Страница 37 из 98
— Где же оно?
Небольшой пузырек прозрачного стекла оказался, как того и следовало ожидать, на самом дне сумки. Отыскав его среди остальных вещей, Рейджен на миг задумался, а затем решительно откупорил. Запах бальзама, изготовленного придворным магом-лекарем графа ШиДорвана, ударил в нос. Аромат был сильным и необычным, резким, но не неприятным. Чувствовались знакомые нотки, но опознать, чего там было намешано, Рейджен не мог. Он хмурился, принюхался еще раз. Шесс Лиам был гениальным магом-целителем. Он создавал поистине чудодейственные лекарства, причем используя не только свой магический дар, но и природные компоненты. Особого его внимания всегда удостаивались травы из-за границы с Разломом. Лиам был просто помешан на всем, что можно было достать только по ту сторону.
Рейджен вздохнул. Испытывать на Анне свойства неизвестного бальзама было страшно. Как все экспериментаторы, шесс Лиам часто увлекался, и порой сложно было предположить, какие побочные эффекты окажутся у созданного им лекарства. Прецеденты случались не единожды.
Мужчина осторожно опустил палец в баночку и зачерпнул немного мутно-белой с редкими вкраплениями серебристого порошка, субстанции. Придирчиво рассмотрел все это, затем перевел взгляд на собственные руки. Костяшки были сбиты, но кровь не сочилась, да и ранки, благодаря перстню-амулету уже подживали. С тяжелым вздохом, Рейджен принялся втирать бальзам в собственные руки.
Ощущение было странное. Полупрозрачная мутная субстанция, словно смешанная с лунной пыльцой, легко впитывалась, не оставляя на коже никаких следов. Но по руке побежал холодок, словно сотни мельчайших ледяных иголочек разом закололи кожу. Неприятно не было. Скорее наоборот. Кивнув собственным мыслям и подхватив вытряхнутую вместе с остальными вещами флягу, Рейджен заторопился обратно, в спальню, где оставил измученную девушку, радуясь тому, что уезжая из Пограничья, не забыл про архис.
Особый напиток, который делают только там. На поверку, архис, является обычным самогоном, настоянным на двадцати семи травах, собранных по всем правилам, в определенное время, период и так далее. Рецепт изготовления этого напитка приравнивается едва ли не к государственной тайне и ревностно хранится. А в свою флягу Рейджен еще добавляет одну, двадцать восьмую, травку. Очень редкую, бесценную.
Ирианис растет только у самой кромки Разлома и достать ее практически невозможно еще и потому, что сама по себе эта трава совершенно ничего собой не представляет. Тонкие блеклые стебельки с мелкими ворсинками, невзрачные, хрупкие и совершенно бесполезные весь год, кроме одной лишь ночи. В особую ночь, за час до заката, тонкие стебельки начинают выпускать маленькие белые цветочки, источающие такой сильный, пьянящий аромат, что в пору сойти с ума и, надышавшись, остаться навечно у Великого Разлома. И вот в эту-то ночь ничем не примечательное ранее растение, приобретает особые магические свойства, которые пропадают вместе с цветками за час до рассвета.
И если успеть собрать их в эту ночь, а затем выбраться и пересечь границу, то приобретешь поистине бесценное сокровище. Шесс Лиам душу готов продать за один лишь цветок ирианиса. Потому что, травка эта обладает уникальными свойствами. Если добавить пару капель вытяжки в утренний чай — приобретешь бодрость и хорошее настроение, в стакан с вечерним напитком — будешь спать до самого рассвета, и видеть сладкие, наполненные яркими красками сны, а проснешься свежим и отдохнувшим. Один глоток останавливает кровотечение и дает силы продолжать путь. Поистине волшебная травка, равной которой нет ни в одном из многочисленных миров, которым покровительствует Шиная.
Оставшись одна, Анна плакала. Она никак не могла унять слезы. Ей казалось, что вот сейчас распахнется дверь и на пороге окажется мерзкий виконт, а потом все начнется сначала. Ее будут бить, и мучить самым зверским образом, после которого уже произошедшее покажется нежнейшей лаской.
А еще было холодно, несмотря на то, шесс Рейджен укрыл ее пледом, перед тем как оставить. И зачем вообще он ушел? Почему бросил одну, совершенно беспомощную, когда был так нужен?
Анна приблизила к глазам руку, на которой поблескивал массивный перстень с ярко-алым камнем. Магический амулет — так сказал шесс Рейджен. Он и еще что-то говорил, про это колечко, но Анна не слушала, пытаясь удержать его подле себя.
Странно, наверное, но сейчас, девушка совершенно не вспоминала о том, что еще не так давно считала Рейджена Лорне едва ли не самым ужасным человеком во всем мире и призывала на его голову самые страшные кары богини. Теперь же, она была готова почти на все, только бы он вернулся и не бросал ее одну.
Когда скрипнула дверь и на пороге комнаты появилась высокая мужская фигура, Анна уже так себя накрутила, что с отчаянным хрипом попыталась вскочить с кровати, запуталась в одеяле и собственных конечностях и, не удержав равновесия, упала на пострадавшую спину. От боли перед глазами все потемнело, в ушах зашумело и спасительное беспамятство, о котором она мечтала еще совсем недавно, наконец-то настигло свою жертву.
Рейджен вздохнул. Переступил порог и запер за собой дверь. Анна была без сознания и, наверное, так было лучше. Он понимал, что девушка пережила тяжелое испытание, что она напугана и раздавлена, ей больно и страшно. Он все это понимал. Но также понимал, что вряд ли сможет спокойно вынести ее состояние и не наделать глупостей.
До сих пор Рейджен Лорне имел дело с женской истерикой только один раз — когда его младшая сестра Луиза вознамерилась отправиться на границу и стать наемником и борцом с тварями. Ей тогда было всего шестнадцать и малолетнюю поганку удалось изловить на подступах к форту Ишар. Вправлять ей мозги пришлось именно ему, потому что оба старших брата самоустранились от этого нелегкого дела. В тот раз, Рейджену казалось, что хуже быть уже не может.
Как же он ошибался.
Пользуясь тем, что Анна все еще находилась без сознания, Рейджен разослал постель и аккуратно переместил девушку. Укрывать ее одеялом пока не торопился. Нужно было обработать раны на спине и руках. Да и с синяком на лице стоило что-то сделать.
Анна медленно приходила в себя. Она то выплывала из вязкого марева забытья, то снова теряла связь с реальностью. В голове проносились редкие обрывки мыслей, воспоминания, наполненные болью и страхом.
Кто-то прикасался к ней. Осторожно дотрагивался до спины, словно лаская, проводил чем-то холодным по разгоряченной коже. Первая мысль, пришедшая ей на ум, была о виконте ШиАрхаре. Она вспомнила, как мерзавец водил по ее коже рукояткой стека, а потом…
— Нет! — хриплое карканье вырвалось из пересохшего горла. Девушка дернулась и застонала от боли, пронзившей все тело. Но это ее не остановило. Пытаясь вырваться из цепких рук насильника, Анна забилась, словно птица в силках. — Нет!!! Отпустите!! Нет!!!
Слезы хлынули из глаз. Анна рвалась и рвалась, барахталась, пытаясь освободиться.
— Прекрати! — резкий окрик раздался над самым ухом, а потом ее с силой прижали к кровати, надавив между лопаток. — Успокойся! Ну же, все уже закончилось. Все хорошо. Позволь мне…
— Нет! Нет! Нет! — она мотала головой с такой силой, что казалось, та отвалится, извивалась, словно змея, пытаясь освободиться.
— Анна, ну что же ты, маленькая. Ну, это я. Все уже закончилось, — Рейджен удерживал девушку, прижав ее к простыне. Он боялся надавить сильнее, чтобы еще больше не навредить ей. И в то же время понимал, что она сама делает себе только хуже, когда рвется из последних сил, испытывая неимоверную боль от каждого движения.
— Шесс Рейджен? — до помутненного болью и страхом сознания девушки наконец-то дошло, что это не виконт решил продолжить свое грязное дело. Она с опаской повернула зареванное лицо и попыталась посмотреть через плечо.
— Это я. Все хорошо, — в очередной раз повторил Рейджен, опускаясь на корточки перед кроватью. — Ну, что же ты, — он осторожно протянул руку и попытался стереть слезы, что градом катились по щекам. — Это я.