Страница 150 из 250
В ответ ему улыбнулся усохший призрак. Ричиус застыл в дверях, потрясенный ее видом. Она молча сидела на его постели, сжав на коленях хрупкие руки. Кто-то мог бы счесть ее неузнаваемой, но он узнал ее мгновенно. Ее имя сорвалось с его губ отрывистым рыданием.
- Дьяна!
Он шагнул к ней, и ее улыбка приветствовала его безмолвным теплом. Но это была не та Дьяна, которую он потерял в Экл-Нае. Ее глаза стали менее блестящими, белые волосы - менее пышными. Ее изящные руки едва заметно дрожали, а кожа была слишком бледной, даже для трийки. Казалось, ей трудно сидеть прямо. Но, как это ни поразительно, она не стала менее прекрасной.
Ричиус медленно подошел к ней и опустился к ее ногам. Переполнявшие его чувства комом стояли в горле, лишив дара речи. Она протянула ему руки, он взял их и дважды поцеловал, а потом положил голову ей на колени.
Долгие мгновения Дьяна молча гладила его по голове. Ее ласковое прикосновение успокаивало. Но слова по-прежнему не приходили к нему. Глубочайшее потрясение вынудило его съежиться, словно испуганного ребенка. Он не мог выпрямиться и посмотреть ей в лицо. Ему вдруг вспомнилось, как он боялся, что она погибла, и не смел выразить словами свои страхи, даже наедине с собой. А теперь она была рядом, снова прикасалась к нему, и он вдыхал нежный и пьянящий аромат ее рук и колен, чувствуя свое бессилие перед ним.
- Дьяна, - простонал он, - прости меня!
- Молчи, - нежно сказала она.
И он снова замолчал. Ее голос был таким же напевным, как в его снах. Он медленно поднял голову и заглянул в ее серые глаза. Невидимое бремя ощущалось в чертах ее лица, в складках, которые пролегли вокруг рта. Она казалась бледной, болезненной. Волосы падали ей на лоб безжизненными прядями, пальцы неуверенно дрожали. Он поднял руку и прикоснулся к ее щеке. Она оказалась горячей. Дьяна отпрянула от его прикосновения, словно оно обожгло ее.
- Что с тобой случилось? - прошептал Ричиус. - Что он с тобой сделал?
Дьяна безнадежно улыбнулась.
- Он не настолько плох, - уклончиво ответила она.
Ричиус снова взял ее руку и осторожно сжал, чтобы не причинить боль. Дрожь ее пальцев передалась ему.
- Ты больна. Я это вижу. Что случилось?
- Я просто очень слаба, - тихо призналась она. - Больше ничего страшного нет. - Она снова улыбнулась и откинулась на изголовье. - Я рада вновь тебя видеть.
- Да. Я тоже. Но как ты сюда попала? Тарн знает, что ты здесь?
- Он не следит за мной так пристально. Он думает, я отдыхаю.
- Что тебе, несомненно, и следовало бы делать, - сказал Ричиус. Давай-ка ложись.
Он взял ее крошечные ножки, обутые в мягкие тапки, легко поднял их и уложил на матрас. Дьяна не сопротивлялась: она явно была рада лечь и сразу же расслабилась.
- Так лучше? - спросил он.
Дьяна закрыла глаза.
- Лучше.
Ричиус закрыл дверь своей комнатки, а потом снял со стула поднос с недоеденным завтраком и сел у кровати. Он пристально вглядывался в Дьяну, встревоженный ее нескрываемым изнеможением. Но он не заметил ни шрамов, ни ссадин - только следы усталости и недосыпания. Ее дыхание было ровным, и он слушал его с наслаждением. Лицо она не закрыла вуалью, хотя остальной ее наряд был типично трийским.
- Что случится, если он узнает, что ты ушла?
- Он на меня рассердится, - равнодушно ответила Дьяна. - Он беспокоится за меня.
- Почему? Что с тобой?
Дьяна открыла глаза и посмотрела на него.
- Я все тебе скажу. Но сначала хочу узнать, как ты. Твой друг Люсилер сказал мне, что ты приедешь. - Она посмотрела на его руку и улыбнулась. Он вернул тебе твой перстень.
- Да, вернул. - Ричиус протянул руку так, чтобы она могла полюбоваться перстнем. - И он передал мне твои слова. Тебе не следовало меня благодарить, Дьяна. Я тебя подвел. Я обещал защищать тебя и все же не уберег тебя от пленения.
- Я знала, что ты вернешься, - печально молвила она. - Я знала: ты решишь, что подвел меня, и вернешься за мной. Но выслушай меня. Ты меня не подвел. Я знаю, ты сделал все, что мог. Я видела тебя на мосту, когда меня уносило. Я видела...
Она замолчала и отвернулась. На ее лице отразилась горечь.
- Теперь я здесь, Дьяна, - сказал Ричиус. - И я намерен сдержать свое обещание: я заберу тебя у него.
Она отчаянно замотала головой.
- Нет, нет, это невозможно.
- Возможно. Я уже говорил с ним об этом. Он знает, что ты единственная причина, по которой я сюда приехал. Я уверен, он прислушается ко мне. А если не захочет, мы все равно уедем.
Дьяна тяжко вздохнула.
- Я не знаю, почему ты здесь, Ричиус. Тарн почти ничего мне не рассказывает. Что происходит?
- Ты ничего не знаешь? И Люсилер тебе не сказал?
- Нет. Я говорила с ним всего пару раз: сразу же после того, как рассказала Тарну про тебя, и еще - примерно месяц назад. Именно тогда он сказал мне, что собирается говорить с тобой и привезти тебя сюда. Я дала ему перстень как доказательство, что я жива, однако мне было непонятно, почему он намерен с тобой встретиться. Я попросила его объяснить, но он отказался. - Ее напряженное лицо выражало смятение. - Последний раз я видела его вчера. Он сказал мне, что ты здесь. Ричиус, объясни мне, что происходит! Почему Тарн вызвал тебя сюда?
- Это несложно, - со вздохом ответил Ричиус. - Я объясню тебе все, что смогу. - Он нахмурился. Если Дьяна не знает о приближающейся войне, то ее ждет потрясение. - Близится новая война. Аркус планирует вторжение в Люсел-Лор и хочет, чтобы моя страна ему помогала. Тарн узнал об этих планах и теперь нуждается в моей помощи, чтобы остановить императора. Он полагает, что, если я выскажусь против войны, Аркус ко мне прислушается.
- Потому что теперь ты - король.
- Ты об этом знаешь?
- Так мне сказал Люсилер.
- Что еще он тебе сказал?
- Что у тебя есть жена. - Дьяна всмотрелась в лицо Ричиуса и поспешно добавила: - Я все знаю, Ричиус. Это не страшно.
- Страшно, - возразил он. - Извини, Дьяна. Мне очень жаль. Я не хотел жениться. Я не мог тебя забыть, но...
Она привстала и приложила палец к его губам.
- Перестань, - велела она, - я не сержусь.
- Вот и хорошо. Потому что теперь я намерен сдержать данное тебе слово. Я увезу тебя отсюда, так или иначе. Я дал Тарну срок до завтра, чтобы он мог принять решение. Он знает, что, если оставит тебя здесь, миру между нами придет конец.