Страница 20 из 60
— Евлина, милая... — слишком ласково говорит Дамиан, наклоняясь. — Вставай. Что расселась? Побегала, хватит. Ты даже не представляешь, какая тебя ждёт судьба! Хочешь пройти ритуал?
Его слова звучат как приговор моим надеждам на счастье. Не отказался дракон от меня. Он хочет продолжать издевательства и, даже хуже, что-то задумал. И бегства он мне не простит, как не простил покушения. Этот зверь ещё отыграется, как только придёт в настроение.
— Нет! — кричу в отчаянии. — Не поеду! Оставьте меня!
— Ну что за невеста? — веселится дракон. — Ничего не понимает в любви!
Он грубо хватает меня и поднимает, как пёрышко. Попытки брыкаться, борьба его только смешат. Дамиан совершенно не обращает внимание на то, как я пытаюсь отстоять своё право на свободу. Бросаю взгляд на Наталью. Может, вступится? Я всё ей рассказывала, когда появилась с запиской! Ну же! У неё с драконом так чудесно получилось общаться!
Но... Натыкаюсь на хмурый взгляд. Наталья закусывает губу и отворачивается. Ничего она ему не скажет. Помощи не дождусь. Сдаюсь. Даже родителям не успела письмо написать... Ничего не успела. А что меня ждёт? Буду болтаться поперёк седла, как убитая лань, и окажусь в центре двора, как добыча? Снова надо мной посмеются?
— Довольно, милорд, отпустите! — резко вскрикиваю. — Мне больно. И... Я готова идти сама!
— Сама? — довольно спрашивает Дамиан. — Ну, сама, так сама. А тебе, Наталья, следует поторопиться.
— Прибуду в ваш дворец через два дня, — холодным тоном отвечает ему гувернантка.
Тарийский подталкивает меня в спину, и я иду по коридору. Выход чуть дальше, никого из домочадцев не видно. Благоразумно сделали, если сбежали. Они даже не представляют, как им повезло. Не то, что мне... Зря так долго жила у Натальи, следовало дальше бежать. Испугалась оказаться на рынке рабов, попасть в дурные руки. В моём мире одинокие девушки ненадолго остаются одни, если нет родителей, покровителя, мужа. Мой страх вышел боком, обрекая меня на гораздо большие муки.
Останавливаюсь возле лошади.
— Покатать тебя, Лина? — насмехается Дамиан. — Перед тем как наказать?
Я молчу. Лишь сердце забилось чаще. Наказать хочет? Нет уж. Не позволю себя тронуть и пальцем.
Не получилось тебя убить, лорд? Тогда лучше сдохнуть самой. Всё равно жизни не дашь, будешь её только портить, отравлять, как сильнейший яд. Даже знать не хочу, что ты сделал с Ливаком, Лиссандрой, если они на самом деле хотели помочь. Боюсь, сердце разорвётся на части, расплачусь, доставлю тебе удовольствие.
Обуреваемая гнетущими мыслями, даже не заметила, как быстро пролетело время и показались шпили строений. Мы приближались к жилищу дракона со скоростью ветра, и вот, врата, площадь перед парадным подъездом. Скинув меня с коня, Дамиан спрыгнул сам, бросил поводья. Конюх тут же увёл лошадь, оставив нас наедине.
— Добро пожаловать домой, — елейно произнёс дракон.— Ничего не хочешь узнать, дорогая?
— Нет.
— Вот как? — Дамиан удивился. — О судьбе помощников поинтересоваться не хочешь?
— Нет. Мне никто не помогал.
— Хм... Ну что ж. Нет, так нет. Не буду настаивать. Но за своевольность, думаю, тебя следует выпороть. Чтобы в следующий раз даже мыслей о бегстве не было.
— Выпороть?
Чуть покачнулась от осознания будущей участи. Так и думала, что поркой всё кончится. Но, пожалуй, стоит попробовать выиграть время.
— Милорд...
— Да, Евлина, — ласково откликнулся Дамиан.
— Если вам угодно наказать меня, то пусть это случится завтра на рассвете.
— Почему?
— Хочу осмыслить всю тяжесть проступка и, может, порадовать вас.
— Порадовать меня?
Губы Тарийского чуть изогнулись. Снисходительно, с лёгкой досадой. Дракон явно решил, что я приду к нему в спальню, буду его ублажать в надежде вымолить прощение. Пусть так и думает, пока я сделаю всё, чтобы смешать его планы.
— Хорошо, — ответил милорд, — столб подождёт.
— Вы очень великодушны.
Дамиан разочарованно скривился. Вот бы всегда видеть его таким. Лорд ушёл, оставив меня наедине с мыслями. Каково снова вернуться во дворец к чудовищу и выбирать между поркой и самоубийством?
Умирать, конечно, я не хочу. Какая молодая и красивая девушка в здравом уме захочет свести счёты с жизнью? Но, увы, понимаю, другого выхода нет. Почти до заката гуляю по парку, а едва темнеет, направляюсь к утёсу. Он находится недалеко от строений и служит естественной защитой от врагов. Но посмотрела бы я на тех, кто дерзнул пойти на дракона!
Прохладный ветер ласково бьёт по рукам и ногам и подгоняет в затылок. Я поднимаюсь по небольшой тропинке к верхушке. Именно там закончится мой путь, останется в пропасть шагнуть. Я плачу, мне страшно. Точно так же было страшно в комнате у Дамиана в ту злополучную ночь. Тогда я не спрыгнула, струсила и жестоко ошиблась.
Останавливаюсь на самой кромке и смотрю вниз на скалы. Выдыхаю и понимаю, что никогда не спрыгну, так и останусь здесь, чтобы терпеть дальше муки. Жить хочу! Очень-очень.
И вдруг чувствую в спину толчок, взмахиваю руками, пытаясь зацепиться за воздух, и валюсь мешком вниз. Криком захлёбываюсь, слишком стремительно приближаются камни. Закрываю глаза от страха и оказываюсь в руках Дамиана.
— Мне кажется, я смог бы тебя полюбить... — говорит он нечто абсурдное. — Твоя непокорность сводит с ума. Ты противоречива, ты хочешь сражаться.
Молча слушаю дракона и даже думать не хочу, как получилось так, что я не разбилась о камни. Знать не хочу, кто скинул меня в пропасть с крутого обрыва.
— А, может, уже полюбил? Но древний обряд драконов, в котором ты примешь участие, раскроет настоящую правду. Не спеши умирать. Успеешь, если у меня не получится овладеть огнём так, как владеют им могущественные колдуны Раниндара.
Обряд? Какой обряд? Что ещё дракон уготовил?
— Отпустите меня, милорд, — прошу в слезах, не пытаясь скрыть дрожь. — Отпустите.
— Никогда, — шепчет дракон. — Ты скорее умрёшь.
Меня привязали к столбу, заставив простоять до утра. А ведь я просила пощады... Просила свободы, говорила, что не люблю.
— Никогда, Евлина,— смеялся в ответ Дамиан. — Скорее, ты полюбишь меня. Когда поймёшь, как слаба передо мной. Склонишься от моей силы и власти.
Рано утром, когда нервы уже не выдерживали, и от страха я чуть не теряла сознание, меня развязали. Бессильно опустилась на землю, ещё не веря, что обошлось.
— Тебе не следовало убегать, дорогая, — вкрадчиво произносит дракон. — В следующий раз я не буду таким великодушным. Запомни.
— Больше не повторится, милорд, — говорю то, что он хочет слышать.
Огненный лорд снова покинул дворец. Он куда-то исчез вместе с новой экономкой Натальей. Немного оправившись, я стала выходить на прогулки. Слуги прятали взгляды, выполняя привычную работу по дому. Ни Ливака, ни Лиссандры я не видела с тех пор, как бежала. Дни шли за днями, на деревьях желтели листья. Близилась поздняя осень, природа медленно засыпала, готовясь к снегу, зиме, а я задумалась о побеге. В этот раз нужно быть осторожней. Да! Я снова хотела бежать, чтобы избавиться от мучителя!
— Евлина! Евлина! Новость какая!
С радостным криком в комнату вбежала Кати. На взволнованном лице девушки сияла улыбка. Будто всё опустилось внезапно и заныло в предчувствии.
— Не волнуйтесь так! Всё хорошо! Ваши родители! Они приехали.
— Родители? — пожалуй, это одна из лучших новостей в моей жизни. — Здесь? Но как?
— Лорд распорядился перед отъездом. Сказал, вас хочет порадовать.
— Вот как? — сдержать иронию не могу. — Поможешь с платьем, Кати?
Бросил награду игрушке, в надежде загладить насилие?
Не потребовалось много времени, чтобы влезть в самый скромный наряд. Серое платье без оборок и рюшей, никаких украшений, хотя на комоде стоит резная шкатулка. Нечем хвастаться, впору расплакаться.
Почти бегу в гостиную, куда привели папу и маму. Замираю на пороге, разглядывая любимые лица. Родители скованы, озираются по сторонам. Взгляд отца останавливается на мне и проясняется.