Страница 2 из 57
— Товарищ полковник, — струхнул Цапков, повысив с перепугу на целое звание Дремова, — так мы тебя пожалели…
— Да шел бы ты к такой матери, жалельщик хренов! — даже не подумал выслушать его оправдания Дремов. — Жалел волк кобылу — оставил хвост да гриву… Не тебя, а меня сейчас драть начальство начнет!
— Не начнет, — решив, что терять ему нечего, возразил капитан. — Разбойник в камере, материалы собраны, вещдоки изъяты… В УМВД города и области доложено… Так что драть нас не за что.
— Ладно, докладывай подробнее, — сменил гнев на милость Дремов, все же услышав, что «разбойник» пойман и изобличен. А это в полицейской жизни «на земле» самое главное. Победителей, как правило, не судят…
— Значит, дело обстояло так… — стал по порядку пояснять Цапков. — Экипаж вневедомственной охраны около четырех часов двигался по улице Харьковской. Вдруг видят, что какой-то мужчина вроде бы пытается киоск продуктовый взломать. Они — по газам и к киоску. Подбегают и видят, что мужик с «калашом»… Вытащить ствол из форточки пытается, а женщина-продавец прижала ствол «калаша» форточкой и не отпускает…
— Ишь, какая смелая! — не удержался от реплики подполковник, замаслянев глазами.
— Да, смелая, — подтвердил капитан. — Не зная, что автомат лишь учебный, а не боевой, держала, пока наши ребята не подбежали и не схватили налетчика.
— А тот сопротивлялся?
— Нет.
— И даже не пытался бежать?
— Куда бежать, когда автоматный ремень так на руку намотал, что «ни тпру, ни ну»… Словом, сам себя заарканил, — повеселел оперативный дежурный.
Цапков служил не первый год и начальников повидал разных. Научился с полвзгляда замечать, когда они — буре подобны, а когда — добрее тигра циркового. Словом, психолог был еще тот… Вот и заметил, что ИО начальника отошел сердцем, что гроза миновала.
— И кто же этот горе-налетчик?
— Да местный… чудак, э-э-э… — белесо покосился Цапков в книгу происшествий, где были указаны данные о «разбойнике», — Зацепин Егор Кузьмич, 1986 года рождения, бывший инструктор по ОБЖ в школе 43. Проживает в общежитии по улице Обоянской, 20. Холост. Возможно, наркоман…
— Точно, чудак на букву «м», — подвел короткий итог Дремов. — Так себя «объегорил» и так себе «подкузьмил», что лет семь-восемь зоны наверняка «зацепил», — обыграл он тут же паспортные данные преступника.
Будь у подозреваемого ФИО иными, Алексей Иванович, прошедший путь от постового до руководителя отдела и изрядно поднабравшийся ментовского юмора, будучи оперуполномоченным ОКР, все равно нашел бы основание для иронии и сарказма. Уж таким он уродился, уж таким его сделала работа. Впрочем, разве он один такой? Почитай, каждый мало-мальски уважающий себя мент без юмора и насмешки, как без щей и пряника. Без этого и дня в системе не проживешь.
— Что верно, то верно, — позволил себе улыбнуться капитан. — И «подкузьмил», и «подцепил», как собака блох…
— А учебный автомат откуда? Краж вроде не заявляли…
— Пока молчит… — конфузливо пожал плечами оперативный дежурный, честно признавая тем самым недоработку дежурного наряда. — Да и некогда было его трясти: опер с выездов на места происшествия даже на полчаса не заглядывал, — приврал, «приукрасил» он оперативную ситуацию, чтобы промах не так «нагло» бельмом мозолил глаза руководству.
— Ладно, — недовольно поморщился, но не стал вновь «достебываться» по полной программе до капитана подполковник. — С этим разберемся. Вот придут опера с зоны — и разберемся. Потерпевшая как себя чувствует? — сменил он тему. — Трусы со страху не обмочила?
— В трусы не заглядывал, — подыгрывая начальству, расплылся сальной ухмылкой Цапков. — А с виду — вроде крепкий бабец. И телом, и духом.
— Что, приглянулась? — уцепился насмешливо-язвительным взглядом Дремов.
— Да нет… Это я так, вообще… — нисколько не смутился оперативный дежурный, которого, по-видимому, действительно не «задели» женские прелести потерпевшей.
В полиции, как раньше и в милиции, многие сотрудники — «ходоки» известные. Но и исключения бывают.
— И как УМВД отреагировали, городское и областное? — вернулся к более важной сути дела, чем треп о трусах потерпевшей, ИО начальника отдела.
— Нормально, — на этот раз был лаконичен оперативный дежурный. — Обещали ходатайствовать о поощрении сотрудников ОВО правами начальников полиции города и области. Но обещанного, как известно, у нас три года ждут…
— Тоже верно, — согласился Дремов.
Потом, словно вспомнив, что пора заняться изучением материалов, подошел к пульту управления и, усевшись за стол, стал читать и отписывать для исполнения оные. Оперативный дежурный перевел дух. А по помещению дежурной части вновь зашныряли сотрудники полиции суточного наряда, словно они и не покидали его.
Рабочие будни ОП-7 УМВД по городу Курску продолжались.
После общего оперативного совещания, проведенного в зале по служебной подготовке вместе с замполитом, точнее — заместителем начальника по работе с личным составом и кадрами — подполковником внутренней службы Анпилоговым Олегом Федоровичем, Алексей Иванович собрал в своем кабинете сотрудников уголовного розыска.
— Ну, что, опера, утерли «овошники» вам нос? — весело начал он «пятиминутку», обозначив жаргоном сотрудников отдела вневедомственной охраны.
— Хорошо, что все так закончилось, — по житейски мудро оценил ход событий старший оперуполномоченный Косьминин Роман Вадимович, обслуживающий данную зональную территорию. — Могло бы быть и хуже… «Висяк» мог случиться стопудовый.
Косьминин — майор полиции и старослужащий не только в отделении уголовного розыска, но и в отделе полиции в целом. Поэтому время от времени он позволял себе и подерзить, и похохмить с руководством. Долг, как водится, платежом красен. Да и в знании специфических жаргонов никому не уступал.
— И какая такая заслуга «овошников», что они «утерли нам нос»?
Это уже, ступая по следу Косьминина, счел возможным вступить в пререкания с самим ИО начальника розыскник Письменов Алесей. Старлей Письменов в полиции прослужил меньше Косьминина, но ему палец в рот не клади — вместе с рукой по локоть оттяпает. Он не только внешними «габаритами» смахивает на Дремова, но и своей настырностью тоже. А еще они тезки — имена и отчества у них одинаковые.
— Точно, — поддержал Письменова старший опер с зоны Магистрального, майор Морозов Александр Викторович, — в чем заслуга «овошников»? В том, что ли, что мимо не проехали да глаза в сторону не отвели?..
— Верно, верно… — загудели остальные.
Особенно усердствовал не в меру крикливый и многоголосый старший лейтенант Винокуров Руслан. Он — из молодых да ранний. Только и слышен в коридорах отдела его зычный голос, жалующийся встречным и поперечным, что опять его нагружают работой, а он еще и прежние задания не сделал. Складывалось впечатление, что во всем отделении уголовного розыска работал только Винокуров, а остальные прохлаждались.
— А в том, что они и мимо не проехали, и глаза не отвели, и задержать смогли, а вы — ни сном, ни духом, — зыркнул на Винокурова и остальных насмешливо-злыми глазами Дремов, которого не так просто было сбить с занятой позиции. — Даже о похищенном учебном автомате информации не имеете. А у вас, у каждого, как минимум по пятку агентов и столько же доверенных лиц…
Опера притухли. Тут с ИО начальник отдела не поспоришь. Негласный аппарат, верно, большой, а толку мало. Что тоже верно. Не в бровь бьет, а в глаз…
— …Что умеете, это, наверное, спать, как хряки колхозные, — распалялся все больше подполковник. — Говорят, что пожарники сутками спят, но вы, мне кажется, тут и пожарников переплюнете…
Это, конечно, была неправда. Явный оговор. Опера уголовного розыска полиции, как раньше опера этой службы в милиции, «пахали» по двенадцать часов в сутки. Это — когда работали в обычном режиме. А случись что неординарное — так и все двадцать четыре. Еще и в выходные выходили, чтобы с оперативным хозяйством позаниматься. Оно в последнее время, словно былинный русский богатырь, не по дням, а по часам росло, перейдя все разумные рамки. В МВД РФ и в региональных УМВД чуть не каждые полгода принимались решения об уменьшении всевозможной переписки, об упорядочении негласного аппарата и оперативных дел. Все верно… Но бумаг и пустых дел становилось все больше и больше. И поделать с этой многоголовой и бессмертной гидрой уже было ничего невозможно. Потому сотрудники на «земле» задыхались, а из управленческих и кураторских кабинетов им все подбрасывали и подбрасывали новые задачи и… дела. Ничего, мол, перемелют…«земля» же…