Страница 13 из 25
У «страшного» дома я постояла с минуту, усыпляя всех его обитателей, включая намеченную жертву. Первый этаж, квартира слева... и спи сладко, дорогая. Когда десять лет гоняешься за одним человеком, он становится... почти другом. Я допила кофе, выбросила в урну пластиковый стакан и толкнула подъездную дверь. Спи... и встань. Открой дверь, впусти меня... И ничего не трогай, только лишние амулеты сними, будь добра, и оденься, хоть в сорочку... И свет включи.
За дверью что-то звякнуло, щелкнул шпингалет, и я приглашенным гостем вошла в квартиру. Чисто, уютно и знакомо пахнет зельями. Одна комната с разобранным диваном, старым сервантом и открытым настежь окном. Я внимательно посмотрела на замороченную ведьму, соляным столбом стоявшую в коридоре. Поговорим?..
Повинуясь моему жесту, спящая ведьма лунатиком прошла в комнату и села на диван. Лет – давно за сотню, а выглядит едва ли на тридцать. Короткие чёрные кудри, узкое восточное лицо с тонкими чертами, а глаза голубые, славянские. И любовь к собственной внешности всегда её подводила – она пренебрегала мороками, не находя себе идеального и достойного.
Я пододвинула стул, села и сжала кулак, ощущая в ладони спокойную пульсацию сердца. Пока – спокойную.
– Доброй ночи, Любовь Каземировна, – поздоровалась вежливо.
Ведьма открыла глаза и замерла. Взор стал мутным – и обреченным. Да, удираешь, ускользаешь, веришь, что избежишь наказания, живешь этой верой, а потом приходит ночь и... я. И вера – вдребезги. И бежать некуда, и пальцем не шевельнуть...
– Давайте сразу расставим точки над «ё», – предложила я миролюбиво. – Убивать вас нельзя – начальник живой хочет, а пытать... Зачем пытки? Два умных человека всегда смогут найти общий язык и договориться. Разве что...
Она дернулась, резко запрокинула голову и захрипела, когда я вырвала ей разом два зуба. С обезболивающим, конечно. И с пломбами-ядом.
– Исключим глупости, – я улыбнулась, – не то моё начальство рассердится.
– Всё равно... не могу, – Химера с трудом ворочала распухшим языком, глядя из-под растрепавшихся кудрей. – Не скажу... не могу, знаешь... же.
Я задумчиво посмотрела на висящие в воздухе зубы, подманила один к себе и принюхалась. Кровь пахла очень знакомо.
– Вы уже отравлены, Любовь Каземировна. Жить хотите? Тогда ломайте барьер молчания. Вы – Верховная, он вам по силам, не прибедняйтесь. Не Ехидне же обещали молчать, а друг другу поклялись – уцелевшим. Всего лишь. Но не забывайте, – я пошевелила пальцами, – ваше сердце – в моих руках.
– Лжешь... – она дёрнулась, сморщилась.
– Непроходящая усталость, нехватка сил для вызова бесов, потеря концентрации и себя в пространстве, полное отсутствие сопротивляемости моему воздействию, – я перечислила признаки и пожала плечами: – Я удивительно легко вас, дважды ускользающую, скрутила, верно? «Гадюка», если не ошибаюсь. Прозрачный и безвкусный яд с отсроченным действием.
Ведьма шумно выдохнула, задержала дыхание и заискрила. Я не сводила с неё глаз и считала про себя. Раз, два... Она вспыхнула тёмным пламенем и обмякла, но я быстро вернула ее в чувство.
– Мне нечего сказать тебе, палач, – Химера устало съежилась, враз постарев лет на двадцать. В чёрных волосах сверкнула седина. – Я не знаю, кто приедет следующим и кто уже в городе. И не знаю, у кого защитники, – глянула с кривой усмешкой. – Мы и прежде друг другу не доверяли, а когда одна известная ведьма при поддержке наставницы-палача упрямо пошла по следу...
– За что вас слили? – я проигнорировала провокацию.
– Не хотела, – она пожала плечами. – Устала. Всю жизнь загнанным зверем... Обещанные знания того не стоят. Я давно поняла, что не доживу до них. После первой же встречи с тобой поняла. Но у нас отпускают только на тот свет. Мне нечего тебе сказать.
Пульс подскочил на десять ударов.
– Неправда, – я прищурилась. – Точное число группы?
– Восемнадцать, – ответила сквозь зубы. – Теперь – восемнадцать. Ещё одного, вроде меня, вчера скормили наблюдателям.
А начальник не сказал, зараза...
– Имена. И прозвища.
Ведьма послушно перечислила.
– Главный кто?
– Сфинкс.
– Когда появится следующий? – я смотрела на неё в упор, шевеля пальцами и считая пульс. – Когда?
– Уже здесь, – выдохнула ведьма обреченно. – Должен был приехать этим вечером.
– «Должен был»... – кивнула я задумчиво. – Стало быть, мужчина, – и резко сжала трепещущее сердце: – Кто?
– Я слышала... вроде Циклоп, – выдавила она через силу и постарела ещё лет на десять, красивое молодое лицо прорезала сеть глубоких морщин.