Страница 13 из 23
<p>
- Настя, хочу чтобы вы знали - вы лучше всех делаете уколы. Совсем не больно - Настя разулыбалась. Хороший знак, надо продолжать в том же духе - У вас легкая рука и доброе сердце, это видно за километр.</p>
<p>
- Да ладно, Максим, это же моя работа… - начала она кокетничать.</p>
<p>
- Настя, а могли бы вы мне помочь? Как добрая женщина отчаявшемуся человеку?</p>
<p>
И я попытался изобразить взгляд кота из «Шрека». Не знаю, что у меня получилось, но, кажется, на Настю впечатление произвести удалось. Она смотрела на меня не мигая, и произнесла на выдохе:</p>
<p>
- Постараюсь.</p>
<p>
- В 304 палате лежала девушка Лера, в прошлую пятницу ее выписали. Дайте ее телефончик, пожалуйста, а?</p>
<p>
Чары моментально рассеялись. Секунду назад передо мной была милая кокетка, а теперь - суровое должностное лицо.</p>
<p>
- Личную информацию о пациентах мы кому попало не даем! - рявкнула Настя.</p>
<p>
- А кому не попало даете? - попытался я пошутить. Медсестра шутку не оценила. Нахмурилась еще больше.</p>
<p>
- Только по запросу правоохранительных органов. - прошипела она. - Ты еще скажи, что полицейский.</p>
<p>
- Нет.</p>
<p>
- Ну и все! Не болей!</p>
<p>
Настя поднялась со своего поста и ушла в сторону сестринской. А мне ничего другого не оставалось, кроме как пойти домой. К своему любимому брателле, с которым мы вместе снимали квартиру. Женька в свои 31 еще не был женат, девушки периодически у него были, естественно, но нам это не мешало. Меня не стесняло их присутствие, а их - мое. Барышни и у брата, и у меня менялись довольно часто. Но нам повезло - комнаты в квартире были изолированными, так что какое-то подобие уединенности сохранялось.</p>
<p>
Вечером пришел Женька с работы, и не один, а с родителями. Они решили нас навестить по случаю моего выздоровления.</p>
<p>
- Ты еще слабенький, сынок - сокрушалась мама, когда вечером мы все сидели за столом - Хорошо что на работу тебе не надо завтра выходить. Хоть один плюс в твоем занятии. - вздыхала мама.</p>
<p>
- Не переживай, мам, - приобнял я ее в ответ - я себя чувствую вполне нормально. А на работу я, кстати, все же завтра собираюсь. Игорек звонил, они там зашиваются.</p>
<p>
Мама вздохнула еще раз, но ничего не сказала.</p>
<p>
Ей категорически не нравилась моя работа. Собственно, она даже работой ее не называла, а не иначе, как «занятие». А все дело в том, что работал я в автомастерской. С самого детства меня привлекали различные механизмы. Все, что угодно в моих руках превращалось в набор гаечек и болтиков: от игрушечных машинок до папиных наручных часов. Я обожал конструкторы. В третьем классе папа привел меня в кружок моделирования. Там я собирал и самолеты, и машинки, и танки. Все, что можно было, и что нельзя. После девятого класса я поступил в техникум на специальность автомеханик. А после техникума, в армии был водителем, и ремонтировал машины заодно, в общем, почти все время проводил в гараже.</p>
<p>
Когда кончилось время службы, и вернулся домой, решил продолжить образование и поступил в университет. И вот теперь, я дипломированный инженер-автомеханик. На предпоследнем курсе мы с моим другом и одногруппником Игорьком организовали небольшую автомастерскую. Поначалу заказов было немного, но время и качество нашей работы сделали свое дело. Через год мы наняли еще одного работника, и теперь заказов было столько, что нам с Игорьком приходилось чуть ли не ночевать в нашем гараже, как мы его называли.</p>
<p>
Я был доволен таким положением вещей, чего нельзя сказать о моей маме. Ей совершенно не нравилось мое увлечение автомобилями в целом, и моя работа в частности. После трагедии с первым мужем, она люто возненавидела автомобили. Ни у кого в семье их не было. Даже у меня, несмотря на мои мечты заиметь собственного железного друга. Мама ездила всегда общественным транспортом, опасаясь передвигаться на такси и маршрутках. Но если по какой-то причине ей приходилось ехать в автомобиле, на нее было страшно смотреть. Она будто бы выпадала из реальности, и возвращалась в себя, только выйдя из машины. Мне были понятны ее страхи, откуда что взялось. Первое время я тяготился ее попытками отговорить меня заниматься моим теперешним делом. Но теперь, спустя какое-то время, я стал спокойнее смотреть на вещи. </p>
<p>
На следующий день в гараже меня радостно встречал Игорек:</p>
<p>
- Ну наконец-то босс вернулся! - он имел такую привычку называть меня «босс» - Смотри-ка, похудел, посвежел. Ты точно в больнице был, а не на курорте?- друг пихнул меня в бок и подмигнул.</p>
<p>
- Зависть - плохое чувство, Игорек! Если никак не можешь смириться со своей фактурой, давай отведу тебя в спортзал к брату. Он из тебя быстро второго Алексея Немова сделает.</p>
<p>
Игорек при росте 180 см весил 110 кг. То есть, объективно говоря, был довольно пухлым. Но за все пять лет, что я его знаю, не припомню ни единого случая, чтобы это обстоятельство его смущало. Он был невероятно жизнерадостным и обаятельным типом. И его жена придерживалась того же мнения. Которая, кстати говоря, была вполне себе стройной симпатичной женщиной, без ума влюбленной в мужа.</p>
<p>
- Да прямо! - воскликнул Игорек - Я своей фактурой доволен. </p>
<p>
Игорек рассказал, что происходило в гараже, пока меня не было. И до вечера мы копались в машинах, стоящих на ремонте.</p>
<p>
Несколько дней моя голова была забита работой, и только работой. Не оставалось времени ни на что. Наступили холода, на носу декабрь как-никак. Заказов привалило. Уходил из дома - еще темно, возвращался - уже темно. Недели сменяли одна другую, а я даже не замечал.</p>