Страница 17 из 21
– Ешь молча, – коротко велел ему Тимофей.
– Я не хочу молчать, когда обижают мою девушку.
– И когда она стала твоей?
– Может быть, всегда ею была, а я и не знал, – весело откликнулся Ярослав и в эту же секунду потерял сознание – завалился на бок и упал бы на пол, если бы не я и моментально подоспевший к нам Август. Он, хрупкий и утонченный, без труда подхватил Ярослава на руки, словно тот весил не больше пушинки, и отнес на диванчик, примостившийся у дверей, ведущих в зимний сад.
– Что вы сделали? – спросила я дядю с затаенной яростью.
– Я? Очнись, девочка. Я ни при чем, – раздраженно ответил тот, бросил вилку с ножом на пустую тарелку и покинул комнату.
– Что с ним? – со страхом спросила я, склоняясь над безмятежным лицом Ярослава, который так и не пришел в себя. – Нужно вызвать «Скорую»? Или ваших магов?
Август взял Яра за руку, слушая пульс и словно считывая с его биения что-то, что было неподвластно мне.
– Все в порядке, Анастасия, – спокойно ответил он. – Не волнуйтесь. Он отходит от магического вмешательства. Это один из побочных эффектов, весьма распространенный.
– И долго он пробудет в таком состоянии?
– Несколько минут. Несколько часов. День. Все зависит от конкретного человека. Но что-то мне подсказывает, что Ярослав скоро придет в себя.
– Вам стоило оставить его в постели до тех пор, пока ему не станет лучше, – нахмурилась я, не понимая, что касаюсь ладони Яра – осознала это только тогда, когда крепко сжала его пальцы. Август заметил это и улыбнулся.
– Это было выше моих сил, Анастасия, – отозвался маг. – Он слишком сильно рвался к вам и кричал, что чувствует себя великолепно. Даже грозился прикончить меня, а это, знаете ли, весьма редкая угроза. Вы определенно стоите друг друга, – Август снова взял Ярослава на руки – как ребенка – и понес наверх, в спальню. Я молча шагала следом. Откуда в этом хрупком мужчине столько силы?
– Давно встречаетесь? – спросил Август совершенно невпопад, когда уложил Ярослава в кровать, а я укрыла его одеялом.
– Мы не встречаемся, – ответила я и с трудом подавила в себе желание убрать со лба Яра русую прядь. Показывать свои чувства все так же казалось мне признаком слабости.
– Я – не Тимофей Реутов. Со мной можно быть откровенной, – Август лукаво взглянул на меня. – Между вами определенно что-то есть. И что-то… весьма большее, чем просто дружба или влюбленность. Не торопись возражать. Я вижу.
– Видите? – хмыкнула я. Возражать хотелось из принципа.
– Я обладаю силой двух сфер – яви и прави. От прави мне достался редчайший дар – сила эйдоса. Способность замечать истинную суть людей и вещей. Я вижу то, что не могут увидеть другие, – ответил Август, глядя в окно, которое, как и в моей комнате, выходило в сад. – Вижу нити судеб. Вижу кровное родство и родство душ. Вижу то, чего люди сами в себе не видят. Иногда мне кажется, что это не дар вовсе, а проклятие. Особенно тогда, когда на меня смотрят такими глазами, – он повернулся ко мне. И я поняла, о чем он говорит – потому смотрела на него с усмешкой, недоверием и толикой страха. А вдруг Август увидит во мне то, чего я сама о себе не знаю?
– Я бы мог сказать тебе важную вещь, но не буду делать этого, пока ты не захочешь. Пока сама не придешь ко мне и не попросишь об этом, Анастасия, – мягко произнес он. – Я буду ждать.
– Вы уверены, что я так сделаю? – спросила я, а он только кивнул и вышел из спальни. На какое-то мгновение мне показалось, что он знает наш с Ярославом секрет – ему известно, что мы менялись телами, но пойти следом и спросить мага об этом я не решилась.
Какое-то время я сидела рядом с Ярославом, слушая его дыхание и надеясь, что он вот-вот придет в себя. Еще какое-то время боролась с непонятным желанием склониться к нему и поцеловать – вдруг это его разбудит? Но, в конце концов, ограничилась только тем, что гладила его по волосам – осторожно, не сразу осознав, что на моем лице играет полуулыбка.
Спустя несколько томительных часов, когда солнечный диск стал медленно клониться к горизонту и закатный золотой свет проник в комнату сквозь щелку между шторами, я покинула спальню Ярослава. Нужно было немного размяться. Я погуляла по пустому дому, не понимая, куда пропали все маги, коих ночью здесь было много, побродила по зимнему саду и вдруг поняла, что нестерпимо хочу выйти на улицу – подышать свежим воздухом. Да, Август предупреждал меня, что этого делать не стоит – вокруг слишком много магии, которой я могу «надышаться», но я не могла круглыми стуками находиться в доме. Я видела, как солнечные лучи мягко скользят по лужайке. Слышала, как легко и хрустально журчит фонтанчик. Чувствовала запах осеннего ветра, играющего с пожелтевшими деревьями. И безумно хотела выйти наружу.
«Иди, хозяйка», – смеясь, шепнули мне травы, и я, решив, что браслет защитит меня от всего, осторожно открыла заднюю дверь и из зимнего сада попала во внутренний двор. Осенняя прохлада меня не смущала – наоборот, даровала ощущение свежести, которой мне так не хватало.
Полной грудью вдыхая кристально чистый воздух, наполненный мятными нотками осени, я медленно прошла по заднему двору, остановилась у фонтана, намочила кончики пальцев и направилась к саду. Я бродила по аккуратным гранитовым дорожкам, вдоль которых росли ухоженные деревья и кустарники, вдыхала медово-пряный запах поздних осенних цветов и опавших листьев, подставляла лицо золотым лучам и просто наслаждалась прогулкой и неожиданным спокойствием, накрывшим меня словно плед.
Я знала, что впереди нас с Ярославом ожидает множество трудностей, но в этот миг была уверена, что мы со всем справимся. Я чувствовала это кожей. И в какой-то момент поймала себя на мысли, что эта вынужденная передышка в доме Августа изменит все. Теперь наша жизнь станет иной.
Единственное, чего я не знала в этот момент, так это меру своей глупости. Магия действительно была разлита в воздухе, и я вдыхала ее, вбирала в себя и пропускала через легкие в кровь. Не чувствуя холода и собственных ног, думая о силе браслета и собственной роли в игре магов, я дошла до мостика, перекинутого через узкий ручей, и, преодолев его, решила добраться до беседки – ее ажурная крыша высилась среди деревьев. Однако сделать это я не успела – в какой-то момент вдруг поняла, что теряю сознание.
Я упала на дорожку, изо всех сил борясь с тьмой, накрывшей меня, однако все, на что меня хватило, – приоткрыть глаза и увидеть, что ко мне быстро приближаются чьи-то ноги в черных блестящих ботинках. Кто-то сильный подхватил меня на руки и понес к дому. Сквозь звездный туман, застилающий сознание, я вдруг почувствовала себя защищенной. Как будто кто-то близкий и родной держал меня на руках. Кто-то, кто никогда не предаст и защитит от всего мира. Кто-то, кого я ждала все свое детство.
Темнота поглотила меня, разливаясь по венам и хохоча, а когда я все-таки пришла в себя, меня уже осторожно усаживали в кресло в зимнем саду. Я приоткрыла глаза, и мне снова захотелось упасть в обморок – меня нес дядя Тим. Он же сейчас стоял напротив с самым задумчивым видом.
– Пришла в себя? – тихо спросил он.
– Да, – ответила я едва слышно, садясь по-другому. Тело было слабым и непослушным, голова все еще кружилась, но желание казаться сильной перед этим человеком не покидало меня.
– Зачем вышла в сад? – только и спросил Тимофей, садясь в плетеное кресло рядом со мной. На нем не было пиджака – дядя накинул его на мои плечи, – я чувствовала исходящий от него едва уловимый теплый запах сигарет. И это поразило меня в самое сердце. Когда этот ледяной человек так оттаял, что стал проявлять по отношению ко мне заботу? Ему опять что-то нужно от меня?
Сев прямо, так, будто проглотила палку, я судорожно вцепилась в подлокотник.
– Зачем вы меня подняли? – вырвалось у меня.
– Я спросил – зачем вышла в сад? – повторил дядя, даже не слушая меня. – Разве Август не говорил тебе, что воздух пропитан магией?
– Хотела подышать этим самым воздухом, – с раздражением ответила я. – Для чего вы меня подняли?