Подъем

- Ну как? - ее глаза горят, а щеки немного пылают от выпитого вина. Руслан увеличивает громкость магнитолы, чтобы мы без смущения могли обсудить события вечера, и я благодарно киваю ему, откидываясь на заднем сидении.

- Своеобразно…

- Своеобразно? Это хорошо или плохо?

- Ну, они сумели меня удивить. Не думал, что когда-то мне доведется играть в Крокодила.

- Мы нечасто это делаем… Но ты был неподражаем, - целует мою щеку и, обвив талию руками, укладывается щекой на мою грудь. - Сереж?

- Что?

- Спасибо тебе, - говорит еле слышно, и я знаю, что она имеет в виду вовсе не посиделки с ее друзьями, а что-то более масштабное, что мы оба ощущаем, но не торопимся дать название уже запущенным процессам. Я ничего не отвечаю, лишь запускаю ладонь в ее волосы, наслаждаясь запахом прядей, и замираю, постигнув истину - никогда прежде я не испытывал такого лютого желания о ком-то заботиться, к кому-то торопиться и кому-то принадлежать.

***

Маша

- Запрыгивай, - командую я и устраиваюсь на водительском сидении. - Есть что-то, о чем бы ты хотел рассказать?

Семен мотает головой, растерянно улыбаясь, и начинает почесывать за ухом своего заметно подросшего пса.

- Уверен? - не могу не улыбнуться, и разворачиваюсь вполоборота.

- Бабушка сдала? - все же решает не оттягивать сын, раздосадовано бросая взгляд в сторону подъезда.

- Что за сленг?

- Так им будет веселее…

- Конечно, впрочем, как и нам, - выезжая со двора, отзываюсь спокойно.

- То есть?

- У кошки, которую ты подобрал, блохи, Семен. И наверняка глисты. Так что сегодня у нашего Дюка будет очень насыщенный день. Сейчас мы отправимся к ветеринару, а после хорошенько вымоем бедолагу для профилактики.

- Правда?

- Честнее некуда. Как хоть ее назвали?

- Симка.

- В честь фиксика, что ли?

- Нет, - закатив глаза, улыбается мальчишка, расслабляясь и расстегивая куртку. - В честь тетеньки из любимого бабушкиного сериала.

- Серафима, значит, - удивляюсь маминой находчивости, радуясь, что этот фильм не выпустили на экраны раньше, иначе я вполне могла лишить облезлую уличную кошку ее нового имени, опередив по всем фронтам.

- Чем ты занималась?

- Спала, работала, ходила в гости к тете Ире, - немного привираю, пока не желая знакомить ребенка с той стороной своей жизни, где мою постель согревает незнакомый ему мужчина.

- А я созванивался с Алисой. Мы с ней вчера пятнадцать минут разговаривали, - заявляет, гордо вздернув подбородок, словно он уже успел покорить девичье сердце.

- И как? У вас там все серьезно? - стараюсь не улыбаться, чтобы не отбить у него охоту делится со мной своим первым любовным увлечением.

- Ну мама! - все же Семену не повезло и он унаследовал-таки мою совершенно не нужную способность заливаться краской.

- Что? Я же должна быть в курсе!

- Думаю, я ей тоже нравлюсь. Жаль, что она живет в Москве. Мы могли бы ходить гулять… Блин!

- Эй, - возмущенно поворачиваюсь к нему, всем своим видом показывая, что не потерплю ругательств, но сын лишь округляет глаза:

- Кажется Дюк помочился на сидение…

- Черт! - я ударяю ладонью по рулю и съезжаю с дороги, словив в зеркале усмехающийся взгляд сына. - Что? Мне можно.

- Потому что ты взрослая?

- Потому что теперь мне оттирать обивку!

Семка крутиться рядом с сугробом, пока нашкодившая собака нарезает вокруг него круги, обвивая поводком его зимние сапожки. Отыскав в багажнике небольшой пакет с измявшейся ветошью, я старательно устраняю последствия собачьего недержания, когда меня застает врасплох хорошо знакомый голос.

- Это попахивает преследованием, - смеется Титов, любуясь открывшейся ему картиной. - Могла бы просто позвонить, а не караулить меня у офиса.

- Вот еще! - выбравшись из салона, помахиваю зажатой двумя пальцами тряпкой. - Все дело в нашей собаке и ее неспособности выбирать более приемлемые места для своих испражнений.

- Гадость, - без зазрения совести он отбрасывает в сторону отобранную майку, уже выцветшую и совершенно не пригодную для носки, после чего берет горсть снега с земли и старательно потирает ладони. - Не хочешь выпить кофе, раз уж твой пес устроил нам внезапную встречу.

- Кажется, я уже пила с тобой чай пару часов назад, - забывшись, тяну его за карман куртки, резко одергивая себя, едва замечаю выглядывающего из-за его спины Семена, внимательно следящего за происходящим.

- Мам? - он удивленно впивается своими глазами в Титова, пряча подбородок под воротом своей курточки, а я стараюсь придумать, что же ему сказать. “Сема, познакомься с моим любовником," -  будет явным перебором для его детской психики. Интересно, как Андрей представлял ребенку свою пассию, и сковывало ли его чувство неловкости от щепетильности сложившейся ситуации.

- Привет, - первым находиться Сергей, протягивая ему руку, словно перед ним взрослый мужик, а не изумленный третьеклассник.

- Здравствуйте, - сняв свою перчатку, отвечает на приветствие Семка, заметно смутившись.

- Это Сергей, - решаюсь все же вставить слово, и повожу плечами, желая сбросить оцепенение. - Мой хороший друг.

Дюк начинает суетиться, обнюхивая Титова в надежде лизнуть его, словно он манящая сахарная косточка, и мужчина присаживается на корточки, чтобы потрепать его холку.

- Ретривер? - заручившись кивком Семкиной головы, он тепло улыбается, отворачиваясь от шершавого языка четвероногого. - У меня в детстве был пудель.

- Да ладно? Это же девчачья собака, - немного расслабляется Семен, старательно сдерживая развеселившееся животное.

- Ну, это большое человеческое заблуждение. Они очень умные и прекрасные охотники