Страница 37 из 120
"Ничего. Но почему? Шарн тоже был скрыт за барьерами, но ты обнаружила его с легкостью".
"У Шарна способности что у младенца. Ничего, подождем. Черная птица взлетает на рассвете и иногда принимается издавать призывный крик. Когда такое случается, сознание Фелиции открыто, поскольку она слушает, не отзовется ли ее Возлюбленный. Нам она не ответит, но, может быть, невзначай даст разгадку местоположения своего гнездовища. Тогда мы сможем..."
"Элизабет. Вот оно".
"Вижу. Вижу и слышу. Над горой Муласен! Ну конечно... Там ее логово! А сейчас она станет звать".
"Куллукет!"
Ворон взмывает в стратосферные выси. На рассвете небо над Сьерра-Невадой чисто от облаков и прозрачно.
"Куллукет! Я знаю, ты жив!"
Она взывает к тому, с кем ее объединило обоюдное влечение к разрушению, к тому, кто сам утолил свою страсть, но не подозревал, что когда Фелиция сбежит, то придет и ее черед самореализоваться, и она проделает с беззащитной землей то же, что он проделал с ней.
"Куллукет, отзовись!"
"Смотри, как она кружит в потоке света. Сейчас, когда она испускает трансментальные волны, разыскивая своего ненавистного возлюбленного, ее не скрывают никакие ментальные заслоны, не предохраняют никакие психогенные преграды. Но Куллукет - психокорректор, он перекраивает сознание, внедряется в сознание, камуфлирует сознание. Он коварен и силен, и тень птицы проносится над ним, не замечая его".
"Куллукет... ты должен быть где-то здесь. Эй ВЫ, помогите мне найти его!"
"Элизабет! Она обнаружила нас?"
"Нет. Помолчи, Крейн!"
"Вы уже помогали мне раньше. Теперь я снова обращаюсь к вам! Помогите мне найти моего Возлюбленного. Подскажите, где он. Откликнитесь! Вы видите меня? Если вы заговорите со мной, то на этот раз я вам отвечу!"
"Смотри, она мысленно воспроизводит свой подвиг открытия Гибралтарского пролива. Смотри, вот открывается ее память, показывая, как был вызван катаклизм. О Боже, вот оно что..." (Элизабет испытала потрясение и облегчение одновременно, ибо сила Фелиции оказалась не единственной, а подкрепленной извне.)
"Помогите мне еще раз. Я не буду прятаться от вас. Мы можем стать друзьями".
"Слушай, Крейн! Нет, подожди - я должна подключить еще один фильтр. Сигнал не только слабый, он и множественный: неумелое проецирование с огромного расстояния, плохо сфокусированное на цели. И это не модус мысленной передачи экзотиков. И не корявый модус людей в торквесах, что живут здесь, в плиоцене. Это уникальный модус людей - тоже активных операторов... Всемогущий Боже! Помоги мне, Крейн. Поддержи меня, дорогой друг. Проследи этот сигнал, определи его источник, выясни о нем все, что можешь..."
"Дьяволы? Это вы?"
"Да, Фелиция".
"Привет, дьяволы".
"Привет, Фелиция. Мы так долго взывали к тебе".
"Я знаю. Но я вам не доверяла. У меня так много врагов".
"Бедная Фелиция. Мы хотим только помочь тебе. Мы уже помогали тебе раньше".
"Помогите мне снова. Покажите мне, где прячется Кулл".
"Кто?.. А-а. Вот оно что. Любопытно..."
"Остальное - не ваша забота. Покажите мне его!"
"Милая Фелиция. Мы бы показали, если б могли. Но мы очень далеко от тебя. И от него тоже. Чтобы найти Куллукета, нам нужно перебраться к тебе из самой Северной Америки".
"О-о-о-о. Ох".
"Не переживай. Мы с радостью переберемся к тебе. Нам так не терпится встретиться с тобой".
"Нет! Вы можете украсть... можете обмануть меня, как обманул этот чертов маленький золоченый жулик Эйкен Драм!"
"Мы так не поступим, Фелис. Мы не любим Эйкена и других твоих врагов. Мы докажем тебе свою дружбу. Мы не просто найдем твоего любимого, мы сделаем даже больше. Мы доставим его к тебе".
"А вы сможете?.."
"Один из нас психоиндуктор-корректор магистерского класса. Остальные тоже сильны. К тому же мы молоды, Фелиция. Как и ты! Мы верим в действия".
"Но провести МЕНЯ вам не удастся".
"Нет, конечно, нет... Мы хотим, чтобы ты возглавила нас. Ты сильнее любого из нас".
"Возможно. Но если вы будете действовать совместно... Слушайте. Пусть сюда явится только один из вас".
"Так не получится, Фелис. Чтобы вернуть тебе твоего Куллукета, нам потребуются скоординированные усилия по крайней мере пятерых".
"Пятерых? Хорошо. Но никого больше. Вы поняли?"
"Договорились. Знаешь, мы можем помочь тебе и еще кое в чем. А ты можешь помочь нам!.. А теперь назови свое точное местонахождение в Испании".
"Я живу вот здесь. Видите мое логовище на горе Муласен?"
"Видим. Мы явимся к тебе через пятнадцать дней. Жди. До свиданья, друг наш Фелиция".
"До свиданья, дьяволы".
Элизабет сидела за столом напротив Крейна. Буря миновала. Солнечные лучи, заглянувшие в восточные окна шале, упали на угли в догорающем очаге, которые превратились в комья белой золы.
- Когда я только прибыла в плиоцен, - сказала Элизабет, - я воспользовалась своими трансментальными возможностями и обшарила всю планету в надежде обнаружить других людей - операторов своего уровня.
- Я помню. Это было в тот вечер, когда мы ехали из Привратного Замка в Ронию. Ты тогда установила прочный экран, но я понял, что ты занята сканированием.
Элизабет сидела в кресле, лицо ее осунулось. Крейн послал телепатический вызов леди Дедре, земной женщине в золотом торквесе, бывшей некогда доверенным лицом Мейвар, а теперь помогавшей Элизабет.
- Я зарегистрировала единственный нечеткий сигнал, соответствующий человеческому модусу. Он, казалось, исходил откуда-то с другого конца Земли. Я понимала, что сканирование было неполноценным, поскольку мои ультрасенсорные способности еще только восстанавливались, поэтому я приняла этот слабый импульс за эхо и не придала ему значения. Но оказывается, сигнал был реальным.
- Ты была не в состоянии исследовать его подробнее?
- Трансментальное восприятие на дальних расстояниях - это особое искусство, требующее огромных затрат энергии. Великий Магистр, если он в добром здравии, способен здесь лишь на кратковременные порывы - подобно тому, как ныряльщик может погружаться под воду без акваланга. Но долго такое напряжение без специального дополнительного снаряжения или без поддержки нескольких других разумов выдержать невозможно. - Элизабет устало провела рукой по лбу. - Теперь нам с тобой нужно попытаться собрать кое-какую информацию о так называемых дьяволах. Но я точно знаю, кто они такие. О Господи, даже слишком хорошо знаю.