Страница 48 из 64
— Я жду Герусета, — он с насмешливым рыком кивнул на труп.
Нарата закатила глаза.
— Тьма взяла — Тьма отдала. Не задерживай МЕНЯ.
— Слышал, Мирдал? — с довольной улыбкой Тенерос ткнул крылом в золотого. — Тебе придётся самому идти к сар-володу Иркаллы. Или тащить его сюда. Если будешь воскрешать, а не дохнуть — не забудь ей пол поменять, чтобы не Герусет разорял свою страну на большие дозы зелья.
Ликдульцы, несмотря на издевательства Тенероса, выдохнули с облегчением. Их ещё не покидал страх, их поразил в тяжёлом ступоре факт, что над воплощениями распоряжается недомерка — но она, по крайней мере, была милостивей, чем "старая Тьма". Но Мирдал не был доволен — и не потому, что ему предстояло в очередной раз восстанавливать убитое по чужой прихоти тело. Воплощениям удалось вывести Нарату из себя и ввести во Тьму.
Глава тридцать третья — Воля заразительна
— В отличии от Тьмы, я могу на тебя положиться, — Зорат не разбрасывался подобными заявлениями. Тем более он не мог отдать кому попало Книгу Истинных Звёзд, отобранную у деструкторов, при помощи которой Зорат побеждал ложные воплощения Тьмы в прошлом. Сейчас именно с такими и отправлялась бороться Арма, поэтому ей можно было доверить артефакт.
— Не забывай, кто я, премудрый Зорат, — съязвив, заметила Арма. — Но могу ответить так же — ты пока что единственный, на кого смогу положиться я.
— Не забываю. Тебе всё равно, Тьма ты или нет, на какой ты стороне, потому что ты заботишься о мире в целом. Другие народы воспринимают то, в чём мы живём, под другими образами. Даже у навов есть нечто похожее. Если напомнить им это — вражды будет меньше, хоть она и не исчезнет полностью.
— Пока Тьме поклоняются, у неё будут фанатики, — Арма положила Книгу на кристаллический пол Дворца Сталагмитов и раскрыла её на самом тёмном развороте, похожем на безлунное ночное небо с редкими звёздами. — Пока драконы живут, им будет хотеться иметь больше. Это в Тенеросе от дракона, а не от Тьмы.
— Разве Тьме не может хотеться больше? — Зорат сел подальше, почти подле стены. — И можно ли проповедовать истину из безвестности и слабости?
— Ты рассуждаешь с драконьей точки зрения. Это не исправить даже через тысячи лет, — Арма слегка улыбнулась, проводя когтем по рунам на странице. — Но быть может, мне удастся показать, чего хочет Тьма на самом деле. Мы с тобой вступили на собственный, но опасный путь, Зорат — готов ли ты к этому?
— Ты поздно спрашиваешь, — проводил сар-волх бывшее Воплощение, что прыгнуло в книгу и захлопнуло её за собой, заставляя исчезнуть.
Бывшее Воплощение — но, возможно, новую Тьму.
Чёрное небо теперь было сверху — а снизу темнел, поблёскивая, лёд, почти чёрный от мрака Тени, где он находился, и от той темноты энергии, которая в него была заложена за тысячелетия. Вокруг замка, вытесанного холодными ветрами последних выдохов покойников, вились души мертвецов, спасённые Тьмою из мира, от поглощения и безрассудной траты, и принятые в свою армию. Руководила этим войском самая Тёмная душа из всех — единственная, ставшая Тенью по своей воле. Арма знала Намиру при жизни. Но чем она стала теперь — уже позабыла.
Осторожно летя вдоль длинных и тонких, словно клинки мечей, горных пик, Арма прислушивалась к своим внутренним ощущениям. То, чем они были так недавно, позволяло им чувствовать друг друга, но нельзя было сказать, заметила ли Намира появлением чужой души в своём царстве. Наверное, да. Ума и хитрости ей не занимать, а то, что она словно вросла в Тьму, лишь на лапу ей играло…
Без помощи Зората Арма не имела шанса перебороть Намиру, так же и Зорату не доставало умений, чтобы победить Воплощение. Возможно, кобник не смог бы даже пролететь через множество душ, что роились вокруг чёрной драконессы, но не нападали на неё. Почему именно — Арма узнала позже, встретив их посмертную госпожу.
Не нужно было напрягать зрение, чтобы увидеть произошедшие с Намирой перемены. Их не было — перед Армой зависла в воздухе всё та же старая знакомая, только теперь ставшая несоизмеримо сильнее и опаснее.
— Ты для того покидала меня, чтобы вернуться как враг? — Намира начала разговор, зная, что молчание нельзя затянуть навечно. — В меня нельзя войти и покинуть меня нельзя, я и так везде и нигде. Тебе не нравится моя воля? У меня нет воли, и вашей воле я не подвластна. Меня нельзя уничтожить, в отличии от мира, который я мыслю ради его существования. Не заставляй меня засыпать новым сном в надежде, что он полюбит меня сильнее этого.
— Ты хочешь любви? Значит, воля в тебе есть, — Арма снова проявила книгу в лапах. — Но действуешь ты так, будто ищешь власти!
— У меня есть власть, это у тебя её нет, раз ты прилетела ко мне с оружием. Твоя обида беспочвенна, от навов мои войны в любом случае вас защитят.
— Тогда что делают эти идиоты-самцы? — Приземляясь задними на лёд подле Намиры, Арма выбила из него крошку. — Хочешь сказать, ты за них не ответственна и они — не ты, не Тьма?
— У каждого воплощения своя функция. Я — душа Тьмы. Тенерос — разум Тьмы. Варлад — воображение Тьмы. Таймург — тело Тьмы. Нарата — воля Тьмы. Ты — Тьма вне Тьмы.
— А все драконы и даже все разумные — цель Тьмы, не забывай. Это их ты хочешь обрести, их единство с тобой. Почему тогда ты считаешь навов отдельными и заставляешь с собой враждовать, поддерживая их существование? Или тебе скучно без ненависти?
— Ты была Воплощением, так что тебе лучше знать о целях Тьмы. А какова твоя цель? — Намира расправила крылья. — Ты хочешь стать чем-то над Тьмой, не так ли? Воображаешь, что ты можешь быть чем-то большим, чем являлась, когда мы были едины? Но это мираж, пустые мечтания. Посмотри, что создала я — а чего добилась ты? Наш Храм теперь в других лапах, твои самые недостойные ученики разбежались по Нашару, а ты обезумела в своей жажде власти. Печальный конец для Армы!
— Я убила Арму так же, как ты убила Намиру, — напомнила Арма про самоотрешающее посвящение Воплощений. — Но я убила ещё и Тьму. Любой образ бога — ложь, мешающая его понять, — Арма открыла книгу. — Тьму можно сравнить с матерью, но она не мать в полном понимании этого слова. Так же как она не Тьма больше, чем Свет. Или что-то иное.
Намира оглянулась на свою армаду, вившуюся в небесах, и снова посмотрела на Арму.
— Тогда ты сама увидишь, что из этого выйдет. И не говори потом, что я тебя не предупредила.
— Тебе охота жить на этом погосте, душа Тьмы? — Арма обвела носом роившиеся фантомы. — Есть некто, кто куда лучше подходит на роль владельца мертвечины. Тому, кому упиваться властью и заменять чужую волю в удовольствие.
Драконесса выхватила из потока, приблизившегося к ней, ещё не расплывшуюся душу, которая каким-то чудом не потеряла сознание. И даже ответила, вырываясь:
— Вот так вы отвечаете на дружбу! В моей жопе Тьма и то темнее, чем вы!
— Материальчик ещё тот, — сморщилась Арма, растворяя энергию души в своей ладони. Намира никак не отреагировала на её слова, но от взгляда Армы не скрылось, как пространство вокруг неё словно зарябило, как будто отовсюду поднимался горячий воздух. Что же, больше ждать было нельзя.
В бывшее Воплощение врезались все души разом, но они стали стекать с неё в книгу, заставляя ту темнеть всё сильнее. Небесные страницы ломились на чёрные дыры. Войско, сохраняемое для защиты от навов, тратилось на выскочку — и Намире пришлось прервать бесполезную атаку. Арма же, тем временем, впихнула в страницу сознание Герусет. И Намира вдруг пошатнулась, как от хлёсткого удара.
— Тьме неведомы болезни. А ты заразилась чужой, разрушительной волей, — захлопнула Арма том.
Казалось, реальность не вынесла этого хлопка. Души замерли на местах, в то время как вершины гор с громоподобным треском посыпались на землю. Черты Намиры стали расплываться — Воплощение стремительно изменялось, и уже по покрасневшим кончикам перьев становилось понятно, кто именно сменял её на посту командующего армией мертвецов.