Страница 108 из 167
Накинув капюшон плаща, она наконец решительным шагом подошла к первой машине и села в салон.
- Таверна Грани Кемпока. Это где-то возле университета.
Старик шофер, ужинавший жареной рыбой с картофельными чипсами, вытер губы рукавом и в зеркальце удивленно глянул на пассажирку.
- Вы уверены, что вам необходима именно Грани? Это заведение мало подходит такой леди, как вы.
- Поехали, - коротко ответила Маша.
В машине было нестерпимо жарко, из четырех динамиков лилось что-то громыхающе джазовое. Запах жареной рыбы буквально шибал в ноздри. Для профессора не составляло труда мысленно понудить водителя выключить эту проклятую музыку, однако с жарой она ничего поделать не могла. Разве что окно открыть, но на улице хлестал такой ливень, что всю кабину зальет водой.
И с запахом тоже бороться бесполезно! Маша знала свои метавозможности - у нее не хватит сил заняться каждой молекулой в отдельности. Она порылась в своей сумочке - может, мятная лепешка поможет? - потом вспомнила, что оставила пакетик в номере.
Погрустневшая, она откинулась к спинке сиденья и задумалась. От предстоящей встречи профессор не ожидала ничего хорошего. Права человека, свобода как их неотъемлемая часть - это одно, а конспиративная сходка, такси, пропахшее жареной рыбой, Кайл, опустившийся, обрюзгший - хорошо еще, если трезвый - это совсем другое. Ей, без пяти минут действительному члену Академии наук, не пристало на ночь глядя носиться по городу как какому-то начинающему подпольщику.
Зачем она согласилась на подобное предложение! С другой стороны, как могла она отказать бабушке!..
Тамара Сахвадзе, узнав, что внучка собирается на Каледонию по семейным обстоятельствам, решила не упускать эту, как она сказала, Богом подаренную возможность и через Машу передать своим единомышленникам на далекой планете последние решения, принятые в главном штабе диссидентов на Земле, и кое-какую информацию.
Ладно - передать так передать, но ведь и Кайл будет на этом сборище.
Только небесам известно, что за притон эта таверна. Возможно, какая-нибудь грязная нора, где Кайл пьянствует со своими потаскушками и строчит дурно пахнущие романы, в которых призывает к свержению власти Галактического Содружества. В нем, по-видимому, опять проснулась творческая жилка, правда, с несколько политизированным душком. Почему этих мятежников так и тянет в собачьи углы?.. Когда Маша сообщила Кайлу о просьбе Тамары собрать своих сторонников на Каледонии, Оканагоне и Сацуме, он заявил, что может это устроить, но встреча состоится либо в таверне Грани Кемпок, либо нигде.
Такси свернуло в узкую улочку и загромыхало по щербатой мостовой, потом шофер еще раз резко крутанул руль - в прогале мелькнула набережная, наконец машина въехала в район, очень напоминающий описанный Диккенсом Лондон девятнадцатого века. Грязные дома, ямы на тротуарах; света уличных фонарей едва хватает для освещения трущобной нищеты, давно и надолго поселившейся здесь. Маша без интереса смотрела в окно - неожиданно, словно камень спал с души, растворилась злость, растаяло раздражение, мысли потекли ровно. Она даже усмехнулась, вспомнив, как был ошеломлен Кайл, когда она заявила ему, что собирается на Каледонию за детьми. Жаль, что не заказала видеоразговор с Каледонией по сверхсветовой связи - стоило взглянуть на вытянувшуюся рожу старого распутника. На это никаких денег не жалко. Она заявила, что Ян, очевидно, ничего не сообщил своему папочке, что у Дороти и Кена открылись оперантские способности. По закону Ян должен немедленно доложить об этом по инстанции и, конечно, проинформировать свою мать. Он почему-то скрыл этот факт, и, чтобы избежать неприятностей с властями, она летит на Каледонию.
Проигнорировав бессмысленное ворчание старого бумагомарателя, она вконец добила его, сказав, что ее мать Анна Гаврыс и бабушка Тамара сумели убедить ее в разумности точки зрения диссидентов. У нее есть важное задание, добавила Гран Маша. Не мог бы он собрать руководителей фракции мятежников на Каледонии, Оканагоне и Сацуме для передачи конфиденциальных сведений из главной штаб-квартиры.
Старый борзописец совсем потерял дар речи...
Да, надо было заказать видеоразговор - стоило бы взглянуть на его глупую физиономию!
Дождь усилился, хлопьями повалил мокрый снег. Маша передернула плечами - и с погодой не повезло. Может, как раз наоборот - для подпольщиков это просто райский денек. Такси внезапно остановилось, от неожиданности она едва не стукнулась о переднее сиденье. Хотела было одернуть шофера, но тот заглушил мотор и повернулся к пассажирке.
- Что, уже? - спросила профессор.
- Уже сорок лет на этом месте стоит, - ответил шофер. - Самая древняя забегаловка в городе. Будете выходить, под ноги смотрите. Здесь недолго шею сломать.
- Кто такая эта Грани? Какая-нибудь здешняя мамзель?
- Не-е... И не женщина вовсе, а древняя скала возле Глазго. Там, на Земле... Я ее видел, когда был меньше кильки. С вас двадцать шесть баксов.
Расплатившись, Маша открыла дверь и тут же глянула под ноги. Вовремя, а то так бы и шагнула в лужу. Кое-как выбравшись из машины, она направилась к дверям. Окна таверны были настолько грязны и закопчены, что было трудно понять - есть там свет или нет. Одна из створок двери была заколочена обломком неструганой доски, на другой висело от руки написанное объявление.
Сегодня вечером!
СЛИМЕМОЛД!!
А также знаменитый музыкант
МУНГО!!!
Маша открыла дверь, решительно шагнула внутрь и на некоторое время задержалась в вестибюле, чтобы подсушить волосы. Ее ментальной силы не хватало, чтобы разогнать все капли, упавшие ей на голову. Однако слегка мокрые волосы - это даже хорошо. Если среди собравшихся есть нормальные люди, не следует вызывать их зависть умением остаться сухой во время дождя.
Она встряхнула головой, как бы отгоняя от себя шум и крики, долетающие из зала, куда вела когда-то нарядная, а теперь ободранная, со стертыми ступенями лестница. В углу вестибюля молодой, очень толстый, мордастый парень, отчаянно фальшивя, наигрывал на электрооргане "Короля страданий". В поисках Кайла Маша мысленным взором обежала верхний зал. Помещение набито битком. Оперантов среди посетителей - по крайней мере, не поставивших защитных экранов - не было. Вот и Кайл - сидит в дальнем углу со своими единомышленниками за большим круглым столом. Четверо мужчин и одна средних лет женщина... Кайл склонился над тарелкой, что-то жует... Деревенщина! Так и сидит в кепке.