Страница 85 из 182
Марк недоуменно пожал плечами. Элизабет глянула на него и закончила:
- Я ввела в его сознание новую программу, все вроде бы получилось. Стоит теперь дать Брендану сильный толчок, и его скрытые метапсихические возможности станут явными.
- Позволь мне взять это на себя, и мы вместе совершим чудо.
Элизабет вскочила с табурета. На лице ее отразились ярость и ужас.
- Вот ты и попался! Я так и _з_н_а_л_а_!.. Вот с какой целью ты столь долго отсиживался в тени, не так ли? Ты решил, что вот он, момент, чтобы взять меня под контроль?!
"Тынеможешьнедолженникогданеодолеешьвеликогомагистразапрограммировать менядажесилойты".
- Нет, Элизабет. У меня и мысли такой не было. Пожалуйста, поверь!..
Что-то в ее душе - чувство самосохранения? - выплеснуло "неверюневерюневерю!.."
- Я не имею права рисковать. Брендан и без ожерелья будет нормальным ребенком, пусть даже и без явных метапсихических способностей. Мы должны оставить все как есть.
Марк встал, склонился над кроваткой. Его длинные чуткие пальцы ощупали макушку ребенка, начали пальпировать не заросшее еще темечко.
- Он мог бы стать великолепным оперантом, если бы ты доверилась мне.
- У Эйкена уже есть опыт в этом отношении, - резко ответила Элизабет. - Ты передал ему программу для метаобъединения, чтобы он использовал ее против Фелиции, но ты рассчитывал, что ударная мощь свалит и его.
- Какая чепуха!
- Знаешь, что расстроило твои планы? Ну-ка, взгляни! - И она спроектировала ряд последовательных картинок, на которых отразились все перипетии сражения на Рио-Дженил. - Понятно? - спросила Элизабет. - Это Фелиция спасла Эйкена ценой собственной жизни. Она ослабила удар, приняла его на себя, так что даже ее "возлюбленный" Куллукет остался жив. Когда все кончилось и Эйкен начал анализировать присланную тобой программу, он обнаружил в ней незамысловатую ловушку - как раз для нерадивого, тупо исполняющего команды ученика. Ты нас даже за людей не считаешь, Марк. Но ты ошибаешься, мы не так глупы, как тебе кажется, и Эйкен чуть-чуть подправил твою программу, и если ты не уймешься, он обрушит ее на твою голову, и это будет хороший удар. Вряд ли ты устоишь...
- Я не могу допустить, чтобы дети ушли в Галактическое Содружество. Они не ведают, что творят.
- Если ты имеешь в виду свою персональную безопасность или безопасность своих соратников, мы можем дать самые твердые гарантии, при условии, что ты будешь вести себя спокойно...
- О каких гарантиях может идти речь, когда мой сын покидает плиоцен. Это бессмысленно!..
- Все не имеет смысла, и наш разговор тоже. Единственное, что теперь важно, - это ребенок. Ты будешь помогать мне в лечении или нет?
Он молча кивнул. На его лице застыла кривая усмешка. Или сладостная? Элизабет так и не смогла до конца разобраться в этом человеке. Какая цель вела его, во что он верил? Ради чего пожертвовал светом и истиной?
- Давай продолжим, - сказала женщина.
"ДаваймилыйдавайБрендан. Помоги нам".
"БОЮСЬ!"
"Ничегороднойпопытайсяовладетьэтимновымспособомподумайяхочуитебескоро станетлегче".
"НЕТ. ТЕТЯ ЭЛИЗАБЕТ, Я БОЮСЬ".
("Давай, Марк, протолкни".)
"НЕТ! (Боль.) НЕТ!"
("СильнееМаркчтотыкаквареныйсильнееондолженвладетьэтимканаломда проталкивайтывидишьемуБОЛЬНО!) Потерпималенькийпотерпи Воттакещеодноусилие нукаБрендантыжеунасумница. (ПочтиготоводачтостобойМаркпропихивайжетынажми) Нупопытайсямиленькийнуже. (Все, готово - ожерельеОТСОЕДИНЕНО".)
"ОЙ, НЕ БОЛЬНО!"
"Я же говорила, что все будет хорошо".
"НЕ БОЛЬНО!.."
"Да, родной, да. (Маркдержиподконтролемподкоркуагатеперьснимай ожерелье... Что ты ДЕЛАЕШЬ? Марк, что ты ДЕЛАЕШЬ? - НЕТ!! ОСТАНОВИСЬ, ОСТАНОВИСЬ, ДЬЯВОЛ! ВЫРОДОК! СТОЙ! СТОЙ! СТОЙ!.."
"Позволь мне закончить. Он в этом нуждается. И..."
(Экстаз радости.)
"...все уже готово. Это же так просто!"
"Ты... ты теперь отпустишь нас?"
"Бедная Элизабет, о чем ты говоришь. Конечно!"
Потом, после длительного молчания, он сказал:
- Я очень сожалею, что был вынужден использовать силу. Но для Брендана это была единственная возможность. Ему улыбнулась судьба. Он уже был готов, я чувствовал, что будет справедливо наградить его за все мучения. Я знал, что ты не совершишь самоубийственного поступка, твое бессознательное "я" провидело, что в этом нет никакой угрозы, как бы ни возмущалось твое сознательное "эго".
- Ты - настоящий дьявол...
- Я только мужчина, а ты не более чем женщина. - Он говорил ровно, словно отчитывая ее. - Для любого человека, в сущности, очень важно знать свое место. Это прекрасно понимал твой муж Лоуренс. Когда ты начинаешь задумываться над своими проблемами, стараешься не терять из виду это обстоятельство.
- Теперь неудивительно, что твои дети возненавидели тебя. И Галактическое Содружество...
Она не договорила. Марк отвернулся, подошел к окну, оттуда бросил:
- Кстати, ни ты, ни ребенок не понесли никакого ущерба, а он теперь оперант с большой буквы!..
Элизабет мысленно обежала нейронные цепи в голове ребенка, отвечающие за использование метаспособностей. Марк был прав. Этот безмятежно заснувший ребенок станет непревзойденным мастером. Кожа его приобрела естественный бело-розовый оттенок, румянец выступил на щечках, волдыри на шее затягивались на глазах сухой коркой. Сон был глубокий, спокойный, боль больше не мучила его.
Женщина тяжело опустилась в кресло, закрыла глаза, погрузилась в самосозерцание. Только шаги Марка, слабо отзывавшиеся в сознании, связывали ее с реальностью... Потом неожиданно в детской зазвучал его голос.
- Дети!.. Только и слышишь - дети, дети!.. Сколько лет ты и Лоуренс считали, что самое важное на свете - это ваша работа, а когда поняли ошибку, было уже поздно. Я никогда не хотел иметь детей в обычном смысле этого слова. Я ведь как считал - если биоинженерия доказала невозможность желательным образом влиять на личность ребенка, если случайность играет решающую роль в воспроизведении характера, способностей, темперамента, если я не в силах создать человека таких достоинств и способностей, какие я считаю самыми важными в жизни, - зачем мне тогда ребенок? Не в качестве же наследника! И какую собственность я ему передам? Зачем мне это? Собственность, движимость, недвижимость... Смешно! Моим ребенком должен был стать мой брат Джек - вероятно, так и излагается теперь, в послереволюционную эпоху история нашего восстания. Однако я очень сомневаюсь, чтобы вам было дано знать правду о всей нашей семейке. О Люке, Мари и этой простушке Мадлейн, о мертворожденных и змееподобных уродах, о Матье, который должен был убить меня еще во чреве матери. О, мы, Ремиларды, по правде говоря, мало походили на ангелов. Один святой - Джек - и шеренга грешников! Все мы, за исключением его лучезарного величества, были обременены плотью, жизненными проблемами, глубоко страдали от жутких химических реакций, свершающихся в наших душах, которые теперь принято называть "чюйствами". Мы, как и все прочее человечество, были обречены развиваться медленно, через бесконечную смену поколений, по чуть-чуть... И тут вдруг мне улыбнулась удача. Я вообразил, что нашел щель в этом ужасном круговороте мучительных страданий. Мне открылось, как разорвать - вернее, ускорить - эволюционный процесс. И что же, я должен был забыть о своем открытии, уйти в монастырь или, как Будда, стать учителем?.. Даже не попытаться спасти миллионы подобных себе?.. У меня в руках оказалось средство, способное сделать людей свободными, счастливыми и бессмертными. Они все были бы мои дети. Понимаешь - все!.. Одна мысль, что мое отцовство будет распространяться на миллиарды моих соплеменников, была самой ценной наградой для меня.