Страница 74 из 182
Он тихо и ласково засмеялся и очень осторожно включил свою ментальную силу. В то же мгновение Клу почувствовала, как ее на несколько сантиметров приподняло над землей - ноги уже не касались травы, - потом та же незримая рука медленно повернула ее лицом к рыцарю тану. Кугал встал на одно колено - так, что их глаза встретились, однако ни тени слабости, надрыва, слезных увещеваний Клу в его сознании не обнаружила. Он был, как всегда, полон достоинства, мысли его были благородны.
- Ты лукавишь, Клу Ремилард. Ты прячешь свои мысли! Зачем? Я знаю, ты любишь меня, очень любишь. Ты даже слез не могла скрыть на приеме, когда увидела меня в парадном зале. И ты согласилась прийти сюда!..
- Отпусти меня! - рассерженно сказала женщина. - Ты, неотесанный дикарь!.. - Она нарочито обидела его - как иначе она могла освободиться от унизительных мысленных тисков. Ее сила была куда слабее... Через несколько мгновений Кугал осторожно поставил ее на землю и радостно улыбнулся, глядя в ее разгневанное лицо.
- Ты говоришь неправду, - повторил он. - Признайся, ты же обманываешь меня?
Защитный экран дрогнул. Гнев как бы разорвал его.
- 'Возможно, ты мне и не безразличен... чуть-чуть. Но с тех пор, как сюда прибыли мои друзья, у меня хватило времени подумать. Рассматривая наши отношения в свете того, что должно произойти...
- Не надо их "рассматривать", и неужели ты имеешь в виду поспешное бегство в будущее?..
- Да, да, да! Мы костьми ляжем, но уйдем отсюда. Ты даже представить не можешь, как это важно для нас. Как мы мечтаем об этом!..
- Зачем так много слов. Вы хладнокровно уничтожили большую часть моего народа, когда решили, что мы стоим у вас на пути.
- Да! - воскликнула она, ее защитный экран истончился до предела. За призрачной теперь завесой ясно проглядывалось колкое, негаснущее чувство вины за содеянное. - Ты никогда не сможешь забыть о том, что произошло. Но это только часть проблемы...
- Я люблю тебя, невзирая ни на какие проблемы. Мы можем вместе отправиться в Галактическое Содружество.
Она как-то странно всхлипнула. В ее сознании вспыхнул какой-то образ - верзила с лицом Кугала в спортивных трусах и майке, с мячом в руках, - и Клу тут же пригасила картинку.
- Кто такой "баскетболист?" - с оскорбленным видом спросил Кугал.
Клу не выдержала и засмеялась, затем вытерла выступившие слезы и обняла его за шею, ведь он до сих пор стоял перед ней склонив колено.
- Я пошутила, - начала оправдываться Клу, - это глупая, жестокая шутка. Этот чертов Хаген... Он как-то прикинул, какое будущее ждет нас, если мы с тобой в обнимочку отправимся в Содружество. Ну, чем мы сможем там заняться?..
- Не представляю, - признался Кугал и обнял ее.
- Мы так несхожи! - сказала Клу и освободилась из его рук. Кугал на мгновение словно прозрел, и в том чувстве, которое она, без сомнения, испытывала к нему, в самой сердцевине ему померещилось что-то темное, угловатое, отрицающее его любовь... - Несмотря на его топорные шутки, добавила Клу, - Хаген прав в самом главном... Рано или поздно мы возненавидим друг друга... или еще хуже...
- В Афалии, - напомнил он, - физические различия не помешали нашей близости.
Она вновь отпрянула от него, отбежала и, опустив голову, направилась к замку. Засеменила, потом замерла, обернулась к Кугалу.
- В Афалии встретились два несчастных существа. Мы нуждались друг в друге, мы оба оказались битыми, оба были одиноки... Естественно, что между нами возникло влечение. Это было неизбежно. Но теперь все переменилось. Все кончено, Кугал! Я ухожу.
Он последовал за ней. Кугалу хватило нескольких гигантских шагов, чтобы догнать женщину, а ведь Клу изо всех сил помчалась к калитке, ведущей во дворцовые покои. Он остановился перед ней - серебристый лунный свет, пробившись сквозь листву, лежал на земле - и, словно сказочный лесной дух, обнял ее. Клу вздрогнула, вырвалась из объятий.
- Все, о чем ты говорила, это такие пустяки. Почему ты обижаешь меня, Клу? _П_о_ч_е_м_у_?
- Фиан, - с трудом выговорила она.
- Ты решила не возвращаться ко мне из-за моего погибшего брата-близнеца?
- Он был больше чем брат.
- Да, конечно, его сознание было частью моего... Но он же умер!
- Я не соглашусь занять его место, - сказала она. - Никогда и ни за что!..
Клу мысленным толчком на мгновенье помутила его сознание, когда же Кугал пришел в себя, рядом никого не было, только ее шаль осталась у него в руках.
Бал, устроенный королем в честь гостей из Северной Америки, по правде говоря, не удался. Молодые американцы немного потанцевали, чуть-чуть выпили, отведали по кусочку сладостей, потом образовали кружок с прибывшими специалистами, приглашенными на праздник, и устроили что-то вроде производственного совещания. В полночь, когда веселье должно было быть в самом разгаре, зал оказался почти пуст, и оркестр играл для собственного развлечения. Оставшиеся гости, в основном люди, о чем-то долго и нудно спорили.
- Черт вас возьми! - прошептал Эйкен и побрел в фойе...
Там постоял, поиграл бровями и вышел на улицу. Внизу у парадной лестницы Йош Ватанабе и Раймо Хаккинен садились в экипаж.
- Собираетесь в кабак? - поинтересовался король. - Езжайте, езжайте, что тут поделаешь... Кого заманишь такой скукой.
Вид у Эйкена был мрачный.
- Хотели людей посмотреть, себя показать, - словно оправдываясь, сказал Йош. - Но прежде мы рассчитываем осмотреть восстановительные работы. Я уже давно не был в городе, каменщики, возможно, уже закончили кладку. Незапланированная проверка не даст людям расслабиться. Кроме того, там есть такой кабачок, называется "Русалка"...
Эйкен помахал им рукой.
- Ну что ж, удачи, ребята.
Он уже совсем собрался уйти, как Раймо, словно его что-то толкнуло, окликнул короля:
- Эйк, поехали с нами. Забудь на одну ночь об этом чертовом титуле.
- Я же вам все удовольствие испорчу!
- Так ты скинь эти монаршие регалии, - предложил Раймо.
- Так, что ли? - спросил Эйкен, подчиняясь неосознанному порыву. Его роскошное королевское одеяние исчезло. Теперь на ступенях стоял невысокий парнишка в потертых шортах цвета хаки, ношеной футболке с отпечатанной надписью "Далриада, команда по гонкам виндсерфинг", на ногах сандалии на рифленой подошве с ремешками, продетыми сквозь пальцы ног. На голове у короля красовалось драное соломенное сомбреро, скрывающее его приметное лицо, на шее - серебряное ожерелье.