Страница 70 из 120
Куллукет взял его под руку, отвел подальше от любовных плясок и усадил возле живой изгороди на мягкие подушки. Кугал дрожащей рукой принял у брата пузырек с лекарством и жадно присосался к нему. Наконец крепкий настой трав принес облегчение, и Кугал слабо улыбнулся.
- А знаешь, брат, я даже завидую той милашке, которой нынче придется вкусить объятий смерти. Выбирай помоложе, если, конечно, сумеешь отбить ее у молодого жеребца. К тому же юным девам едва ли захочется повторить печальную историю твоих девяти жен и тридцати любовниц.
- Я уже выбрал себе подругу на ночь, - ответил Куллукет. - И она об этом знает.
- Тогда ступай, - сказал Кугал Сотрясатель Земли. - Чего с калекой время терять? Утром Бодуругал и другие афалийские корректоры займутся мной. А ты давай наслаждайся Тайной Любовью!
Смерть закивала, махнула костлявой рукой и скрылась в вихре маскарада.
Салливан Танн танцевал со своей нареченной, прекрасной принудительницей Олоной, и в глубине души отдавал себе отчет в том, что лишь мазохистские побуждения заставили его избрать для себя маску винторогой антилопы.
- Не смей с ним ходить! Я запрещаю! Твой отец поклялся мне...
Олона - видение в плаще из летящих лепестков и лилейном головном уборе - взглянула на своего престарелого жениха с шаловливым презрением.
- Отец умер. А желание короля перевешивает запрет городского головы.
- Олона! Дитя мое! Мой нетронутый цветок! Я не пущу тебя!
Она почувствовала стальную хватку его психокинетических объятий. Но ей понадобился один легкий принудительный толчок, чтобы освободиться, а ему осталось только всхлипывать под маской глупой антилопы в нарастающем ритме музыки.
- Отец сговорился с тобой без моего согласия, когда я была несмышленым ребенком. Будь благодарен, что я до сих пор не отказалась выйти замуж за человека.
- Никто не обладает таким, как у меня, психокинезом! - вскричал Салливан Танн.
- Никто, кроме _н_е_г_о_. Да и ни к чему тебе твой психокинез, такому зануде. Ты слишком рано постарел для своих девяносто шести. Потому, наверно, и струсил во время осады Финии.
- За что ты со мной так? Ведь я люблю тебя!
- Оставь, пожалуйста! - Она как бы ненароком подводила его в танце все ближе и ближе к тому месту, где, кружась над майским деревом, парили в воздухе шут и его леди. - Я догадываюсь, зачем тебе нужна девственница. Не думай, что я не способна ничего понять из тех мерзких книг, которые ты показывал Дознавателю. Тебе и в голову не приходит, что тану умеют пользоваться переводчиком "Сони"... Ну так знай: если ты только попробуешь после свадьбы испробовать на мне один из ваших первобытных трюков - я превращу тебя в желе!
- Дорогая, да я бы никогда...
- Ладно, заткни пасть!
Парочки на танцевальной площадке постепенно собирались вокруг Эйкена и Мерси. На леди Гории была черная полумаска и национальный кельтский костюм, в котором она когда-то проникла через врата времени. Музыканты играли томную мелодию в ритме вальса. Средневековый шут и кельтская принцесса танцевали на расстоянии вытянутой руки. Его мысли были спрятаны не только под длинноносой маской, но и под плотным умственным щитом. Ее бледные губы кривились в понимающей усмешке.
Танец закончился, и они поклонились друг другу. Зазвучали новые ритмы, причудливые, рваные - танцевать под них было невозможно. Бал подходил к завершению, и пары поспешно удалялись в тень.
Олона выскользнула из объятий Салливана Танна и бросилась к Эйкену.
- О мой король! - задыхаясь, пролепетала она и присела перед ним в глубоком реверансе.
Шут щелкнул костяшками пальцев и рывком прижал ее к себе. Она изогнулась и захихикала, когда шею ей яростно защекотал его длинный нос.
Салливан в бессильном отчаянии наблюдал, как они скрылись из виду. Мерси осталась в одиночестве посреди большой луговой чаши. Людской оркестр снова переключился на вальс. Салливана вдруг обуяла дрожь от неясного предчувствия. Призрачная тень, застывшая под деревьями, выдвинулась на залитую лунным светом площадку и отвесила поклон. Мерси медленно подошла, приподнялась на цыпочки и поцеловала безгубый рот Смерти.
- Готовы? - прошептал Шарн.
- Готовы! - хором отозвались Айфа и десять воителей.
Они сцепили умы для нанесения удара.
Глаза Олоны мерцали как звезды.
- О-о, Эйкен, я и не мечтала, что это будет _т_а_к_...
Шут и сам был слегка озадачен.
- Кажется, я превзошел себя! Должно быть, и впрямь в этом Майском дереве есть что-то колдовское.
В отличие от свадеб фирвулагов бракосочетания тану проходили при свете Майского дня. Врачующиеся во главе с первой парой Эйкен-Луганн Мерси-Розмар кружились вокруг майского дерева и торжественным хором пели Песню. Женихи и невесты были одеты в свои геральдические цвета и в белые мантии. На головах у невест были венки из белых лилий, у женихов - из папоротника, символа мужества. Мерси позволила себе внести свой штрих в традиционный свадебный наряд - вплела в венок веточки розмарина.
- Этим растением с незапамятных времен благословляли браки на Старой Земле, - объяснила она. - К тому же это мой знак: розмарин - Розмар. Чтоб никто не забыл...
Мерси хотела сказать, что не забыла первое свое бракосочетание.
Оно состоялось в прошлом году в середине июня - не на таком массовом празднестве, а в более узком кругу придворных и жителей Гории. Тогда она еще не была посвящена в члены Гильдии Творцов и вместо бело-голубые надела золотисто-розовые цвета своего возлюбленного демона. Будь он жив, они бы нынче подтвердили свой обет, возглавив не процессию новобрачных, а шествие супружеских пар, которое состоится позднее.
"Ноданн!" - воскликнула она на интимном канале телепатической речи. Никто не услышал. Ни стоящий рядом с нею человечек в черно-золотых одеждах, ни Альборан, что выступал позади них со своею нареченной Эднар, ни кто-либо другой из трехсот тридцати четырех новобрачных тану и золотых людей, танцующей походкой двигавшихся по усыпанной песком тропинке. Держа в руках гирлянды майского дерева, они все туже сплетали яркие ленты, пока нареченные не подошли совсем близко к стволу и не поцеловались, как положено по обряду.