Страница 18 из 69
ГЛАВА XI
в которой наш герой находит более удобным отправиться вверх, а не вниз
На другой день было воскресенье, людей вызвали наверх, и так как погода была скверная, то вместо службы ограничились чтением статей военного устава, которое и было прослушано с достодолжным почтением. Джек, слыхавший от капитана, что этими статьями устанавливаются правила и порядок службы, одинаково обязательные для капитана, офицеров и матросов, слушал с величайшим вниманием. По окончании чтения он попросил экземпляр статей у писца, читавшего их, но так как на корабле имелось всего три экземпляра, то писец заартачился было, однако согласился уступить экземпляр за старую зубную щеточку, - и Джек принялся читать и перечитывать устав, пока не овладел им вполне.
"Теперь, - думал Джек, - я знаю, что я обязан делать и чего ожидать. Я буду носить эти статьи военного устава в кармане, пока останусь на службе, если, то есть, они выдержат до тех пор; если же нет, выменяю новый экземпляр за старую зубную щеточку: кажется, это их здешняя цена".
"Гарпия" простояла в Гибралтаре две недели, и Джек несколько раз был на берегу, причем мистер Аспер неизменно сопровождал его, чтобы оберегать от недоразумений, т.е. чтоб не давать ему тратить деньги на угощение кого-нибудь, кроме себя.
Однажды утром Джек спустился в каюту и нашел там Госсета, который всхлипывал.
- Что случилось, дорогой мой Госсет? - спросил Джек, который был так же вежлив с младшим мичманом, как и со всеми остальными.
- Вигорс отстегал меня веревкой.
- За что? - спросил Джек.
- За то, что, говорит, служба пошла к черту (точно я в этом виноват) и всякая субординация пропала, потому что на корабле имеются молодцы, которые думают, что если у них есть пятифунтовая бумажка в кармане, то им и черт не брат. Он сказал, что решился восстановить дисциплину, и сбил меня с ног, а когда я встал, взял линек и сказал, что сумеет объездить норовистую лошадь, - и что больше здесь не будет никаких Джеков Равенство.
- Так, - сказал Джек.
- А потом стегал меня целых полчаса, и больше ничего.
- Клянусь душою моего отца, это истинная правда, масса Изи! подхватил Мести. - Избил парнишку ни за что ни про что, зол, как черт надо бы ему еще порцию Джека Равенство.
- Он ее и получит, - отвечал наш герой. - Это против статьи военного устава: "всякие ссоры, драки и прочее". Вот что, Госсет, ведь вы не трус?
- Нет, - отвечал Госсет.
- Значит, вы сделаете то, что я вам скажу, и положитесь на мою защиту?
- Я на все готов, - отвечал мальчик, - если вы защитите меня от этого подлого тирана.
- Не меня ли вы разумеете? - воскликнул Вигорс, входя в каюту.
- Отвечайте: да, - сказал Джек.
- Да, вас! - крикнул Госсет.
- Меня, меня? Ну, голубчик, я должен заказать вам еще порцию этого, сказал Вигорс, доставая линек.
- Лучше не надо, мистер Вигорс, - сказал Джек.
- Пожалуйста, не суйтесь не в свое дело, - возразил Вигорс, не слишком довольный этим вмешательством. - Я не к вам обращаюсь и вас тоже попрошу не обращаться ко мне. Я, кажется, вправе быть знакомым, с кем хочу, и поверьте, не желаю знакомства с уравнителем.
- Сделайте одолжение, мистер Вигорс, - отвечал Джек, - разумеется, вы вправе поддерживать знакомство, с кем вам угодно. А я вправе дружить с кем хочу и заступаться за своих друзей. Этот мальчик мой друг, мистер Вигорс.
- В таком случае, - сказал Вигорс, нахальство которого не позволяло ему уступить даже с риском новой драки, - я возьму на себя смелость задать трепку вашему другу.
Он хотел было приступить к делу.
- А я возьму на себя смелость защитить моего друга, - отвечал Джек, и так как вы назвали меня уравнителем, попытаюсь оправдать это название.
С этими словами он нанес Вигорсу такой удар под ухом, что тот покатился на пол, почти оглушенный.
- А теперь, молодой человек, - сказал Джек, вырвав линек из руки Вигорса и протягивая его Госсету, - делайте, что я вам приказываю, извольте отстегать его хорошенько, или я отстегаю вас.
Госсет не дожидался повторения этой угрозы; удовольствие задать трепку своему врагу было достаточно сильным мотивом; а Джек приготовился помочь ему в случае сопротивления. Но Вигорс был так оглушен ударом в ухо, что почти не оказал сопротивления и выдержал трепку безропотно.
- Теперь будет, - сказал Джек, - и ничего не бойтесь, Госсет, если он вздумает обидеть вас в моем отсутствии, то я разделаюсь с ним. Пусть же меня недаром называют Джек Равенство.
Когда Джолиф, узнавший об этом происшествии, остался наедине с нашим героем, он сказал Джеку:
- Послушайте моего слова, голубчик, не затевайте вы драк за других, поверьте, и за себя придется повоевать достаточно.
В ответ на его слова Джек с полчаса обсуждал этот пункт, а затем они разошлись. Но мистер Джолиф был прав. Джек то и дело стал попадать в истории, так что капитан и старший лейтенант решили, наконец, придержать нашего героя.
На борте корвета Его Величества "Гарпия" был некто Истгоп, помощник судового комиссара, темная личность, с весьма сомнительным прошлым. Он начал свою карьеру попросту с мелкого жульничества, сидел в тюрьме, потом попал в баталеры на коммерческое судно и, запасшись кое-какими рекомендациями, предложил свои услуги "Гарпии", куда и был принят. Этот субъект одевался франтом, был боек на язык, развязен в обращении, и, тщательно скрывая свое прошлое, корчил из себя чуть ли не аристократа; не прочь был намекнуть при случае, что лишь несчастные обстоятельства довели его до такого скромного положения, отнюдь не соответствующего его происхождению, и проповедовал крайние консервативные воззрения, презрение к "черни" и т.п. Он несколько раз задирал Джека и таким тоном, что, в конце концов, получил пинка, от которого слетел в люк. Он пожаловался капитану, который велел позвать Изи.
- Мистер Изи, помощник комиссара обратился ко мне с жалобой на вас; он говорит, будто вы назвали его прохвостом и столкнули в люк.
- Да, сэр, это правда.
- Чем же вы мотивируете такой поступок?
- Он мне надоел. Я двадцать раз говорил ему, чтоб он ко мне не лез, но так как это не помогло, и не долее как четверть часа тому назад он заявил мне, что уравнителей и бунтовщиков нужно вешать, то я и применил более решительные средства.