Черный Принц

Лорд Мальсибер оказался седым стариком. На вид ему можно было дать лет семьдесят, если не больше, хотя, если мне не изменяла память, ему едва ли сравнялось шестьдесят. Вначале я даже подумал, что ошибся и передо мной ни отец, а дед моего однокашника. Но когда он поднял голову, я понял, что, несмотря на довольно хилый вид, этот человек еще довольно молод. Странно, что при таком плачевном состоянии здоровья он продолжал так цепляться за власть. Хотя, возможно, это единственное, что держало его в этой жизни, кто знает? Лорд сидел за столом, заваленным свитками, и что-то писал. Увидев меня, он радушно поднялся навстречу и протянул руку. И я не мог не заметить кольцо с темным камнем, тускло блеснувшее на его пальце. С трудом сдержав волнение, я учтиво поздоровался.

— Рад с вами познакомится, мистер Снейп. Мой сын много о вас рассказывал. Присаживайтесь, — он указал мне на кресла у камина, дождался, когда я усядусь, и сам устроился в соседнем.

— Спасибо за теплый прием, лорд Мальсибер. Я никак не рассчитывал, что вы так скоро откликнетесь на мою просьбу. Вы ведь такой занятой человек, и мне, право, неловко отрывать вас от неотложных дел.

— Пустяки, мой юный друг, пустяки. Не часто приходится принимать таких достойных людей. В наше тяжелое время, — он вздохнул и пронзил меня пытливым взглядом, посмотрев прямо в глаза. Не знаю, что он хотел узнать таким образом, возможно, считал, что у меня на лбу все помыслы записаны, но сам невольно открылся. Глупо было не воспользоваться такой возможностью. Хотя и не совсем этично. Что ж: одним грехом больше, одним меньше.

При первой же попытке проникновения в разум меня ждал сюрприз. И довольно неприятный. Ментальные щиты. И явно искусственного происхождения. То есть их ставил вовсе не лорд Мальсибер, а кто-то извне. Хотя, почему “кто-то”? Почерк Волдеморта я смог узнать безошибочно. Я уже собирался оставить попытку, пока хозяин не почувствовал моего наглого вторжения, как заметил маленькую лазейку. Совсем тонкая брешь в непроницаемом монолите вселяла определенную надежду. Но стоило дождаться более удобного случая. В таких вещах спешить было никак нельзя. Весь мой маневр не длился и двадцати секунд, так что, как я и предполагал, лорд Роджер ничего не заметил.

Изобразив на лице заискивающую улыбку, я обратился к гостеприимному хозяину с заранее приготовленной просьбой посодействовать с разрешением на перемещение во Францию. Я очень хотел посетить эту страну, но, в силу своего шаткого положения, был лишен такой невинной радости. Моя благодарность в случае успеха была бы практически безграничной. Произнося эту пламенную речь, я как бы невзначай легонько барабанил пальцами по столу, демонстрируя перстни, унизывавшие мои пальцы. Судя по тому, как алчно сверкнули глаза лорда Мальсибера, несколько оживляя его изможденное лицо, — это произвело должное впечатление. Он снисходительно пообещал мне похлопотать по возможности и сообщить о результатах своих действий в ближайшее время. С тем я и откланялся.

Время, которое мне пришлось ждать ответ, я потратил с максимальной пользой. В кошель с сотней золотых геллеонов я аккуратно поместил заговоренную монету. Этот артефакт был довольно прост в обращении и способен легко затуманить голову тому, кому был предназначен. Не стоило слишком рисковать и обездвиживать хозяина дома при помощи волшебной палочки, кто знает, какие сюрпризы могли скрываться в охранной системе мэнора бывшего Пожирателя Смерти. Гораздо надежнее мягко затуманить голову на некоторое время таким незамысловатым подручным средством. А мне, по самым строгим расчетам, было достаточно часа времени, чтобы проникнуть в разум лорда Мальсибера и узнать, ради чего Волдеморт так тщательно укрыл его своими личными щитами. Наш Повелитель никогда не был столь щедр в том, что касалось его личной магии. И предпочитал убить нежелательного свидетеля или, на худой конец, стереть ему память полностью, а уж никак ни возиться с ним таким образом. На это должна была быть очень весомая причина. У меня уже были определенные догадки, но узнать наверняка можно было только после встречи с Мальсибером. Мне оставалось только ждать известий.

Отец был явно обижен моей скрытностью и демонстративно избегал встреч. Мы виделись только за приемом пищи, и он предпочитал хранить молчание, ограничиваясь лишь замечаниями насчет погоды. Что ж, это не могло меня не беспокоить, но примирение с ним разумнее было оставить на потом. Я очень надеялся, что смогу вымолить его прощение после того, как закончу возню с Мальсибером. Хотя отменная головомойка была мне обеспечена.

Спустя три дня филин принес мне долгожданный ответ. Лорд Мальсибер кратко извещал: моя просьба была полностью удовлетворена, и он ждет меня, чтобы передать портал до Парижа лично. Иными словами — чтобы получить ожидаемую плату.

В назначенный час я аппарировал к уже знакомому особняку.

— Здравствуйте, мистер Снейп! Спешу вас поздравить — Министерство полностью удовлетворило вашу просьбу, — улыбаясь, как Санта Клаус с мешком подарков, проговорил гостеприимно хозяин, едва я переступил порог его кабинета. Он сидел за письменным столом и лишь слегка приподнялся мне навстречу.

— Здравствуйте, сэр. Не знаю, как вас благодарить! Вот уж никак не рассчитывал, что вам так быстро удастся решить мою проблему.

Я подошел прямо к его столу, на этот раз совершенно пустому, если не считать потрепанной книги, лежащей перед хозяином. И, со всей деликатностью, положил перед лордом туго набитый кошель.

— Надеюсь, эта скромная плата хоть немного компенсирует затраченные вами усилия, сэр, — улыбаясь как идиот, проронил я и подвинул взятку поближе к лорду Роджеру. — Я очень хочу, чтобы наше знакомство не прерывалось и в дальнейшем. Нечасто можно встретить человека, столь верного своему слову.

— О, разумеется, мистер Снейп. Всегда рад буду вам помочь по мере сил, — он протянул руку и подвинул к себе вожделенный мешочек. Но едва его рука коснулась шнурка, как из узкого отверстия выскользнула золотая монета и покатилась по столу, описывая затейливые восьмерки. Лорд Мальсибер завороженно следил за этим волшебным танцем, не в силах оторвать взгляд. Мое время пришло.

Наклонившись через стол, я поднял его голову, придерживая за подбородок. Его глаза были полностью расфокусированы, артефакт уже сделал свое дело. Медленно, очень медленно я стал проникать в его разум сквозь расширенные зрачки. Щиты были на месте, да и куда им было деться? Но брешь все-таки была, еле заметная, но вполне доступная, я не ошибся в прошлый раз. Сквозь нее я вполне безболезненно преодолел все преграды и погрузился в водоворот воспоминаний лорда Мальсибера. То, что я искал, оказалось на самой поверхности. Совсем небольшой эпизод из жизни, не дававший, по-видимому, ему покоя ни днем, ни ночью.

Вынырнув в воспоминании, я оказался в том самом кабинете, где и встречался с хозяином особняка. Он привычно сидел за столом, вот только вид имел в корне отличный от того, что был у него сегодня. Это был пышущий здоровьем мужчина лет сорока. В его каштановых волосах не было и намека на седину, и, казалось, что он вполне может гнуть подковы, если это ему взбредет в голову. Сначала я подумал, что меня отнесло в довольно отдаленные воспоминания, но появление в комнате нового действующего лица положило конец моим сомнениям. Из камина вышел Темный Лорд собственной персоной и без приглашения уселся в кресло у самого стола. Хозяин кабинета, похоже, просто потерял дар речи от изумления. Он буквально застыл как изваяние, не сводя глаз с незваного гостя.

— Ну, здравствуй, Родди. Давненько не виделись, — издевательски растягивая слова, произнес Волдеморт и усмехнулся. — Ты, я вижу, не рад встретить старого друга.

— Том?! То есть я хотел сказать, милорд! Я никак не ожидал вас увидеть! — вскакивая с места и роняя при этом стул, выпалил лорд Роджер. — Как я рад приветствовать вас в своем доме!

Он подскочил к креслу и преклонил колено.

— К чему все эти формальности при встрече старых друзей?! Вставай, старина. Я пришел с частным визитом. Так что вполне можешь называть меня Томом, как когда-то в детстве. Хотя мой тебе совет: лучше воздержись от этого. От имени “Том”у меня портится настроение. — проговорил Волдеморт, протягивая лорду Роджеру руку. Тот поднялся и, повинуясь немому приказу, устроился в кресле напротив. Повисла пауза, за время которой Лорд явно наслаждался паническим ужасом, который можно было прочесть на лице у хозяина дома. Наконец он сжалился и проговорил сладким как патока голосом, от которого даже у меня побежали мурашки по спине.