Страница 29 из 60
— Я искала вас.
Говорю негромко, медленно разворачиваюсь на звук, там, где была скала, появился проём, все камни растворились, превратившись в прозрачный воздух.
— А ты находчива, — как-то странно говорит Вальд, дотрагиваясь рукой до насечек. — Оставляешь метки, чтобы не потеряться.
— Мне нравится здесь гулять. Тихо, спокойно, пахнет приятно. Какой-то свежестью и... как будто весенним садом.
— Это запах алиеста. Я специально выбрал именно эту гряду.
Вальд улыбается, а потом протягивает руку с небольшим камушком. На глазах тёмный осколок начинает терять свой насыщенный цвет, постепенно краснеет и становится полупрозрачным. А вот и не осколок на ладони лежит, а самый настоящий цветок. Каждый лепесток его трепещет, будто от ветерка. Видны тычинки и пестик, и маленькие разветвлённые жилки. Они ещё более прозрачные, тонкие, чем лепестки. Оживший камень завораживает своей красотой.
— Возьмёшь? — предлагает Вальд.
С улыбкой тянусь за чудом и останавливаюсь. Подарки могут дорого стоить, если не знаешь, что за ними стоит.
— Что случилось, Ев-ев?
— Зачем вы это сделали? — сухо спрашиваю. — Вы и Еву очаровали? А потом отправили к Дамиану Тарийскому?
— Кхм...
Цветок на ладони тут же растворился как призрак. Наваждение схлынуло, оставив после себя озадаченного Каменного, магический свет сферы, меня. По скалам потекли зелёные, красные, оранжевые струйки, превращаясь в разноцветный тоннель.
— Пойдём, Евлина, — примирительным тоном произнёс Вальд. — Определённо нам следует поговорить.
Дракон вступил во вновь образованный коридор, следом за ним пошла и я, следя за движением самоцветов на стенах. Небеса! Как красиво! Я шла за Вальдом, и тоннель будто двигался вместе со мной, пока не открылся проём, явивший библиотеку. Библиотеку?! Так быстро? Да мне пришлось бы час до неё добираться!
— Ничего себе магия! — тихонечко восхитилась, вызвав у Вальда насмешку.
Каменный улыбнулся мне, жестом приглашая присесть. Выбрала уютное кресло, так, чтобы сидеть обособленно. Под изучающим взглядом дракона немного сжалась, но вскоре расслабилась. Тепло в серых глазах виделось искренним, настоящим. Казалось, я в безопасности.
— Ты находишь меня циничным и бессердечным? — просто спросил дракон с полуулыбкой.
— А разве нет? — хмурюсь от прямого вопроса. — Зачем вы разлучили Ридерика и Еву? Отправили Еву к Дамиану!
— Дракон никогда добровольно не отпустит то, что посчитал когда-то своим. Тем более, к другому дракону.
— Вы хоть представляете себе, кто такой Дамиан? — спросила с тихой яростью. — Он же — чудовище!
Голос непроизвольно дрогнул, выдав моё отношение к Огненному. Никогда ему не прощу издевательства! А если представится возможность, то отомщу. Пусть в наивности своей я виновата сама, но Тарийский тоже мерзавец.
— Дамиан, может быть, и чудовище, но в первую очередь игрок, Ев-ев. Он никогда не причинит вреда сильному сопернику в надежде взять реванш и отыграться, а затем повысить ставки для новой игры. В этом вся его слабость.
— А Ева...
— Поверь, она — достойный противник. Хладнокровна, спокойна, умеет держать эмоции под контролем. Ей будет трудно, но Ева там не одна. Рядом с ней — я. И Ридерик. Он нашёл её, но вынужден наблюдать за тем, как с ней играет Тарийский. Ледяной просто ревнует.
— Зачем вам это? Не проще всё выяснить напрямую?
— Не проще. Что-то произошло. Неудачный обряд? Допустим. Дамиан ушёл в другой мир и оставил нас здесь сдерживать его же стихию. Хорошо. Но это поведение безответственного эгоиста и труса! — чуть более раздражённо и громко произнёс Вальд. — Он не считается с нами и должен за это ответить! Как и за то, что нагло украл у меня.
Последнюю фразу Сирисский произнёс тише. Наверное, увидел, как я сжалась в кресле. Меньше всего хочется присутствовать там, где грохочет гром, и сверкают молнии. Я встревожилась, а Вальд... Он, кажется, это почувствовал. Его взгляд тут же смягчился.
— Тебе ничего не угрожает здесь, Ев-ев, — ласково произнёс. — Я позабочусь об этом.
— Вы уже считаете меня своей? — спросила и прикусила язык.
Вот зачем, спрашивается? Зачем спросила о том, на что ответы не готова услышать? Возможно, память о прошлом не даёт покоя, заставляя просыпаться от страха. Меньше всего хочется снова стать узницей и новой игрушкой.
— Нет, — холодно отвечает Вальд и мрачнеет. — Не считаю.
— Откуда вы узнали, что это именно я была у Дамиана? — задаю новый вопрос, мучивший меня эти дни. — Почему именно я? Из-за Евы? Но мы с ней просто похожи.
— Когда пришел огонь, я сразу догадался, что у Дамиана проблемы. Но Тарийский исчез, оставив разруху. Потом появилась Ева, её нашёл Ридерик. Он влюбился в неё. Понимаешь, Евлина, у Вселенной свои законы. Законы замещения и одинаковости подсказали, что не всё так сложно, как кажется. Нам дали подсказку. Когда ты пришла вместо Евы, я спросил на удачу о Дамиане и угадал.
— Вот как?
Я горько усмехнулась собственной наивности. Ничему меня жизнь не учит. Я попалась на уловку легко и быстро, будто любопытная рыбка из речки. И та осторожней, чем я.
— А Ева лучше всех нас справится с задачей узнать, что случилось у Дамиана.
— А сами? Сами не можете узнать? Обязательно туда отправлять слабую женщину?
— Леврию бросить? Всех людей предоставить огню?
Вопросы лорда Сирисского остро резанули по моей личной боли. Родители, родственники, братья и сёстры... Где они теперь? Появилась благодарность к драконам, что сохранили мой мир от полного уничтожения.
— Ни у меня, ни у Ардена нет достаточной силы, чтобы покинуть этот мир, не разрывая связь, — продолжил рассказ лорд Сирисский. — Ридерик бывает слишком несдержан, а потому несёт опасность не только Леврии, но и остальным мирам. Мы не знаем до конца, что в голове у Огненного.
— И где же сейчас Дамиан?
Задала вопрос, не сводя глаз с перстня Каменного. У всех драконов, получается, есть такие?Тёмно-зелёный камень играл на свету, почти такой же был и у Огненного. Только ярко-оранжевый. Интересно, а у Вальда тоже на предплечье есть татуировка из символов, оживающая время от времени? Не языками пламени она говорит, а чем? Было бы интересно увидеть... Внезапно вспыхиваю от собственных мыслей. Они кажутся мне кощунственными и неприличными. Откуда они вдруг возникли? Это всё после разговора с Мелиссой, которая недавно отметила, что Каменный дракон словно ожил, как только я во дворце появилась...
— Живёт в мире Евы, — как-то слишком раздражённо отвечает Вальд. — Подпитывается стихией из Леврии и, похоже, чувствует себя просто отлично. Скучаешь по нему?
Что? Скучаю? Какая нелепость! Почему Каменный дракон решил, что я скучаю по Огненному? Разве можно скучать по тому, кого всей душой ненавидишь?
— Да я... мечтаю, чтобы он никогда не вернулся, — с жаром говорю, не понимая, почему Вальд рассердился.
Разве я что-то спросила не то? Мне интересно знать, где сейчас находится Огненный ради собственной безопасности. Моё замешательство не осталось незамеченным, потому что черты лица лорда смягчились.
— Тебе ничего здесь не угрожает, Ев-ев, — мягко успокаивает дракон. — Можешь жить в моём дворце столько, сколько сочтёшь нужным.
— Почему? — ещё тише шепчу. — Почему вы так добры ко мне? Вы же дракон!
В глазах Вальда сверкнули насмешливые искры, сменившиеся лёгкой досадой. Он улыбнулся и встал с кресла, намереваясь уйти.
— Ты пытаешься быть полезной. Я это ценю.
Направился к дверям, на пороге развернулся, прищурился.
— Так как звать твоих отца и мать? Братья и сёстры есть?
На мгновение затаила дыхание. Признаться во всём окончательно, значит, стать навсегда уязвимой. Любое неповиновение станет поводом, чтобы пригрозить смертями родных. Впрочем, их ещё нужно найти. Если я сама начну искать семью, то могу потерять целые годы. Денег нет, связей нет, придётся положиться лишь на удачу и случай. В руках дракона есть власть и возможности. Но друг он мне или враг?