Страница 32 из 110
Тем не менее, время у них заканчивалось, а оставалось ещё четырнадцать пикирующих бомбардировщиков, которые приближались к зоне зенитного огня "Ситки". Ещё около двух десятков "Юнкерсов" шли с севера - те, что остались от разведывательной завесы. Они, очевидно, приняли "Ситку" за основную авианосную силу американцев. Пока эта мысль крутилась в голове Пэйса, он зашёл в атаку на очередной Ju.87, снизу-сзади. Выплеск чёрного дыма показал, что пикировщику недолго осталось. Это был его третий сбитый сегодня. Добавим к тому, которого я подстрелил раньше, и будет четыре. Всего ещё один и я ас. По радио прозвучал приказ: "Задирам" выйти из боя и перехватить группу, идущую с севера.
Эскадрилья Пэйса встретилась с теми, кто уцелел в драке с Ta.152. Он дал полный газ, чтобы догнать второй отряд бомбардировщиков. По идее это был бы равный бой, но у "Задир" оставалось мало боеприпасов. Два захода, - подумал Пэйс, и всё.
Оборонительный огонь пикировщикам не помог. Они повредили всего два самолёта, заставив их покинуть строй. Первая атака получилась неудачной. Обе группы "Задир" бросились на них почти одновременно, заслоняя друг другу линии обстрела. Пэйс выругался. Он уже взял "Юнкерс" в прицел, но внезапно прямо перед ним появился свой самолёт. Выслушав о себе много интересного, пилоты рассыпались, разобрали цели, и двенадцать Ju.87 загорелись, взорвались или просто рассыпались под плотным обстрелом.
Лейтенант успокоился. Он только что сбил своего пятого, и это было зафиксировано бесстрастным глазом камеры. Вот только и патроны закончились тоже. По тому, как вели себя другие "Задиры", не у него одного. Восемь из двадцати пикирующих бомбардировщиков ушли. Нехорошо. Пэйс огляделся и увидел плотную группу из шестнадцати "Корсаров", которая падала от солнца на оставшиеся Ju.87. Ага, так лучше. Потом он присмотрелся. Вон то звено как-то странно себя ведёт. Как будто на меня заходят.
Капитан-лейтенант Фредерик Келлен привёл свою эскадрилью, но топлива почти не оставалось - они летели на предельной скорости. Он посмотрел вниз. Небольшая группа Ju.87, кажется восемь, окруженных истребителями. Прямые крылья, серая окраска, звездообразные двигатели, фонарь пузырём. Ta.152. Логично, у ударной группы должно быть мощное прикрытие, способное отбиться от истребителей, защищающих свои корабли.
Он перевернулся через крыло и в длинном пикировании упал на ничего не подозревающего противника, добившись полной тактической внезапности. Цели даже не пытались уклониться, так как "Корсары" ударили с вертикали. Шесть машин рухнули в море. Среди них и "Элинор" с убитым пилотом. Лейтенант Пэйс пробыл асом менее пятнадцати секунд.
Северная Атлантика, к северу от Британии. Над оперативной группой "Ситка", Ju.87R5 "Синий-шесть"
Ошибка американцев казалась невероятной по своей тупости. Увидев эскадрилью тёмно-синих "Корсаров", гауптманн Йозеф Брандт решил, что им крышка. И с недоверчивым изумлением смотрел, как те набросились на "Задир". Пока амеры разобрались, что к чему, "Штуки" уже подошли к цели и были готовы пикировать. Авианосцы ясно виднелись внизу, в кольце из восьми эсминцев. На мгновение ему показалось, будто корабли уже горят - они окутались мерцающими оранжевыми сполохами - но понял, что это зенитный огонь. На снимках, проскочивших в печать без цензуры, он видел, что борта авианосцев утыканы батареями. А линкоры, если верить слухам, вооружены и того сильнее.
Обстрел был не просто интенсивным. Он был смертоносно метким. Как будто их снаряды всегда взрываются на нужной высоте. Вскоре путь пикирующих бомбардировщиков отметился дымными хвостами от подбитых машин. Три самолётов из штаффеля Брандта взорвались раньше, чем успели встать на боевой курс и перейти в пикирование. Еще четыре потеряла другая группа. Когда они приблизились и разделились по количеству целей, гауптманн обратил внимание, что авианосцев всего два. Два? Он считал, что их задача - удар по оперативному соединению из пяти. Брандт покачал головой и порадовался ошибочным докладам. Если два корабля выдают такой шквал зенитного огня, то на что способны пять?
Под жестоким обстрелом уцелел только его самолёт из пяти пикировщиков, оставшихся в штаффеле. Остальные погибли, поражённые тяжелыми и средними орудиями ПВО. Светло-серая палуба с крупным, выведенным тёмно-серой краской номером 107, вырастала в прицеле. У Брандта было всего одна 250-кг бомба. Никто не предполагал, что разведывательный вылет превратится в ударный, но сражение уже пошло вразрез с планами. Он должен положить бомбу туда, где она нанесёт наибольший урон. Передний подъёмник для этого подходил как нельзя лучше. Гауптманн нажал сброс и потянул ручку на себя, едва не теряя сознание от перегрузки. Позади него над палубой авианосца вздымался огненный шар.
Штаффелю, нацелившемуся на второй корабль, повезло намного больше. Два из восьми самолётов с 1000-кг бомбами прорвались через завесу зенитного огня. То ли из-за постоянных манёвров корабля, то ли из-за обстрела, но бомбы легли не точно в цель. Они заставили авианосец содрогнуться от близких взрывов. Струи 20-мм снарядов распилили оба "Юнкерса" на выходе из пикирования. Один чиркнул по палубе "лаптями", прежде чем исчезнуть пламенным клубком в волнах. Второй, которого зацепило чуть раньше, врезался в корабль точно посередине.
Как только Брандт убедился, что его никто не преследует, он набрал высоту и доложил обстановку. Передача была краткой - американское оперативное соединение плотно прикрывается с воздуха, и он единственный выживший. Но, самое главное, растущие столбы чёрного дыма однозначно говорят о тяжёлых повреждениях обоих авианосцев.
Северная Атлантика, севернее Британии, оперативная группа "Ситка", эскортный авианосец "Сталинград"
Ревели сирены. Пожарные команды проливали палубы в месте попадания. 250-кг бомба угодила точно в передний подъёмник, пробив его и взорвавшись в шахте. Площадка улетела в море, адским пламенем вспыхнули остатки масел и бензина. Но остальная часть ангара была отделена, а топливные рукава успели перекрыть. "Эвенджеры" стояли в кормовой части без заправки и боекомплекта. Бомбовое попадание это всегда неприятно, но урон оно нанесло меньший, чем могло бы.
Находившаяся рядом "Москва" была в другом положении. На "Сталинграде" пожары уже стихали, команда изолировала пламя. Сейчас его заливали пеной и гасили водяным туманом. Капитан Аламеда видел, как на палубе "Москвы", куда врезался подбитый бомбардировщик, вспыхнул огненный шар, и пожар до сих пор продолжался. Подошли три эсминца, чтобы подавать воду из собственных насосов. Аварийные партии "Москвы" столкнулись с кошмаром - разбитый самолет на ангарной палубе рядом с топливными цистернами, подпитывающими огонь. Задумавшись об этом, Аламеда пришёл к довольно противному выводу, что самолёт на самом деле более опасное оружие, чем бомбы, которые он несёт. Он вздрогнул от этой мысли. Безумие какое-то.
- Капитан, доклад от пожарных и механиков. Огонь в переднем подъёмнике взят под контроль. Сейчас его осаживают пеной, и проливают переборки по соседству, чтобы охладить прилегающие объёмы. Вскоре получится заделать пролом на месте подъёмника. Полётная палуба будет готова к работе в течение получаса.
Аламеда кивнул.
- Мы сможем сейчас принять самолёты? У нас на подходе четыре подбитых "Задиры" и не меньше машин с "Москвы". Они точно никого не посадят в ближайшее время.