Страница 35 из 60
Он чувствовал, как пот стекает со лба, по лицу, и понимал, что скоро себя исчерпает. Стихия Ледяного дракона на какое-то время стала его стихией, смешалась со стихией земли, помогала, но не наполняла любовью.
Когда Ева выскочила во двор, по фасаду замка зазмеилась ещё одна трещина. Разветвляясь и расширяясь прямо на глазах, пронеслась по древней каменной кладке, зацепила брызнувший цветными стёклами витраж. На плиты внутреннего дворика посыпались яркие смертоносные осколки. Пыль, летящие камни и крики людей — всё смешивалось, превращаясь в жуткий безумный хаос.
— Не могу больше, — глухо произнёс он, глядя на Ридерика. — Дальше сам.
После этого без сил опустился на пол. Уже краем ускользающего сознания услышал истошный крик. Женский и беспокойный. Рыдания... Но успокоить Евлину не смог. Отключился.
***
— Вальд! Не умирай, пожалуйста! Пожалуйста, прошу! — плачу я, глядя на обескровленное лицо.
Смотрю на самодовольное лицо Ледяного и меня пронзает самая настоящая ярость. Всё из-за него! Я видела, как ледяная метель будто выпивала дракона, лишая его колдовских сил. Вальд старался её контролировать, но в какой-то момент не справился, затрясся, упал. Он без сознания, а, может, даже и умер!
— Что с ним? Что с ним случилось? Вы убили его!
— Жить будет, — холодно произнёс Ледяной и отстранил меня.
Направился к выходу.
— Магический резерв исчерпал. Очнётся.
А затем Альросский исчез. Просто возникла серебристая дымка и пропала вместе с драконом. Не всё ли равно куда? Важнее всего — Вальд! Вальду плохо и это ясно как день! Ему нужна моя помощь! Зову хоть кого-нибудь, и на крик отзываются. Слуги помогают перенести дракона сначала на скамью, а чуть позже и в спальню.
Я нахожусь всё время рядом, никуда не ухожу, потому как слугам не доверяю. Вдруг кто-нибудь из них возле Вальда уснёт, а ему понадобится помощь? Он позовёт, а его не услышат?Бледный, уставший дракон поверхностно дышит, он беспомощен, точно дитя. Даже его татуировка на предплечье почти не видна. Светло-зелёные символы стали настолько блёклыми, что почти слились с кожей.
К сожалению, и лекарь из города не смог ответить на целый ворох вопросов. Осмотрел Вальда, покачал головой, даже поцокал, как лошадь.
— Простите, леди, — сказал на прощанье. — Лорд — не человек. Неизвестно, что ждать. Каковы способности к выживанию? Мы не знаем наверняка, что с ним произошло. Молитесь, чтобы поправился.
И я молюсь Небесам второй день, вытираю испарину с широкого лба тонким платком, перебираю пальцами на голове жёсткие, чуть волнистые пряди. Суровый изгиб губ, брови, морщинки вокруг закрытых глаз... Дракон будто хмурится во сне, а тяжёлый сон длится и длится.
Непонимание, что будет дальше, бессилие опустошают, но я надеюсь на лучшее, вспоминая слова Ридерика. Так и сейчас взяла руку Вальда в свою, приложила к губам.
— Вальд, миленький, мне так тебя не хватает, — разговариваю с ним. — Выздоравливай, пожалуйста. Не умирай. Я очень тебя прошу. Даже если ты перестанешь быть колдуном, ты всё равно лучший мужчина. Самый лучший, сильный, умный из всех, кого я в жизни когда-либо знала.
— Правда? Не представляешь, как я рад это слышать, лежа на «смертном одре».
Хитрая улыбка трогает красивые губы, ресницы трепещут. И вот на меня обращается Его внимательный взгляд. Светло-серые, почти бесцветные глаза кажутся слишком прозрачными, пустыми и одновременно глубокими. В них искрятся нежность, смешинки, перебивая усталость.
— Вальд!
Радостно вскрикиваю, сжимая его руку сильнее.
— Ну, наконец-то! Я так испугалась! Что с вами произошло? Это всё Ридерик?
— Ридерик? Нет, — Вальд тяжело вздохнул. — Он делал то, что должен был. Надеюсь, Рид смог ему помешать.
— Кому помешать?
— Долго я спал?
— Два дня прошло.
— Долго, — чуть мрачнее произнёс Вальд, но потом его взгляд прояснился. Он добавил чуть веселее: — Но раз мы ещё живы, значит, всё не так плохо?
— А что должно было случиться?
— А ты? Евлина? Давно здесь?
— Милорд. Она сидела всё время с вами, — из-за моей спины раздаётся радостный голос Мелиссы. — Сидит, ничего не ест, не спит. От вас не отогнать! Отправьте уже её спать! Меня она совершенно не слушается.
Вальд тепло улыбнулся, нежно сжал мои пальцы, заставив сердце застучать чаще. Ну и пусть он не отвечает на мои вопросы. Сейчас это не так уж и важно. Любопытство можно умерить.
— Иди, моя девочка, — ласково попросил дракон. — Тебе нужно отдохнуть хорошенько. Когда ты проснёшься, я буду уже на ногах.
— Вы уверены?
По взгляду поняла, что ослушаться не получится, как бы я не противилась. Поднялась с края кровати, улыбнулась дракону, а потом тихонько вышла из спальни. От волнительной радости спать совсем не хотелось, но пока дошла до своей комнаты, вдруг поняла, как устала. Глаза слипались, ноги еле передвигались. Сил осталось лишь скинуть тяжёлое платье, упасть на кровать и закутаться в любимое покрывало. Мягкое и тёплое — оно было подарком от Вальда. Дракон оказался внимательным и быстро сообразил, что покрывало мне очень понравилось.
Спала крепко, а когда проснулась, увидела на подушке цветок. Белая нежная орхиледия переливалась жемчужными бликами в свете магических сфер. Получается, Вальд приходил, пока я спала? Щёки тут же вспыхнули, наливаясь краской.
Тут же себя осадила. Всё же в порядке! О чём беспокоюсь? Я по-прежнему одета, укрыта, рядом знак благодарности. Радоваться нужно тому, что дракон держит слово и, кажется, начал ухаживать. Долго нежиться под покрывалом не стала, привела себя в порядок, оделась. Покрутилась перед зеркалом, пытаясь представить, какой меня увидит дракон. Нежной? Милой? Стеснительной? А, может, лёгкой и жизнерадостной? Нежно-голубое тонкое платье, широкая, совершенно не тугая коса, чуть-чуть подкрашенные ресницы, румянец...
Улыбаюсь своему отражению. Пора и на кухню — позавтракать. Так хочется встретиться с Вальдом! Не терпится узнать, что с ним всё в порядке, увидеть его тёплый взгляд и ласковую улыбку. И Вальд как будто мысли читает! Только разместилась удобнее за столом с чашкой горячего взвара и свежей булочкой, как в дверях появился дракон. Улыбнулся мне.
— Евлина, доброе утро!
Хотела встать, но Вальд сел рядом со мной. В его серых глазах снова появились тёмно-зелёные всполохи. Почему-то именно по ним догадалась, что дракон снова в полном порядке. Будто тяжесть упала с души.
— Вы выздоровели?
— И ночи не прошло.
— Я так испугалась за вас! Этот Ледяной дракон! Он просто... Эгоист! Думает только о себе и своей Еве! Ему совершенно наплевать на друзей! Бросил вас умирающим на полу. Разве он друг?
Я выплескиваю из себя боль и обиду! Почему Вальд так добр и не понимает, с кем имеет дела? Его обманывают люди, когда привозят не тот товар и продукты. Или ювелиры, что меняют лучшие камни практически за бесценок. А вороватые слуги? Вот и Ледяной оказался таким же... Циничным, холодным, бездушным!
— Ты зря так сильно переживаешь, — спокойно ответил Вальд и чуть наклонился. — Мне очень приятна твоя забота и беспокойство, Евлина.
Когда Каменный дракон взял меня за руку, я затаила дыхание. Тепло его ладони медленно, но верно превращалось в жар в моей крови. Она всё быстрее текла в жилах и превращалась в волнение.
— Драконы часто проходят через потерю магических сил, если не рассчитают резерв. Так уже бывало со мной.
— Но лорд Альросский даже не поинтересовался, как вы! Что с вами происходит!
— У Рида были гораздо важнее дела. От его усилий зависела судьба не только Леврии, но многих миров.
— И всё же мне непонятно.
— Не переживай, моя девочка, — говорит Вальд и улыбается. — Давно известно, что драконы собственники и страшные эгоисты. Думают только о себе, хотя Ридерик внушает надежды. Пока ты спала он уже был и привёз зелье.
— Зелье?
— Оно и помогло восстановиться быстрее.