Страница 44 из 120
Единственным ориентиром было ясновидение Катлинели, но под землей и оно ослабло. Флотилия углубилась в довольно широкий естественный туннель, правда, с низким потолком. Колеблющиеся отблески факелов скользили по пропитанным влагой минеральным образованиям. Эхо песни стало таким гулким, что ревуны испуганно притихли. Чтобы немного их подбодрить, Катлинель распахнула свой ум и стала рассказывать истории из жизни тану и фирвулагов, кульминацией которых были эпизоды недавней Великой Битвы и потопа, поведанные ей по телепатическому каналу уцелевшими членами Гильдии Творцов.
Через пять часов сделали привал. После отдыха и обильной трапезы путешествие возобновилось с новой командой лоцманов. Теперь массовиком-затейником выступал Грег-Даннет: он прочел многочасовую телепатическую лекцию о мутагенных эффектах повышенной радиации и биоинженерных способах восстановления хромосом. Факелы один за другим гасли, пассажиры засыпали, и вскоре со всех сторон доносились лишь плеск воды, хлюпанье шестов и приглушенное посапывание детей.
Суголл и Катлинель уселись рядышком на корме, а Грег-Даннет прикорнул позади них на кожаном матрасе. Повелитель и повелительница ущербного народа, пытаясь вселить друг в друга надежду и умерить страхи, смеялись над тем, как отнесутся король Шарн и королева Айфа к приготовленному им сюрпризу. Они-то небось ждут не больше семисот жителей Луговой горы, а к ним пожалует девять тысяч чудовищ-переселенцев. Из них ни много ни мало тысяча двести пятьдесят шесть - девицы на выданье.
Прошло чуть меньше суток с тех пор, как путешественники переплыли черное озеро, и те, кто бодрствовал, вдруг ощутили в дуновении воздуха не просто стерильный холод, а новые запахи перегноя и водорослей. Спящие зашевелились и навострили уши, дети начали перешептываться. Недоуменный рев перелетел из конца в конец флотилии. Наконец Катлинель внутренним зрением определила, что река выходит на поверхность.
Впереди развиднелось. Лоцманы схватились за шесты, и лодки во всю прыть устремились к последней излучине. Тонкая завеса ветвей прикрывала зев пещеры. Катлинель встала, прижала пальцы к золотому торквесу и невидимым психоэнергетическим лезвием обрубила сучья, так что те разом попадали в воду. Из основания огромной, заросшей лесом скалы лодки вырвались на простор посеребренной лунным светом равнины. По обоим берегам раскинулись одетые росистой травой луга. Близ реки виднелись рощи веерообразных пальм и заросли плакучей ивы.
Ревуны, поняв, что теперь их уродство уже не скрыто пещерным мраком, начали поспешно его маскировать. Рогатое, хохлатое чудовище, что сидело подле Катлинели на протяжении всего путешествия, превратилось в не уступавшего красотой самим тану высокого гуманоида в усыпанной драгоценными камнями охотничьей куртке и островерхом шлеме с небольшим венцом.
- Ты видишь, куда ведет река? - спросил жену Суголл.
Катлинель сосредоточилась; теперь ее метафункции позволяли видеть в радиусе нескольких десятков километров.
- Там, внизу, очень широкая река. Она вытекает из огромного озера в Гельветидах. Чуть дальше от места слияния с нашей рекой она поворачивает под прямым углом и течет на север. - Катлинель нарисовала картину перед мысленным взором Грега-Даннета.
- Так это же Рейн! - обрадовался Чокнутый Грегги. - Аккурат как мы рассчитывали. Теперь поплывем по течению до пристани в Высокой Цитадели.
- И долго нам еще плыть? - спросил Суголл.
Катлинель наморщила лоб.
- Менее суток. Течение тут быстрое, ведь река бежит с Альп. Можно пристать к берегу и отдохнуть до утра. На заливных лугах хищники не водятся, во всяком случае я не чувствую поблизости признаков жизни.
- А если и подкрадется какая тварь, - подхватил Грегги, - мы ее живо уложим с помощью подарков Шарна и Айфы. Догадываетесь, откуда эта контрабанда? Ни для кого не секрет, что путешественники во времени тайком провозили оружие и прочее запрещенное барахло, но мы, привилегированные люди, полагали, что тану его уничтожают, а они им, оказывается, спекулировали, хи-хи! Ох, давно мечтаю пригвоздить какого-нибудь саблезубого... Десятитонная клыкастая туша - у моих ног!.. В Мюрии меня никогда не пускали на охоту, - добавил он со вздохом. - Говорили, что боятся за мою жизнь, так как я незаменим.
- Это правда, Грегги, - улыбнулся Суголл, глядя сверху вниз на щеголеватого генетика и не переставая отдавать телепатические команды о высадке на берег. - Ты незаменим. Но я тебе обещаю: мы с тобой непременно затравим какую-нибудь крупную дичь. Только, чур, не ходить в одиночку! Потеря такого специалиста была бы для нас полной катастрофой.
Старикашка принялся его разуверять. Потом обвел взглядом флотилию и пассажиров, высыпающих на берег.
- По-моему, они просто великолепны в своих иллюзорных образах. А вы с Кэт - замечательно красивая пара!
Повелитель ревунов нахмурился.
- И ты не можешь распознать наших чудовищных обличий?
- Ни тени!
- Будем надеяться, что наши маски окажутся столь же непроницаемыми для повелителей фирвулагов. И для женихов на празднике Великой Любви.
- Девять тысяч! - прохрипел Шарн. - О Богиня!
- Бакенщики их дважды пересчитали, вельможный, - ответил Фитхарн. Девиц больше тыщи. Все в красных сапожках, венках, лентах, а рубинов, да сапфиров, да опалов где только не понатыкано.
- Ну и как они выглядят? - угрюмо спросила Айфа.
Фитхарн замялся. Поджал губы, прищурился, почесал в затылке и снова надвинул на голову островерхую шляпу.
- Ну? - не отставала воительница. - Чего молчишь?
- Ежели в темной спальне. Ваше Величество, да глаза налить как следует...
- Неужто такие уроды? - взревел король.
- Маски-то у них распрекрасные, святая невинность, но, боюсь, настоящего фирвулага им нипочем не обмануть.
- Мы не можем их здесь принимать, - заявила Айфа. - Будет бунт.
- Это в лучшем случае, - вздохнул Шарн.
- Хотите моего совета? - откликнулся Фитхарн. - Надо их спровадить прежде, чем они доберутся до Высокой Цитадели. Встретить их на дороге, устроить пикник - много музыки, выпивки, группа приветствия из нашей самой надежной знати - только чтобы ни у кого неженатых сыновей не было. Задурите этим чучелам мозги, как выражался мой старый друг вождь Бурке. Скажите, что путь до Высокой Цитадели трудный и вы, мол, не хотите их утомлять. К тому же все дворцовые сортиры, как на грех, вышли из строя. А им, ревунам, еще топать и топать - до самой Нионели, через Бельфорскую впадину.