Страница 21 из 22
Спустя три часа, когда Робин пришёл ко мне, и я сообщила ему о своей грядущей выписке, он признался, что его самого выписали ещё несколько дней назад, но ради того, чтобы поддержать меня, он “лишнее” время пролежал в больнице, проплатив аренду своей палаты на несколько дополнительных дней. Услышав это, я окончательно перестала сомневаться в том, о чём хотела с ним заговорить. Заглянув другу в глаза и тем самым всецело сфокусировав его внимание на себе, я задала ему короткий вопрос:
– Твоё предложение пожить у тебя всё ещё в силе?
Ответ я знала ещё до того, как услышала его повторно. Всё в силе.
Зря Дариан заранее предупредил меня о том, что собирается забрать меня. Предупреждён – значит вооружён. А меня нельзя вооружать. Кому, как не Дариану Риордану, было знать об этом. Он знал. Его знание было так же очевидно, как и мои дальнейшие действия.
Дариан.
Дни, после случившейся у Таши истерики, я пребывал в неком трансе, из которого стал выходить только приняв факт того, что боль неизбежна. Нам просто придётся пережить эту трагедию и её последствия – иначе никак.
Сегодня, рассматривая Ташу, я пытался понять, что мне с ней делать дальше. Лучшее, что я мог ей предложить – это смена обстановки. Скажи я ей сейчас, что завтра утром мы перелитим океан, чтобы вечером оказаться в аэропорте Антананариву с целью провести пару недель на Мадагаскаре, и она взбунтовалась бы прежде, чем я успел бы произнести слово “аэропорт”. Поэтому для начала я решил предоставить ей возможность смириться хотя бы с тем фактом, что завтра из больницы заберу её именно я.
Глядя на Ташу, я продолжал себя убеждать в том, что нам просто необходимо время. Если эта девушка хотя бы одну секунду своей жизни любила меня – а я был уверен, что это чувство, пусть она о нём даже не подозревала, однажды жило в ней дольше одной секунды – значит она уже не сможет разлюбить меня никогда. Возможно, она отказывается это понимать, но факт остаётся фактом – такова её сложная натура. Я стал первым мужчиной, с которым она пережила это чувство, которое, к моему величайшему сожалению, она не успела со мной разделить. Пусть даже под тоннами пепла, но эта искра останется с ней навсегда. И она будет сильнее любого другого огня в её жизни. Что бы в ней не вспыхнуло, всё угаснет, но не эта искра. Я спрятал её слишком глубоко в ней, её не найдёт даже она, даже если очень сильно захочет… Таша обречена ходить с жгучим куском где-то в глубине своей грудной клетки. Её обрёк на это я, ко мне она и вернётся. Где бы ни была, хоть на другом конце Вселенной, Таша, сама того не подозревая, дошагает до меня своими ножками, чтобы я навечно заключил её в свои объятья.
Поэтому, стоя следующим утром у ресепшена и принимая факт её побега, я не только пытался понять, как она смогла проскользнуть мимо меня незамеченной, но и предвидел её возвращение. Однако я даже представить себе не мог, что, не словив её за руку сейчас, обрёк наши прожжённые насквозь души на долгие месяцы болезненного скитания по засыпанной пеплом равнине. Я даже не мог предполагать, что, разминувшись сейчас, мы продолжим причинять друг другу даже .бóльшую боль, чем ту, что причиняли, будучи вместе. Шок настигнет меня позже. И её тоже.
Можно ли было этого избежать?.. Возможно. Возможно мы просто слишком рано встретились, не в том месте и не в то время. И всё же нашим душам в этом мире изначально было предрешено слиться воедино. Всему своё время, а их время просто ещё не пришло. Поэтому теперь, преждевременно познав друг друга, им придётся биться в ужасных болевых конвульсиях, неистово дожидаясь неизбежного момента соития. Но это я осознал позже… Сейчас же я только начинал различать страшную картину нашего ближайшего будущего.
Глава 16.
Утро было пасмурное, из-за чего создавалось впечатление, будто рассвет не просто задерживается, а вовсе не собирается сегодня вступать в свои права. Уже в семь часов я была собрана и готова выйти из своей палаты в любой момент, но Робин, как изначально мы и условились, пришёл за мной ровно в семь пятнадцать.
Утром в больнице было тихо, хотя некоторые пациенты уже и начинали бродить по коридорам в поисках медсестёр или в попытках размять затёкшие мышцы. Мы с Робином быстрым шагом дошли до лифта – благо моя левая нога почти перестала меня беспокоить! – и только в пустующем лифте, ощутив своё участившееся сердцебиение, я вдруг осознала, что на самом деле я не просто выписываюсь из больницы – я совершаю самый настоящий побег, на полном серьёзе видя в лице Дариана Риордана своего личного надзирателя.
“Только бы у меня получилось!..” – мысленно умоляла невидимые силы я. – “Только бы получилось!..”
Я не знала, о чём именно молю. Но отчего-то не могла остановиться.
Из-за испортившейся погоды мне пришлось согласиться и взять у Робина его заранее приготовленные для меня бейсболку и куртку, которые явно были мне не по размеру, но я не роптала, наоборот чувствуя себя более защищенной в этом “камуфляже”.
…Увидев Дариана, я едва не выпустила душу из своего тела…
Он стоял у ресепшена первого этажа, спиной к нам: у меня в запасе было буквально несколько секунд, чтобы успеть среагировать, и я это сделала. Резко дёрнув Робина за рукав его ветровки, я затащила его за дверь справа от лифта, за которой пряталась лестница, ведущая на верхние этажи. По-видимому, сначала Роб хотел спросить у меня, что я делаю, но, бросив взгляд в окно в двери и увидев в нём подходящего к лифту Дариана, он всё понял и отвёл взгляд в сторону так, чтобы, если Дариан вдруг бросит свой взгляд в нашу сторону, он не смог бы рассмотреть его лица. Я же и вовсе вжалась спиной в стену и, на всякий случай, натянула козырёк бейсболки на лицо.
Я успела досчитать ровно до пятидесяти девяти, когда Робин дотронулся моего плеча чем буквально вывел меня из оцепенения. Ничего не сказав, он кивнул головой, призывая меня идти за ним. Поправив за плечами рюкзак, заполненный прожиточным минимумом моих вещей, я не сомневаясь отправилась вслед за своим провожатым.
Остановившись возле ресепшена, Робин попросил дежурящую на нём старушку вызвать медсестру Бетти Бенсон. Часы показывали двадцать пять минут восьмого, документы же о выписке мне должны были выдать на руки не раньше восьми, но Бетти была фанаткой футбола и в частности игры Робина, так что у него не возникло сложностей договориться с ней о преждевременном оформлении и выдачи мне на руки необходимых документов.
Бетти явилась на ресепшн лишь спустя целых три минуты после того, как её вызывала старушка. За эти три минуты Дариан уже мог обнаружить моё исчезновение.
С каждой секундой я всё сильнее переживала, отчего мои руки уже начали едва уловимо дрожать, и я стала регулярно оглядываться по сторонам, боясь в какой-то момент увидеть прямо позади себя громадную фигуру неодобряющего моего поведения Риордана.
Итак, Бетти пришла. Пока я подписывала справку о получении документов на руки, а Бетти делала селфи с Робином, моё сердце едва ли не разрывалось от паники.
– Всё! – резко стукнув по ресепшену шариковой ручкой, уверенно заявила я, отдав справку медсестре и резко взглянув на Робина. Понимающе кивнув мне, он направился к выходу, и я, едва ли не срываясь на бег, последовала за ним, на ходу пряча полученные документы в рюкзак. Прошло четыре минуты, Дариан определённо уже обнаружил моё исчезновение и даже уже мог спускаться вниз!.. От страха быть пойманной я едва ли сознавала, как именно очутилась на парковке.
– Они расскажут ему! – вдруг остановившись посреди дороги, воскликнула я, словно громом поражённая. – Бетти или та старуха с ресепшена расскажут ему, что видели меня с тобой! Он будет знать, где меня искать…
– Не расскажут, – уверенно произнёс Робин, вдруг взяв меня за руку и начав вести за собой. – Взамен на молчание вчера вечером я подарил этим двум особам по паре билетов на ближайший матч. Так что можешь считать, что никто никого не видел, – он остановился напротив чёрного BMW.