что оно того не стоит, – вид и так уже был неплохой. Верхушки деревьев покачивались в нескольких метрах подо мной, напоминая стаю гигантских альбатросов. Полянки с шаттлом было не видать, но я не спешила отчаиваться. Может, возвращаться и не придется – подадим ребятам какой-нибудь знак, и они сами за нами прилетят. Жаль, нет ракетницы или бластера.
Снизу донеслись какие-то звуки – Рим все-таки последовал за мной. Раз так, дождусь его на месте, заодно сигнальный костер разведем. Пока лезла, обида успела отступить, да и не так уж я обиделась, если честно. Больше разозлилась, а против злобы лучшее оружие – тяжелая физическая нагрузка.
Усевшись прямо на валун и свесив ноги, я попыталась восстановить сбившееся дыхание. Ветер, вырвавшийся из плена каменной гряды, шаловливо растрепал мои волосы, принеся с собой характерный запах скальной пыли, незнакомых трав и… жалобный стон.